Шрифт:
Эдмонд Мур Гамильтон
Ночь конца света
Роско Восс гладил себя по пухлому животу, и смотрел с наигранной невинностью широко раскрытыми глазами на двух посетителей.
— Атомная энергия? — повторил пухлый маленький меценат. — Я не знаю, о чем Вы говорите, господа.
Один из этих двух мужчин — высокий, изможденный белокурый молодой ученый, которого звали Чад Валтерс — сделал нетерпеливый жест.
— Восс, Вы лжете, — парировал он обвиняюще. — В Вашем владении теперь тайна атомной энергии. Клайд Финчли обнаружил тайну и усовершенствовал реальную турбину циклотрона. Но он умер неделю назад. Модель циклотрона отсутствовала в его лаборатории после его смерти. Вы всегда хотели эту тайну, и, таким образом, Вы украли модель, Восс!
Роско Восс выглядел возмущенным.
— Посмотрите сюда, Вы, двое. Вы можете быть большими учеными в Готэмском Университете, но Вы не имеете права приходить сюда и оскорблять меня такими обвинениями. Я едва знал Клайда Финчли. Я обращался к нему несколько раз только потому, что он хотел, чтобы я финансировал его проект. Я не знаю, что он когда-либо усовершенствовал атомную энергию. Это все — видения курильщика опиума.
Молодой Чад Вальтерс и старый седеющий человек — доктор Таддеус Ли — смотрели мгновение в тишине на жирного мецената. Затем Вальтерс произнес с горечью:
— Вы не одурачите нас, Восс. Мы знаем, что Вы взяли тот циклотрон. И мы знаем, что Вы планируете продать его враждующим народам за границу. Для обогащения, Вы хотите выпустить атомную энергию, чтобы опустошить мир. Но Вы не должны делать этого!
Доктор Ли, пожилой астроном, заговорил впервые. Он имел тяжелый, задумчивый голос.
— Нет, Восс. Вы должны отдать нам этот циклотрон. Это — последний шанс спасти небольшое количество людей от прибывающей катастрофы.
— Прибывающей катастрофы? — повторил Восс. Он изумился. — О чем разговор?
— Земля и все живущие на ней люди погибнут в течение нескольких дней, возможно в течение нескольких часов, — ответил Таддеус Ли. Астроном говорил мягко, как если бы объясняя ребенку. — Большая масса мчится к Земле из внешнего космоса — астероид сошел со своей орбиты и летит к Земле. Когда он ударит в планету, все на Земле будет разрушено.
— Что Вы хотите этим сказать? — фыркнул Восс. — Да ведь если бы так действительно было, то все заголовки газет кричали бы об этом.
Ли покачал печально седой головой.
— Нет, Восс. Астрономы обнаружили подлет астероида. Они согласовали между собой, чтобы молчать об этом до самого конца. В муках нет никакой цели. Люди Земли ударились бы в бесполезную панику в последние часы. Только когда астероид войдет в нашу атмосферу и начнет гореть, тогда он станет видимым. Он пройдет быстро по спирали вокруг Земли и затем — удар!
Скептицизм явно сквозил в каждой линии полного розового лица Роска Восса. Но молодой Чад Вальтерс искренне продолжил обращение.
— Именно поэтому Вы должны дать нам циклотрон Финчли, Восс! Я — физик, Вы знаете. Когда доктор Ли рассказал мне о прибывающем бедствии, я построил ракету, которая позволит горстке людей убежать. Мы могли бы заполучить шанс сохранить нашу расу живой в другом мире. Но эта ракета не может оставить Землю без атомной энергии. Циклотрон Финчли должен был сделать это. Только циклотрон может сделать эту работу…
Восс захихикал. Его хихиканье перешло в смех, и его все жирное тело затряслось от радости.
— Я должен Вам двоим поаплодировать, Вы, конечно, изобретательны, — объявил он. — Ведь требуются умственные способности, чтобы выдумать косоглазую история, которая испугает меня, в чем я, собственно, уверен.
— Вы дурак. Все, что мы говорим Вам — правда! — вскричал Чад Вальтерс. Его измученное лицо пошло мертвенно бледной эмоцией. Он выхватил пистолет и направил его в грудь мецената. — Где украденный циклотрон, Восс? Где Вы его прячете? Быстро говорите или я выстрелю.
Восс следил за ним спокойно.
— Я не скажу Вам ничего. И Вы не будет стрелять. Если Вы это сделаете, то никогда не узнаете ничего от меня.
Чад Вальтерс стоял, его палец дрожал на спусковом крючке, его синие глаза — сверкали.
— Не стреляйте. Чад! — сказал быстро доктор Ли. — Если Вы убьете его, у нас не останется даже надежды на обнаружение циклотрона.
Вальтерс резко опустил свой пистолет. Роско Восс фыркнул в отвращении.
— Ваш небольшой дикий блеф не сработал, а? Теперь, господа, я предлагаю Вам уйти отсюда. Я — занятой человек.
Той ночью, Роско Восс прогуливался через Центральный Парк после его законного ужина. Он очень не хотел идти, но его врач предупредил, что тот должен гулять. Он ненавидел прогулку, но выполнял ее неукоснительно.
Когда он шел по темной гравийной дорожке, жирный маленький меценат посмотрел в звездное небо. Оно сверкало сиянием всех летних созвездий. Он захихикал снова, когда вспомнил о сделанной попытке блефа Ли и Вальтерса.
— Плохо они требовали тот циклотрон, — пробормотал он в удовлетворении. — Но они никогда не получат его. И они никогда не найдут, где я спрятал его. Враждующие народы предложат миллиарды за такое оружие, как это. Миллиарды мне!
Внезапно Восс услышал быстрый шаг позади него. Он начал оборачиваться вокруг, но что-то обрушилось на его голову, и он упал без сознания.
Когда сознание возвратилось, он лежал на спине. Гравий, который он Он почувствовал под собой гравий, и понял, все еще находиться на дорожке в парке. Высоко над ним протягивалось небо великолепных блестящих звезд.
Он попробовал встать, но обнаружил, что не может перемещаются, так как был связан по рукам и ногам, и закреплен надежно. Он не мог пошевелить мускулом или даже повернуть голову, когда лежал на спине. Двое мужчин склонились над ним.
— Это что — ограбление? — прорычал он. — Вы?
Это был Чад Вальтерс и доктор Ли. На двух мужских лицах был странный, фаталистический взгляд. Это, так или иначе, охладило Роско Восса.
— Вы собираетесь умереть, Восс, — сказал Чад Вальтерс. — Каждый когда-нибудь умирает. Немногие, кто, возможно, убежит в моей ракете погибнет также, потому что Вы не дали циклотрон.
Голос Вальтерса пронзительно возвысился.
— Вы проклятый денежный хапуга! Вы обрекаете наш единственный шанс для расового выживания. И когда наступит конец, Вы поймете это. Я последовал за Вами и оглушил Вас, чтобы смог наблюдать, как Вы корчитесь и визжите перед наступлением конца!