Ночной рейд
Шрифт:
— Какая страшная тоска. Откуда такая тема?
— Я занимаюсь еще не изученными вопросами истории.
— Вы имеете в виду такие темы, до исследования которых еще не добрались мужчины.
— Вы сказали это, не я.
— Не завидую тому парню, который женится на вас, — сказала Милдред. — После возвращения домой с работы он должен будет заниматься армрестлингом. Проигравший готовит обед и моет посуду.
— Я уже была замужем. Шесть лет. За полковником из «Марии корпорейшн». Шрамы остались до сих пор.
— Физические или душевные?
— Всякие.
Милдред больше не развивала эту тему, взяла фанерный ящик, в котором хранились документы, проверила номер файла.
— Вы попали в цель. В этом файле основная военно-морская корреспонденция Вильсона.
— Я изучила почти все, — сказала Хейди. — Не подскажете мне, что я могла пропустить?
Милдред на несколько минут задумалась, глядя в пространство.
— Малая вероятность. Дайте мне десять минут.
Она вернулась в пять часов с другим ящиком документов.
— Неопубликованный материал, который еще не занесли в каталог, — сказала она с величественным видом, широко улыбаясь. — Возможно, стоит посмотреть.
Хейди внимательно просмотрела пожелтевшие письма. Большинство из них президент держал в своих руках. Советы своим трем дочерям, объяснение его доводов против Хола Тамани Уильяму Дженнингсу Брайану во время принятия демократической конвенции 1912 года, личные послания первой жене Элен-Луизе Аксон и второй жене Эдит Гелт.
За пятнадцать минут до закрытия Хейди развернула письмо, адресованное Герберту Генри Асквиту, премьер-министру Британии. Бумага имела такой вид, словно ее когда-то смяли. Стояла дата 4 июня 1914 года, но не было отметки о доставке, — возможно, что его вообще не отсылали. Она приступила к чтению топко стилизованного письма, написанного от руки.
«Дорогой Герберт,
так как есть основания полагать, что официально подписанные экземпляры нашего договора потеряны, то, учитывая обостряющуюся критику в твой адрес со стороны членов твоего кабинета, возможно, следует считать, что наша сделка вообще не предполагалась. В связи с тем, что о формальной передаче никому не известно, я дал указание своему секретарю уничтожить все упоминания об этом пакте. Этот необычный шаг, как я понимаю, независимо от моей воли, оправдан, так как народ моей страны — настоящий собственник и никогда не сможет смириться, зная наверняка, что…»
На следующую строку пришелся сгиб, в результате она стерлась. Письмо продолжалось с нового параграфа.
«По запросу сэра Эдварда и при содействии Брайана, я записал объем финансирования, переведенного твоему правительству из нашего казначейства в качестве займа.
Хейди уже готовилась отложить письмо в сторону, так как в нем ничего не говорилось о военно-морском флоте, когда ее внимание, только из простого любопытства, привлекли слова «уничтожить все упоминания о пакте».
Она задержалась на этих строчках почти минуту. После двухлетних тщательных исследований ей казалось, что она знала Вудро Вильсона почти так же хорошо, как своего собственного дядю. Она не обнаружила в делах бывшего президента ничего, что давало бы основания предполагать что-то подобное Уотергейту в течение всех лет его правления.
Прозвучал сигнал предупреждения о закрытии архива через десять минут. Она быстро переписала письмо в желтый личный блокнот. Затем проверила две папки на переднем письменном столе.
— Наткнулись на что-то полезное? — спросила Милдред.
— Может быть, — туманно ответила Хейди.
— Куда направляетесь отсюда?
— В Вашингтон… Национальный архив.
— Удачи. Думаю, попадете в цель.
— В цель?
— Найдете ранее упущенную ценную информацию.
Хейди пожала плечами.
— Всегда неизвестно, что получится в самом конце.
Она не планировала уделять внимание странному письму Вильсона.
Но теперь, когда приоткрылась дверь, Хейди решила, что стоит заглянуть за нее.
9
Историк сената откинулся на спинку стула.
— Прошу прощенья, коммандер, но у нас на верхнем этаже Капитолия нет места для хранения документов конгресса.
— Понимаю, — сказала Хейди. — Вы специализируетесь на старых фотографиях.
Джек Мерфи кивнул.
— Да, мы храним довольно обширную коллекцию фотографий, имеющих отношение к правительству.
Он лениво переставил пресс-папье на письменном столе.
— А вы пытались обращаться в Национальный архив? У них массивное хранилище для материалов.
— Напрасные усилия, — пожала плечами Хейди. — Я ничего не нашла, что могло бы оказаться полезным для моей работы.
— Чем могу помочь?
— Меня интересует договор между Англией и Америкой. Думала, что во время подписания делались фотографии.
— У нас их огромное множество. Еще не родился такой президент, который не приглашал бы художника или фотографа на подписание договора.
— Мне известно о нем только то, что оно имело место в течение первых шести месяцев тысяча девятьсот четырнадцатого года.
— Ничего не могу вспомнить о таком событии, — сказал Мерфи с задумчивым видом. — Был бы рад найти что-нибудь для вас, но это может потребовать один или два дня. Должен выполнить несколько исследовательских проектов перед тем, как приступить к вашему запросу.
— Понимаю. Спасибо.
Мерфи колебался, затем пристально посмотрел на Хейди.