Шрифт:
Глава первая
Он ждал нас внизу. И он был великолепен. И омерзителен одновременно. Тут смотря на что смотреть. Если на одежду – белоснежная рубаха с посеребренным кружевным пышным воротником, черные поблескивающие штаны, закинутые на стол начищенные до яркого блеска коричневые сапоги с частыми золотыми заклепками и большие солнцезащитные очки сдвинутые на бугристый лоб. Он великолепен как средневековый напыщенный дворцовый франт. Если глядеть на внешность… то это красный с черными вкраплениями кусок старого и недавно смоченного дерьма отрастивший себе руки и ноги, а к ним еще и заботливо расчесанную гриву черных волос ниспадающую на серебряный воротник.
Опустившись напротив, я, не скрывая интереса, внимательно оглядывал героя четвертого ранга Червеуса Магмуса. И ему это явно не понравилось, хотя, надо отдать должное – первые несколько минут он стоически терпел.
– Че пялишься, макака? – чуть скрипуче осведомился он, убирая сапоги со стола и подаваясь вперед.
– Оно еще и разговаривает – потрясенно моргнул я и уставился на усевшуюся рядом Зеленоглазку – Охренеть у вас тут технологии продвинулись…
– Оди! – рыкнула девушка – Мы же договаривались, что ты ведешь себя тихо и спокойно! И да, Червеус похож на открытый, но еще не съеденный шоколадный батончик. Умерь восхищение.
– Шоколадный батончик? – удивился я – О чем ты? Я вижу перед собой вылезший из порванной жопы кусок говна в солнцезащитных очках.
Удар Червеуса я блокировал двумя руками, одновременно ударяя ногами о пол, отчего отлетел назад вместе со стулом. Ножки проскрипели по полу и замерли, хмыкнув, я стер с губы кровь, поглядел на покрасневшую ладонь – удар Червеуса был так силен, что я сам себе врезал по лицу.
– Макака – презрительно прошипел Червеус – Ручонки целы? Жрать сможешь?
– Целы, целы – улыбнулся я, вставая и берясь за спинку стула – Но вот столовые приборы, я, макака тупая, умудрился потерять…
Моргнув, Червеус уставился стол, пытаясь понять, куда делись мои вилка с ножом.
– Твоя рука, Черв – тихо прыснула Зеленоглазка.
– Вот же дерьмо! – с чувством заявил герой четвертого ранга, глядя на свою правую руку, откуда торчали глубоко всаженные вилка и нож – Ах ты гребанная макака…
– А че ты не кричишь и не катаешься от боли? – с огорчением поинтересовался я и помахал прижавшемуся к стене трактирщику, явно ожидающего начала геройского побоища.
– У меня пониженная чувствительность нервных окончаний – вздохнул бугристый урод, осторожно вытаскивая раны между костяшками столовый нож – Сука…
– Ты почаще оглядывайся тогда – искренне посочувствовал я.
– Так! Хватит меряться глаголами, мальчики – вздохнула Теулра, что продолжала скрывать лицо за тонкой сетчатой полумаской – Черв… мы сюда не за этим пришли.
– Не за этим – согласился тот, со стуком опуская на стол чуть погнувшуюся вилку и поворачивая голову к робко подошедшему Бугнару – Ладно… трактирщик! Подавай на стол! И побольше мяса! Жареного! С румяной корочкой чтобы! А ты… Оди… не стоит больше называть меня куском дерьма.
– Шоколадка? – предположил я, с намеком глядя на посеребренный воротник – Развернутая…
– От мужика такое слышать не желаю! Червеус! Для друзей – Черв!
– Отлегло – с облегчением выдохнул я – Червеус… Червь. Ты похож на кусок обрезанного и запеченного в духовке дождевого червя.
– Да – кивнул герой четвертого ранга, поправляя воротник – Все так. Но не на дерьма кусок!
– Любишь мясо? – сменил я тему, пододвигая к себе поставленное перед Червеусом блюдо с кусками слишком уж даже румяного и явно пережаренного мяса – И любишь хруст мясных волокон на зубах?
– Обожаю мясо – проскрипел Червеус и медленно сжал правый кулак, выдавливая из ран густую кровь – Я сука до безумия обожаю мясо… жареное мясо с восхитительной хрусткой корочкой… можно даже без приправ… просто сыпануть чутка соли… ну и для запаха немного черного перца…
– Так все в точности и приготовлено – робко вякнул трактирщик, подносящий следующее блюдо.
– Так чего не жрешь, если все как надо приготовлено? – без особого интереса спросил я, забирая у сидящей рядом Теулры вилку с ножом и перекладывая себе на тарелку кусок мяса потолще.
– А он не может – снова прыснула Зеленоглазка.
– Теулра! – взревел Червеус – Нашла над чем смеяться!
– Он ест только растительную пищу – отдышавшись, пояснила Теулра – Другой его организм не принимает категорически.
– После изменения так?
– Ага – мотнул бугристой башкой сидящий напротив меня мускулистый червь и с отвращением всадил вилку в листья зеленого салата – После изменения. Я не жалуюсь. Обрел больше, чем потерял. Гораздо больше.
– Вижу – кивнул я, глядя на его правый кулак.
Поймав мой взгляд, Червеус с некоторым трудом растянул тонкие и почти незаметные губы в широкой усмешке, подхватил со стола салфетку и протер правую руку.
Ран не было.
Лишь едва различимые следы на чуть более светлой коже – там, где ее пару минут назад пробили нож и вилка. И столовые приборы я вбил глубоко.
– Регенерация великолепна – вздохнул Червеус, довольный произведенным эффектом и выражением нескрываемой зависти на моем лице.
– И на ней список не кончается – добавила Теулра, с сомнением теребя сетчатую полумаску и глядя на обалденно пахнущую и еще шкворчащую яичницу – Дама из высшего общества колеблется… вот сука и дерьмо… так хочется плюхнуть хлебный мякиш в этот подсоленный и поперченный желток…
– Все так и приготовлено, леди! – обрадованно вякнул трактирщик, ставя на стол запотевшие кувшины – Кушайте!
– Дерьмо – повторила Теулра, резко сдергивая с лица полумаску.
– Боишься какой-то пандемии? – чавкая, спросил я – Или булимии? На лицо ты такая уж и страшная…
Червеус зашелся в приступе смеха, едва не сметя на пол ненавистный ему салат. Теулра, одарив меня злобным взглядом, решительно расчленила яичницу и впечатала в нее духовитый ржаной мякишь.
– Высший сука этикет! – пояснила она перед тем, как забить рот вкуснятиной и блаженно зажмуриться.