Чтение онлайн

Не стоит думать, Добрый Хрипун сидел сутки напролет над спящим мальчиком и нашептывал слова, наводя руками образы. Не-е-е-ет. Он подключил его к эфирному словарю (двухминутное заклинание, пять раз сбивался, отдыхал и начинал снова), а словарь в голову Норика установился за минуту. В итоге все заняло час. А словарь такая штука… Это как с иностранного переводить. Хорошо знать слова и на одном, и на другом языке. Но когда слова иностранные полностью замещают родные, это не здорово.

Энн постаралась на славу. Теперь, к примеру, станет искать Норик дракона. Только дракона и увидит. А разные там рыцари и фрейлины останутся для него обломками кирпича, поломанным гвоздем или обглоданной собакой костью. Да и дракона он увидит не просто «дракона» а как просвечивающее цветное приведение, внутри которого стоит себе фарфоровая посудина (фарфор — серебряный дракон, вот только нет его тут), или как в данном случае — битый глиняный черепок. Правда, у черепка и дракон соответствующий. Прямо скажем, не впечатляющий дракон. Так, мелкий любитель гнилых фруктов.

Норику удача улыбнулась. Во дворе оказались и дракон (черепок) и дуэнья королевны срединного царства в розовом платье — хвост крысы. Черепок, конечно, не пригоден, а вот крыса была сравнительно свежей. То ли кому дорогу перебегала, и ее сапогом поддели, то ли собака из интереса чисто спортивного придушила… Свежачок, в общем.

А с драконом пришлось помучиться. Керамики-то много… А серебряный — не обнаруживался.

В итоге обошлись простым драконом. Сойдет для третьего дивизиона. Гном в серых штанах оказался правильным огнем из заговоренных поленьев. Запас у Доха был, готовить их не пришлось — уже приятно. Варить снадобье Добрый Хрипун собрался утром.

Дох не мог заснуть, потому ворочался, заставляя скрипеть старую кровать, сделанную белодеревщиком барона из березовых досок и старых арбалетных ремней. Перина, в которую были вшиты специальные мешочки с травами, что при перетирании должны были давать успокаивающий запах, давно выветрилась, и заснуть не помогала. Дох чувствовал себя не уютно. Что мешало приходу сна? Слишком уж быстро поднаторел Норик. Слишком. Было в этом нечто не правильное. Дох не обладал опытом в воспитании юных колдунов, но сам-то он обучался практически по этой же программе, и на приготовление основы состава для заклятия силы у него ушло гораздо больше времени. То ли Норик гений от колдовства, то ли что еще. Но что? Колдун заснул лишь тогда, когда решил, что очень хорошо сделал заклинание поиска, и мальчик гений не колдовства, а подготовки составных частей.

А вот Норик спал крепко. Умотавшись за день и устав от новых впечатлений. Спал как убитый. Без сновидений и бесконечных мыслей о прошедшем дне, которые не дает отдохнуть за ночь. Норик спал. Но Энн вовсе не была расположена к отдыху. Именно сейчас, когда хозяин подавал признаки жизни лишь в слабом дыхании и мерном сердцебиении, (сны не снились Норику по заданию Энн) сущность разворачивала бурную деятельность, поскольку никто сейчас не смог бы ее обнаружить.

По большому счету Энн походила в данный момент на королевского стражника, который знает, что вычислить его не возможно и потому нагло исследует содержание сокровищницы. Сокровищницей была память Норика. Может кому-то сие покажется это не этикетным, но только не Энн. Ведь эти действия она предприняла исходя из лучших побуждений, для лучшего взаимодействия с другом. (Не друг с другом! Взаимодействие одностороннее!)

Хотя память у Энн и отсутствовала, но вовсе не так, как у новорожденного младенца. Скорее как у дружинника которого ошеломили палицей. Все вроде помнит, но вот только кто он и что тут делает…

А у Норика память хорошая. Пользовался он ей редко. И ничего странного. Знал-то он мало, вот и вспоминать ничего и не приходилось. Вот, карту мира случайно видел. Описать можно запросто. Широкое кольцо, тонко прорезанное справа. Это материк с внешними и внутренним морями. Во внутреннем море — острова. Средняя линия кольца — горный хребет. С хребта к морям бегут реки. От кольца к низу карты идет борода из островов. Над кольцом и под бородой нарисованы льды. На внутренней части кольца, противоположной проливу на карте нарисована небольшая корона — королевство, в котором… А почему королевство? Может, это корона барона Зеленого Урочища Радужного леса? Очень может быть. Масштаба-то ведь нет.

Ни масштаба, ни политико-административного деления. Ни вооружения. Не отметили на той карте. Но и без карты уже от Норика (а тот от отца) Энн знает, что самое страшное оружие тут — напалм. Наливают в глиняные цилиндры с крыльями (стабилизаторы, по научному), поджигают — и на несколько сот метров — при угле в 45 градусов… Еще духовые орудия. Пушка металлическая. Заглушенный конец под костром. Закатывают ядро, а потом в раскаленную часть через махонькую дырочку заливают воду. Количество выстрелов ограничено — лопается пушка, но это — детали. Из стрелкового — арбалеты. Мощные штуки. Особенно если в теле стрелы тот же напалм.

Зачем Энн степень развития военного дела? Нужно. Поскольку задумала сущность не много не мало, а завоевать здесь все напрочь. На радость хозяину и себе во благо. Оценив потенциал детского тела и разума, пришла сущность к выводу очень и очень благоприятному.

Что тут имеется в наличие? Меха кузнечные, круг гончарный, водяная мельница, прялка с веретеном. Ткацкий станок есть? Энн быстро заглянула в память и просмотрела ткани, которые видел Норик. Станков нет. Это и к лучшему, меньше конкурентов.

А с пищей как? Стандартное кормление: корнеплоды, семена, зерна, фрукты, мясо, рыба, моллюски. Насекомых, грибы, плесень не едят. Отсталые люди! Хотя, нельзя исключать, что в других местах многое по иному. Та же карта. Насколько ей можно доверять на самом деле? Острова прорисованы. Мореплавание есть.

С одной стороны — знал паренек не так уж и много, а с другой стороны… Повезло ему с отцом. Бобан-старший ушел с дружиной барона на Семилетнюю войну, на север. И вернулся. Получив надел земельный, почет, уважение. Причем все не заслуженно. Ибо воякой был трусливым, но хитрым и ловким, особенно когда дело шло о его жизни или о дележе добычи. Когда отряду приходилось вступать в рубку, Бобан схватывался с самым тяжелым из противников и занимался лишь тем, что уворачивался от ударов. Ближе к концу противостояния Бобан либо спешно удирал от вымотавшегося противника, либо брал того в плен, в надежде стрясти выкуп. Все зависело от того, чья дружина брала верх.

В конечном счете, воспитывая своего младшего, Бобан порассказал сыну много чего интересного, и показал много приемов защиты при рубке на мечах, боевых топорах, копьях и кольях.

Кое-что Норик уже подзабыл… (Потому что и не слушал.) Но Энн всегда услужливо подбросит нужный образ из воспоминаний детства. А если будет очень надо, то и сконструирует необходимое воспоминание. Какая мелочь!

Было бы объяснение, откуда взялись знания. С Добрым Хрипуном придется вскоре расстаться. Что колдун посчитал нужным дать Норику, он уже слил в гипносне, а все остальное, видимо, собирается передавать изустно. Энн такое развитие жизненного пути «хозяина» не устраивало. Медленно! То ли дело чтение! Листай себе книгу, а страницы сами запечатлеются в памяти. А у Доха книг мало. В большой город надо, вот что.