Шрифт:
Глава 1
1
Грузный высокий мужчина с поднятым меховым воротником, неуклюже и как-то нервно оглянулся. Быстрый взгляд скользнул по широким проходам безлюдного в этот вечерний час зимнего парка, и он решительно, словно отбрасывая последние сомнения, сошёл на узкую хорошо протоптанную тропинку.
Стоило переступить границу света, оставшегося на парковой аллее фонаря, как в лесистом полумраке показалось какое-то движение. Семен Аркадьевич невольно сбавил шаг, но сколько не всматривался в припудренную снегом растительность, подступившую к тропинке, разглядеть ничего не смог. Правда проклятого кота он встречал здесь один раз.
Обычно ночной житель обитал ниже, там, где дорожка проложенная местными торопыгами и любителями срезания углов, ныряла в неглубокую, но густо заросшую кустарником балку.
Этим вечером, благодаря полной луне и недавно выпавшему снегу, было достаточно светло. И владелец небольшой ювелирной мастерской облегчённо улыбнулся, убирая ладонь с рукояти коротконосого револьвера. Ствол он предусмотрительно третий день цеплял на пояс под дублёнку, на время таких поздних прогулок.
Новый закон позволял частным лицам, имеющим дела с большими материальными ценностями, оформлять лицензию на ношение боевого огнестрела. И с маленьким молчаливым другом, ювелир чувствовал себя гораздо увереннее. С его работой это имело немаловажное значение. Семён Аркадьевич делал украшения… и в узких кругах слыл довольно известным персонажем. И очень, однако, непростым персонажем, и очень непростым ювелиром. И не просто дорогие цацки выходили из-п од его «волшебных» рук...
В свои пятьдесят восемь он выглядел едва на сорок. Тело у ювелира, будто вообще отказалось стареть, и не достигало по всем признакам изношенности ещё и тридцатилетнего возраста. Друзья из элитного закрытого клуба не зря за глаза называли его Спрут. Семён Аркадьевич хотя и не имел под рубашкой пучка ярко выраженных щупальцев, но самым невероятным образом пил жизненную силу своих жертв… тьфу, чуть не оговорился – конечно, своих клиенток. Следует внимательнее следить за словами, маленький Сёма уяснил это с детства. Слова иногда несут и вовсе сакральный смысл, можно и засыпаться в самом безобидном разговоре. В прочем, и клиентки в накладе не оставались...
С рождения будущий ювелир унаследовал от бабки-ведуньи, способность к энергетическому вампиризму. Со временем научился изготавливать артефакты-накопители из драгоценных камней и металла. В радиусе нескольких метров любой эмоциональный выброс становился их лёгкой добычей. Осталось только определиться с выбором правильной профессии.
Позже удалось превратить их в настоящие ретрансляторы, вытягивающие энергию от жертвы (тьФу ты, и опять три раза по дереву)… – клиентки, конечно… и передающие украденную жизненную силу ему, своему настоящему хозяину. Благо физическое расстояние на такую нематериальную передачу почти не влияло. Больше воздействовало собственное настроение и самочувствие. При этом хватало энергии и носителю необыкновенного украшения, если круг постоянного общения не ограничивался домашним пёсиком, или другой малопригодной для энергетической подпитки живности. Если даму окружало достаточное количество поклонников, то спрос на чудо-камни с её стороны только рос. С миру по нитке – голому рубаха. Хотя «голым» процветающего ювелира назвать было бы и вовсе неправильно.
Не чурался Семён Аркадьевич и домашних угодий. Здесь было гораздо проще и нагляднее. На шее у Томочки, с момента росписи сияло колье, саморучно изготовленное к этому дню. И приближающийся к пенсионному возрасту затейник, с плохо скрываемым восторгом, пытался обнаружить на молодой до неприличия жене происходящие изменения. В такую игру он начал играть несколько лет назад, со второй женой, и потому распробовал это удовольствие с опозданием. Зато теперь, сбрасывая каждую ночь одеяло с покорно замирающей супруги, с особым наслаждением представлял, какая буря энергетических обменов происходит в этот момент в постели. Свою «ненаглядную» он старался в такие минуты «выжимать досуха»… здоровье позволяло.
