Чтение онлайн

Взглянув на Маккинли снизу вверх, Луси подумала, уж не уловил ли он ее биотоки, подсказавшие ему, что она воспылала к нему вполне определенным интересом. Возможно, граф уже обдумывает план, как затащить наивную американку в постель, пользуясь тем, что ее жених находится очень далеко.

В таком случае понятно, чего опасается Роберт. Вне всякого сомнения, он знает характер своего хозяина лучше, чем приехавшая на несколько дней гостья.

Луси испытывала самые противоречивые чувства: от восторженного трепета при одной только мысли о возможной перспективе близости до разочарования в человеке, которого она сочла совершенным. Наверное, не следовало ставить Патрика на столь высокий пьедестал. В конце концов, он всего лишь человек, со всеми присущими ему слабостями и недостатками. И он, конечно, не святой.

— Но я уверен, что леди Мейда пожелала бы познакомиться с мисс Луси, — настойчиво продолжил Роберт.

— Я тоже была бы рада встретиться с леди Мейдой, — подхватила та, решив, что ей не пристало включаться в сомнительные игры графа Уэндейлского. — Патрик, Роберт сказал мне, что вы с леди Мейдой скоро собираетесь объявить о помолвке.

Услыхав это известие, Маккинли устремил на камердинера весьма выразительный взгляд. Но продолжалось это всего секунду. Через мгновение Патрик перевел пронзительно-голубые глаза на Луси и усмехнулся.

— Никогда не знаешь, чего ожидать в следующую минуту! Прежде у Роберта не было тяги к сплетням. Интересно, что еще мне суждено узнать в ближайшем будущем? — И он снова бросил недовольный взгляд на престарелого слугу.

— Возможно, вы самый замечательный граф Уэндейлский из всех представителей этого славного рода за несколько сотен лет, — смиренно произнес Роберт. — Кроме того, вы очень хороший человек, у вас имеется огромное чувство ответственности, вы привержены старым традициям, но самое главное — вы любите маленького племянника и заботитесь о нем, как о собственном ребенке. Это делает вам особую честь.

— Боже правый! Неужели простой смертный может иметь столько достоинств сразу! — воскликнул Патрик в притворном ужасе.

— Может, милорд.

Патрик с улыбкой покачал головой.

— Знаешь, что я тебе скажу? Ты хитрый старый лис, Роберт. Но я вижу тебя насквозь.

— Догадываюсь, милорд.

— Ты слишком много себе позволяешь. И тебе слишком многое известно.

— Да, милорд. Мне действительно многое известно, потому что я долго живу на свете. Ваш брат даже говаривал, что слишком долго.

— В подобные моменты я готов согласиться с ним, — ворчливо заметил Патрик. Затем он повернулся к Луси. — Вот видишь, как он третирует меня? Попробуй теперь не соответствовать всем тем качествам, которые он мне приписывает! — Он посмотрел на наручные часы. — Ну, мне пора. Желаю тебе хорошенько отдохнуть, Луси. Примерно в два часа дня я заеду за тобой. Роберт, проследи, чтобы наша гостья как следует перекусила перед выездом. Ведь мы не хотим, чтобы Луси отправилась в больницу голодной, не так ли?

— Совершенно верно, милорд, не хотим.

Патрик кивнул и ушел. Луси долго еще с тяжелым сердцем смотрела на закрывшуюся за ним дверь, испытывая беспокойство по поводу своего душевного состояния.

— Вы почти не притронулись к завтраку, мисс Луси, — с укором произнес Роберт, ставя на поднос пустую чашку Патрика.

— Что-то у меня сегодня нет аппетита, — вяло пояснила Луси.

— Наверное, вы переживаете из-за того, что вам предстоит перенести больничную процедуру, — предположил старый камердинер.

Прозвучавшая в его голосе нежность проникла в самое сердце Луси. Давненько уже с ней никто так не разговаривал.

— Может быть, Роберт.

— Будем надеяться, что, после того как вы вздремнете, у вас снова появится аппетит.

— Да... — Губы Луси задрожали, и глаза вновь наполнились слезами.

Испугавшись, что сейчас расплачется перед Робертом и тем самым окончательно скомпрометирует себя, она порывисто вскочила со стула, намереваясь выбежать из столовой, но ненароком подтолкнула руку камердинера. Серебряный поднос вылетел из его пальцев и с грохотом упал на пол вместе с пустой чашкой, которая конечно же разбилась от удара вдребезги.

— Боже мой! — в испуге воскликнула Луси. — Что я наделала?! Простите меня, Роберт. Все это так глупо... — Она присела на корточки, чтобы помочь камердинеру собрать осколки, но это небольшое происшествие словно послужило последней каплей, переполнившей чашу терпения, и по щекам Луси заструились потоки слез. — Господи! — всхлипывала она, осознавая, что своим поведением ставит Роберта в неловкое положение. Тот был явно обескуражен таким открытым проявлением эмоций. — Не обращайте внимания... Просто я очень устала. Мне нужно немного отдохнуть, и все снова будет в порядке...

Роберт взял из ее дрожащих пальцев осколки кофейной чашки и положил их на пол. Затем он помог Луси подняться, нежно обняв ее за плечи.

— Вам действительно необходимо поспать, мисс Луси. Идемте, я провожу вас наверх.

— Благодарю вас, — снова всхлипнула она. — Вы так добры ко мне...

— Не стоит благодарности, — добродушно ответил камердинер. — Вы такая милая девушка, что мне невольно хочется сделать для вас что-нибудь приятное. Сейчас я понимаю, почему милорд собирается взять вас с собой в Уэндейл-холл.

Шмыгнув напоследок носом, Луси решительно вытерла слезы и остановилась посреди лестницы, по которой они как раз поднимались, заставив тем самым остановиться и старого камердинера.

— Почему вы так говорите, Роберт? — спросила она с дрожью в голосе. — Во избежание недоразумений считаю нужным сказать вам, что между мной и вашим хозяином не существует ничего похожего на близкие отношения. Мы впервые встретились сегодня в аэропорту. Через месяц он собирается объявить о помолвке, а я примерно в то же время выхожу замуж. Поэтому если у вас хотя бы на мгновение появилась мысль о том, что между нами возникли чувства, похожие на страсть, вы глубоко ошибаетесь!