Чтение онлайн

– Ух, гадость какая, – сказал охотник, глядя, как дергается, заливая снег дурно пахнущей жидкостью, зубастая тварь с зеленым гребнем вдоль спины и странными кожистыми крыльями, точнее – крылышками. Такие крылья не поднимут тело в воздух, но при прыжках помогают отменно. В этом, на свое несчастье, только что чуть не убедился Хорт.

– Так, это уже серьезнее, – оторвал Ратана от размышлений голос Родомиста. Воин посмотрел туда, куда указывал маг, и нервно вздрогнул. Стоявшее под высоким деревом существо казалось очень похожим на Гологолового, представителя того из Семи Племен, что живет на дальнем юге. Такая же темная кожа, голый череп, но на этом сходство заканчивалось. Носа существо не имело вовсе, на его месте мерзко трепетала какая-то мокрая пленка. Вместо рта обнаружился безгубый и беззубый провал, а глаза походили на гляделки насекомого: огромные, фасетчатые.

Прежде, чем кто-либо из людей успел дернуться, существо издало резкий крик и скрылось в чаще.

– Оно разумно, – сказал маг, и обреченность в его голосе резанула слух. – И приведет сородичей. О них, о потомках людей, что некогда жили здесь, мне рассказывал учитель.

– Это потомки людей? – раскрыл рот Леслав, а Ратан сказал твердо:

– Отступать уже поздно. Раз уж пришли, пойдем дальше.

Хорт, хрипло закашлявшись, кивнул.

Пошли быстрее, благо лес немного поредел. Солнце грело все также немилосердно, но налетевший с севера ветер принес некоторое облегчение. Пару раз из глубины леса доносились резкие визгливые крики, но на путешественников никто не нападал.

День перевалил за середину, когда дорога пошла довольно круто вниз, а впереди, меж деревьев причудливым фиолетовым зеркалом блеснуло Сиреневое озеро.

Князь находился в приемной палате, принимал купцов, когда примчался гонец. Седобородый купеческий староста как раз закончил речь о тяготах торгового дела, о необходимости снижения пошлин, о прочих важных делах и теперь ждал ответа. Но тут дверь с треском отворилась, и вбежал молодой дружинник. Глаза его сверкали, сапоги и плащ были мокры.

Дружинник опустился на колено, склонил голову. Голос у него оказался звучный, красивый:

– Прости князь, срочные вести. Не вели казнить, вели слово молвить.

– Обожди, – кивнул князь. – И вы простите, люди торговые, правитель не всегда может располагать собой. Дела ваши я выслушал, грамоту принял. Приходите дней через семь, тогда и поговорим.

Кланяясь и тряся бородами, купцы покинули палату. Князь кивнул дружиннику:

– Говори!

– Пришел воевода Кремень из Завалья, с ним десять тысяч воинов. Они ждут твоих приказаний у Восточных ворот.

– Это добрая весть! – Владигер улыбнулся, и хлопнул по коленям руками. – Очень добрая.

Вскоре могучий княжеский жеребец вылетел из ворот терема, громким ржанием известив мир о своем появлении. Вслед за ним неслись не такие огромные, но тоже весьма внушительные кони ближней дружины.

– Я не буду это пить, – в пятый раз говорил Хорт, с отвращением глядя на маслянистую фиолетовую жидкость. – Это не вода! Может, она ядовитая?

– Нет, не ядовитая, сколько тебе говорить, – терпеливо отвечал Родомист. – Сиреневое озеро выглядит, спору нет, странновато, как и вода его. Но она целебная. Ее мой учитель пил!

– Что для мага хорошо, нормальному человеку смерть, – забормотал охотник, но его прервал Ратан:

– Слушай, брезгливый ты наш. Мы что, сюда зря тащились? Прошли бы Темнолесье краем, и все. Для тебя ведь к озеру шли. А ты: не буду! Пей, а не то я тебя силой заставлю.

Хорт взглянул в серые глаза Ратана и понял: да, этот заставит, причем заставит выпить раза в три больше, чем надо, и при этом предложит закусить местной живностью. Ворча, охотник взял у мага небольшой туесок и отправился к воде. Озеро, несмотря на сезон, не было даже тронуто льдом.

Он легко спустился по некрутому берегу, нагнулся. Туесок погрузился в вяло волнующуюся жидкость, и дрожь пробежала по тихим водам. Но этим все и ограничилось. Хорт вернулся довольный, с полным сосудом.

– Пей, – сказал Родомист.

Охотник выдохнул, словно ему предстояло пить самогон, и ловко, одним глотком, опорожнил туесок.

– Ну, как? – спросил Леслав, глаза его блестели от любопытства.

Хорт сначала покраснел, потом побелел, затем лицо его залила желтизна. Лишь когда обрел нормальный цвет, прохрипел:

– Нормально.

– Вот и славно, теперь... – начал Родомист.

Но узнать, что за «теперь» имел в виду маг, не узнал никто. Со стороны леса донеслись визгливые вопли. Обитатели Темнолесья настигли путников.

Вопящие существа толпой мчались к путешественникам. В руках нападающих мелькали дубины. Дело обещало быть жарким. Ратан крикнул: «Прикрывайте!», указав на Хорта, и ринулся навстречу атакующим. Те завопили, яростно затрясли дубинами.

Тот уродец, на которого нацелился Ратан, упал до того, как воин успел ударить. В глазнице у исчадия Темного леса возникла стрела, и создание, издав короткий всхлип, рухнуло. Не успел Ратан выругаться, как сородичи погибшего налетели на него, и воин привычно погрузился в круговерть боя. Он бил и уворачивался, парировал и атаковал.

Темнокожие оказались опасными противниками. В силе они уступали Ратану, да и оружие их было гораздо хуже. Но быстрые и увертливые, они ловко уходили от ударов, и к тому же их было много. В первой сшибке Ратан уложил двоих, но и сам крепко получил сучковатой дубиной по колену. Захромав, некоторое время просто отмахивался, не давая врагам подойти. Слышались странные глухие щелчки, когда меч сталкивался с неожиданно твердым деревом дубин. Нападающие верещали, сквозь их визг пробивались хлопки тетивы.

На миг оторвавшись от противника, воевода рискнул глянуть в сторону друзей: может, кому нужна помощь? Леслав отражал атаки двоих темнокожих, еще один, с распоротой грудью, исходил кровью на снегу. Маг стоял, воздев руки, и с ладоней его с шипением соскакивали золотого цвета искры. Они попадали точно, заставляя темнокожих злобно рычать и отскакивать. Пару раз маг попал удачно: один из нападавших лежал лицом вниз, другой бегал по берегу, с диким воем, прижав ладони к глазам. «Ослепил», – решил Ра-тан, глядя, как воющий влупился в дерево и неловко упал на снег. Хорт стоял позади мага, неторопливо поднимал лук и целился. Вжикала стрела, и очередная жертва падала на снег.