Ночь Солнца
Шрифт:
«Вальдер де Гренн, чуд, старший подмастерье мастерской Знаний…»
То есть не боевой маг, а историк, хранитель традиций. С Мирой познакомился во время её первой археологической экспедиции – в тот раз шасы собрали смешанную команду для раскопок западных предместий Шангри, и молодая фея влюбилась в увлечённого рыцаря. Бывает.
Если верить досье, роман продлился полтора года и закончился по взаимному согласию. За прошедшее с той поры время у Вальдера появилась жена и двое детей, он историк, а не боевой маг, и поэтому вероятность его участия в нынешних событиях минимальна – судя по отчётам Надежды, её опережал опытный оперативник, умеющий принимать решения едва ли не мгновенно, однако проверить историка нужно.
Никослава набрала мобильный номер чуда, откашлялась и заговорила сразу же, едва рыжий пробормотал: «Да?»
– Добрый день, Вальдер! Меня зовут Инна, клуб «Весёлый Полдень»! Вы ведь уже слышали о нашей новой увлекательной программе…
– Неинтересно, – грубовато ответил чуд, прерывая разговор.
Анализатор подтвердил, что голос действительно принадлежал Вальдеру де Гренну, а телефон, с которого он отвечал, находится на территории Замка.
– Я знала, что ты – травоядный, – пробормотала Никослава, ставя отметку «отрицательно».
И прищурилась, посмотрев на фото второго друга Миры.
«Нега, нав, бизнесмен от искусства, выставки по всему миру, богемная жизнь, философские разговоры, склонность к созерцанию и тяга к прекрасному…»
С подданными князя прелестные феи Зелёного Дома крутили романы нечасто – трудно было мириться с тем, что ты стареешь, а любовник – нет. Тем не менее попадали под обаяние Тьмы и крутили, в каждом поколении находилось не менее двух-трёх дур, уходящих потом в Белые Дамы…
– Клуб «Весёлый Полдень»! Вы уже знаете…
– Никослава? Давно сменила работу? – рассмеялся нав.
– Э-э… – Фее понадобилась целая секунда, чтобы опомниться. – Мы знакомы?
– Три месяца назад в «Ящеррице» пересеклись в большой компании, – тут же ответил нав. – Я твой чарующий голосок хорошо запомнил… Нет желания поужинать? Поболтаем о том о сём, вспомним былые денёчки…
– Три месяца – это уже «былые денёчки»? – опешила люда.
– Время течёт по-разному.
– Э-э… – Напор слегка сбил девушку с толку, однако она сумела собраться. – Сегодня я точно не могу.
– Я тоже, кстати. – Никослава бросила взгляд на анализатор – телефон, с которого говорил Нега, находился в Токио. – Сижу на выставке… Давай через неделю?
– Через неделю у меня помолвка.
– Тогда через шесть дней. Будет что вспомнить после замужества…
«Тоже мне, к'oнец», – хмыкнула про себя девушка, но вслух ответила другое:
– Я подумаю.
– Надумаешь – звони.
…Наарга прервал соединение и тут же настучал SMS «ласвегасам»:
«Проверку прошёл. Кажется, успешно».
Наглый ответ пришёл незамедлительно:
«Мальчик или девочка?»
«Будущий «ласвегас».
«Не льсти себе».
Наарга скорчил аппарату рожу, сунул в карман, поднялся и направился к стойке бара, где его ожидали две модели, мечтающие поработать с известным художником.
«Отрицательно»?
Никослава собралась вбить в файл именно это слово, но замерла с занесёнными над клавиатурой руками. Задумалась, стараясь понять, откуда взялось лёгкое, едва уловимое ощущение неправильности происходящего? Почему она показалась себе обманутой? Что было не так?
На первый взгляд – ничего.
Нав узнал её голос? Они многое помнят, причём в таких деталях, что даже лучшие колдуньи Зелёного Дома зубами скрипели от зависти.
И вечеринка действительно имела место: в «Ящеррице» гуляли хваны, зазвали к себе всех находившихся в клубе фей, а потом и навы подтянулись… и чуды… Если честно, подробности того вечера Никослава помнила смутно, однако навы на хванской попойке точно присутствовали.
Так что же её беспокоит?
Ничего, кроме того, что Нега находится в Токио, слишком близко от Хабаровска.
Знал он об экспедиции Миры? Возможно. Мог он устроить подруге сюрприз, примчавшись повидаться? Мог.
Например, сегодня рано утром…
И ещё Нега не спросил, почему она, офицер «секретного» полка, назвалась сотрудницей «Весёлого Полдня».
И поэтому вместо «отрицательно» напротив имени Неги появилась отметка: «вероятно».
Ресторан «Турандот» Москва, Тверской бульвар
– Где он?
– Спит, – коротко ответил Тамир.
– Что? – не понял Ортега. По мнению помощника комиссара, никто не смел так безответственно относиться к нынешнему кризису. Да и к любому другому кризису тоже. – Нега спит?!
– И летит в Вашингтон, – уточнил шас.
– Спит, летя… – вставил подключившийся к разговору Доминга. – Или летит, спя…
– Зубришь орфографический словарь?
– Как ты догадался?
– От занятий русским языком у тебя волосы выпадают.
– Где ты учился шутить?
Зубоскалить «ласвегасы» могли вечно, поэтому Ортега перешёл на командирский тон:
– Чем вы занимаетесь?!
– Вычисляем «Стартхема».
– Не отвлекайтесь. И не звоните мне без необходимости – у меня встреча.
– Не переусердствуй.
– Работайте.
Ортега убрал телефон в карман, огляделся, стоя на пороге зала, приметил жующего салат Биджара и присоединился к нему:
– Спасибо, что пришёл.
– Должен же я где-то обедать, – ворчливо отозвался шас. – И здесь ничем не хуже, чем там.
Биджар Хамзи управлял крупнейшим супермаркетом Торговой Гильдии и был одним из её директоров. Другими словами, по меркам обычных жителей Тайного Города, на нём пробы ставить было негде. А вот в Тёмном Дворе, который умел выстраивать рабочие отношения с подданными, Биджар считался едва ли не образцом законопослушности, мастером компромиссов и «одним из наиболее адекватных шасов», конец цитаты. Последнее определение было строго для внутреннего пользования, и Биджару никогда не проговаривалось, чтобы не загордился.