Чтение онлайн

Сколько раз она отказывалась стать его медсестрой. Теперь же она подумала, что, возможно, ошибалась. Без сомнения, ему нужен кто-нибудь.

Она слышала от Роббинса, что Рауди не ищет замену Валерии, убежденный, что сможет уговорить ее сестру вернуться в ЧИПС. Нора не знала, так ли это, но подозревала, что он по-прежнему выполняет сам и работу Валерии.

— Что ты здесь делаешь? — спросила она.

— Коли ты не можешь прилететь ко мне, я решил навестить тебя сам, — проговорил он, поглаживая ее волосы. — Ты еще не обедала?

— Нет. Я сейчас отпрошусь. Дел не очень много, но я не должна уходить далеко. Рауди кивнул.

— Мы можем где-нибудь уединиться? Если в больнице и было хоть одно такое место, то Нора не знала его.

— В кафетерии не должно быть много народу.

Рауди, похоже, не слишком обрадовало ее предложение, но он согласился.

Нора повела его к лифту. Улыбаясь двум медсестрам, которые ехали вместе с ними, она сожалела, что они с Рауди не могут побыть одни. Если бы они остались вдвоем, хоть в лифте, возможно, она нашла бы в себе смелость повторить те последние слова из телефонного разговора.

Нора оказалась права: в кафетерии было малолюдно, и они смогли уединиться в дальнем углу. Как только Рауди удобно уселся, прислонив к стене костыли, он тут же взял ее за руку, не давая отойти к другому концу стола.

— Сядь рядом со мной, Нора.

Что-то в его голосе, в том, как он смотрел на нее, подсказывало Hope, что это не обычный разговор. Когда он спросил, где они могут спокойно поговорить, ей показалось, что ему хочется просто поцеловать ее.

— Да? — сказала она, усаживаясь. Рауди огляделся, никто к ним не прислушивался.

— Итак, — сказал он, тяжко вздохнув, — ты победила.

— Я? Победила? — повторила она, нахмурившись.

— С самого начала я знал, чего ты хочешь.

— Что же ты знал?

— Этого хотят все женщины. Золотое кольцо на левую руку. Я говорил тебе раньше и теперь повторяю — я не из тех, кто женится. У меня нет времени на жену и семью.

Нора была крайне смущена, но ничего не сказала.

— Прошлой ночью я не мог заснуть, — проговорил он, — пока не понял твои намерения. Но даже когда я понял, ничего не изменилось. Я так сильно люблю тебя, что просто не могу ясно мыслить.

Нора так изумилась, что не могла ни думать, ни говорить. Раньше она пыталась сказать ему о своей любви, но он не услышал ее, торопясь вернуться к делам.

— Я тоже люблю тебя, Рауди, — наконец сказала она нежно. Его глаза потеплели.

— Это уже лучше. Не намного, но все-таки лучше…

Нора в замешательстве покачала головой.

— Боюсь, я что-то не поняла. Что ты хочешь сказать?

Рауди приоткрыл рот от изумления.

— Ты действительно не поняла? Нора снова покачала головой.

— Я прошу тебя выйти за меня замуж. Не то чтобы я в восторге от этого, но, очевидно, это единственный выход.

— Ты не в восторге от того, что делаешь мне предложение? — повторила Нора, не веря своим ушам.

— Я и раньше говорил тебе, что не собираюсь жениться.

— Тогда что значит твое предложение? — поинтересовалась она. — Неужели ты считаешь, что мне так не терпится выскочить замуж, что я уцеплюсь даже за такое предложение? — Оцепенение покинуло ее, она была взбешена.

Нора была из семьи Блумфилдов: с уравновешенным характером и холодной головой. Но в такой ситуации пасовали даже ее практичность и спокойствие. Только Рауди Кэссиди мог так унизить женщину, предложив ей руку и сердце.

— Ты вовсе не стремишься выйти замуж. Просто…

— Тогда что же такое ты говоришь? — прервала она. — Судя по твоему весьма романтическому предложению, ты объявил мне, что я выиграла главный приз — тебя. Скажу тебе, Рауди Кэссиди, что я и не думала участвовать в соревнованиях.

Рауди стиснул зубы в явной попытке совладать с собственными эмоциями.

— Я не верю тебе. Ты опутала меня до такой степени, что я не знаю, что мне делать. Мало того, что ты отказалась у меня работать, ты еще мучаешь меня, встречаясь с другим!

— Всего одно свидание! Откуда мне было знать, что тебе захочется увидеть меня именно в тот вечер, когда я договорилась с другим? Я не умею читать чужие мысли. Или ты хочешь, чтобы я оказалась настолько польщенной, настолько потрясенной, что отменила бы ужин с Рэем?

— Да! — воскликнул он.

— Я тогда отказалась это сделать, откажусь и сейчас. Я не собираюсь всю жизнь сидеть и ждать как дура, когда у тебя выдастся свободная минутка!

Рауди рубанул рукой воздух.

— Ладно. Оставим этот случай с Ральфом!

— Рэем! — крикнула она, привлекая внимание посетителей.

Некоторое время оба смущенно молчали. Наконец Рауди заговорил:

— Может, мы попытаемся снова? — Он взглянул на нее из-под полуопущенных век. — Признаю, это был не лучший способ просить тебя стать моей женой. Извиняет меня только то, что я не спал тридцать часов.

Нора смягчилась.

— Тридцать часов? Рауди кивнул.

— Я так надеялся, что ты будешь у меня, когда я вернусь. А ты мне отказала, вспомни.

— Это совсем не значит, что я не хотела тебя видеть, — уверила она, — ты же знал, что сегодня я работаю… Я говорила тебе, помнишь?

— Что же важнее, — улыбаясь, спросил он, — твоя работа или я?

— Мы просто толчем воду в ступе, — сказала она, всплеснув руками, — ты хочешь, чтобы я была полностью в твоем распоряжении. Предлагаешь мне проводить жизнь в ожидании, когда ты найдешь для меня время.