Чтение онлайн

Рауди отломил кусочек ватрушки с усилием, достаточным, чтобы разбить тарелку.

— Чертова идиотка, — пробормотал он. Нора не удержалась от смеха, несмотря на то что ее сердце мучительно ныло.

— Если хочешь, могу порекомендовать прекрасное агентство, предоставляющее медсестер для персонального ухода за больными.

— Мне никто не нужен, кроме тебя. — Он взял одну ягодку и поднес ко рту. — Ты до сих пор не можешь простить мне, что я не соврал?

— О чем?

— О своих чувствах к Валерии. Когда я рассказал тебе об этом, я знал, что пожалею, и оказался прав.

— Мой отказ не имеет никакого отношения к сестре.

— Тогда почему ты не хочешь уехать в Техас со мной? Мы полетим на частном самолете. Все будет по высшему классу. А если ты беспокоишься о приличиях, то с нами будет миссис Эмериш.

— Я не из-за этого.

— Мне следовало догадаться, что ты упрямая. Это у вас семейное, не так ли?

— Наверняка.

Рауди откинулся назад и выключил музыку.

— Я и не думал, что этот… ужин сработает. Это была идея миссис Эмериш.

Нора прошлась по комнате и раздвинула шторы.

— Вечер слишком хорош, чтобы закрываться.

Рауди закинул руки за голову и пробормотал что-то, что она не расслышала.

Раздался вежливый стук в дверь.

— Войдите, — рявкнул Рауди. Дверь медленно распахнулась, и в комнату вошла Валерия Блумфилд Уинстон.

— Я не помешала? — спросила Валерия. Она нерешительно переступила порог.

— Конечно, нет. — Нора пришла в себя настолько, чтобы заговорить первой. Она чувствовала себя пятилетним ребенком, застигнутым за воровством сластей.

Рауди медленно закрыл глаза, — не оттого ли, задумалась Нора, что ему не хотелось лицезреть еще одну даму Блумфилд?

— Заходи уж и ты, — невежливо пригласил он.

— Может, лучше мне зайти в другой раз… — предложила Валерия, с сомнением поглядев на них. — Мне это не сложно. — Взгляд ее остановился на Hope. Та подумала, что у нее, должно быть, пылают щеки.

— Не беспокойся, — процедил Рауди. — Ты нам совершенно не помешала.

— Рауди просил меня сопровождать его в Техас… как его личная медсестра, — объяснила Нора, с трудом подбирая слова. Неуверенным жестом она указала на изысканно накрытый стол и бутылку вина в серебряном ведерке.

— А-а… — Ее сестра была достаточно сообразительна, чтобы догадаться, что произошло. — Ты приняла предложение?

— Нет, — решительно ответила Нора. Рауди снова нахмурился.

— Мне следовало догадаться, что она такая же упрямая, как и ты. Нора не захотела работать у меня даже за десятикратную плату. Она жаждет крови.

— Мне пора, — сказала Нора, потянувшись за своей сумкой. — Уверена, вам есть о чем поговорить.

— Не уходи, — попросила Валерия. — Мне бы хотелось, чтобы ты осталась.

Она вынула бутылку из ведерка и прочла этикетку. Брови ее приподнялись.

— Вижу, ты не скупился.

— Ты здесь, чтобы злорадствовать или чтобы поговорить?

— Как он злится, — понизив голос, сказала Валерия Hope, — когда не может поставить на своем.

— Прекрати говорить обо мне так, словно меня здесь нет, — вспылил Рауди. Ухватившись за перекладину, он попытался сесть как можно прямее. — Нам необходимо выяснить отношения, Валерия Блумфилд.

— Думаю, да, — ответила Валерия. — А фамилия у меня теперь — Уинстон.

Нора понимала, что нужно уходить, но ноги ее словно приросли к полу. Она переводила взгляд с Валерии на Рауди, гадая, насколько сильно он все еще увлечен ею. Он любил ее достаточно, чтобы прилететь в Орчард-Вэлли, но даже сейчас Нора не смогла бы с уверенностью сказать, каковы были его намерения.

— Как я тебя ни убеждал, ты все-таки поступила по-своему и вышла замуж за Карлтона, — процедил он.

— За Колби, — в один голос поправили Валерия и Нора.

— Неважно, — нетерпеливо прервал их Рауди. — Ты вышла за него замуж!

В ответ Валерия подняла руку и показала ему обручальное кольцо.

— Можешь попрощаться со своей карьерой. Ты ведь знала это заранее, не так ли? — продолжил Рауди. — Я видел это тысячу раз: замечательные служебные успехи приносились в жертву любви. Что называется, шли коту под хвост!

Некоторое время Валерия молчала.

— Было время, когда работать на тебя и на ЧИПС было самым важным в моей жизни.

— Видишь, — воскликнул Рауди, взглянув на Нору и указывая на Валерию, — как все получается? А ведь она замужем… сколько? Две недели.

— Три, — поправила Валерия.

— Три недели замужества ее доконали! Валерия рассмеялась. Ее смех звучал совершенно искренне.

— Любовь меняет людей, Рауди.

— Тогда помоги нам Боже! — Рауди скрестил руки на мускулистой груди и отвернулся к окну. — Ты была одной из лучших, — произнес он наконец, все еще не глядя на женщин. — Досадно потерять тебя.

— Припоминаю, что ты не оставил мне выбора. Ты не позволил мне работать там, где я хотела, зная, что я не останусь в Техасе.

Он прикрыл глаза, но Нора успела заметить в его взгляде сожаление и боль, которые появлялись всегда, когда речь заходила о Валерии. Нора чувствовала то же самое, сознавая, что любимый ею человек влюблен в ее сестру.

— Наверно, я несколько поспешил… — с усилием произнес Рауди. — Роббинс — хороший человек, поймите меня правильно, но он не обладает тем чутьем, необходимым для осуществления нового проекта, которое есть у тебя. Он согласился работать над ним, потому что я его попросил, но, сказать по правде, это работа для тебя. Не для Роббинса.