Последнее время Семён Аркадьевич даже стал снижать активность забора. Силы и молодость переполняли тело, и это было здорово. И шансов попасться, если клиентка, или её ближайшие друзья, случайно обратится к понимающему человеку, теперь, стало меньше. С некоторыми изделиями, особенно первых лет работы, пришлось даже обрубить связь. Такие сильные потоки стали ненужными и опасными, а с ними исчезала и возможность подцепить серьёзного врага.
Поэтому на появление необычно крупного кота, Семён Аркадьевич среагировал не сразу. И лишь при третьей встречи смог усомниться в материальной природе ночного гостя. И бояться сразу не стоило. Вычислить и натравить на него призрачного наблюдателя, было вроде и некому. Обычно осторожный сверх меры, ювелир не исключал причину этой встречи и порождением собственной галлюцинации. Много всевозможных образов, крутилось в переполненной дармовой энергией голове.
И всё же, в разговорах с соседями он затрагивал, будто невзначай, новую тему. И быстро понял, что никто из ходящих через парк не видел это животное. Пару раз он прошёлся с женой – двадцатитрехлетней красавицей-аспиранткой городского Университета. Но кота в эти дни, как назло не оказывалось на месте. И это заставило ювелира всерьёз напрячься. Галлюцинация оказалась не его творением. И если чужая аура, даже слабенькое биополе Томки, отогнало наблюдателя, значит… значит ждал и встречал кот именно его. Значит кому-то он перешёл дорогу. Что по глубокому размышлению, учитывая вещи, которыми занимался Семён Аркадьевич, не должно быть столь удивительным, даже для их тихого города. Но кому? Кто наслал эту тварь? И главное с какой целью?
Правда, так и оставалось до конца неясным, настоящий это кот с психологическим контролем, или всё же тяжёлые сгустки информационно-энергетического морока, что по воле колдуна принимают вид дикого зверя. Такие порождения ощущаются как реальные физические тела, и можно даже их потрогать. Ювелир знал двух человек способных наложить такой сложный материальный морок. … но с ними давно налажен контакт и сферы влияний определены, и никто не был замечен в нарушениях правил.
Сам Семён Аркадьевич неукоснительно соблюдал все договорённости. Воевать может оказаться дороже. И проверять на собственной шкуре чья энергетическая защита плотнее и крепче, желания не было. У ювелира, точно. Оставалось надеяться, что и у тех двоих.
Два года назад 13 июля, на закрытом для обычных людей собрании городского ковена, их договор был продлён и скреплён кровью. Тогда шестнадцать капель крови растворились после ритуальных надрезов в фужере тяжёлого лафитного вина. Семён Аркадьевич, даже сейчас, почувствовал на губах его терпкий густой вкус. Председатель элитного клуба, сведшая их вместе, выплеснула остатки в гудящий пламенем камин, и бесноватый потусторонний взгляд старейшей городской ведьмы потом долго виделся всем по ночам. Нет! Никто не будет раздувать междоусобицу. Вопросы лучше решать мирно. Договориться можно всегда. Пищи хватит всем. А если случайно зацепил кого из родственников, захотели компенсацию? Так должна сначала появится предъява… А может кот и есть такая предъява? Но как её тогда понять?
Семён Аркадьевич тряхнул головой, сбрасывая упавший с ветки снег, и пальцы опять сжались на удобной рифлёной рукояти. Он даже пожалел, что не взял и запасную обойму, в титановое полукольцо которой, он самолично забил бочонки специальных патронов с активированными серебряными наконечниками. Бережёного и Бог бережёт. И такая подстраховка лишней не будет. Ведь серебряная пуля сможет поразить и обычное животное, а вот тварь, накаченную искусственно сгенерированной энергией простая пуля возьмёт не сразу.