Чтение онлайн

Образец для подражания снова настороженно застыл, испуганно прислушиваясь к тому, что происходит за входной дверью, потом выдохнул и с явным облегчением пояснил Алеи.

– Наверное, показалось, ничего не бойся и ты привыкнешь. Господин обязательно позовет тебя завтра. И тебя накроют покрывалом и нужно смотреть только вниз, на ступни впереди идущей стражи и когда приведут в покои господина ожидать его приказа. Потом скинешь покрывало, - Ася запнулась и, кажется, стала бледней, потом судорожно сглотнув, с усилием продолжила.
– Ты должна делать все, что он прикажет... он все равно это сделает... это его право...

– А если я не хочу?

Ответ Алея узнала еще до того, как спросила по испуганно вскинутым на нее огромным глазам.

– Ты не должна отказывать господину и тогда между вами все пройдет... мило.

– Мило?
– кажется Алея сорвалась на крик.

Ася молнией метнулась к ней, запечатывая ладонью ее губы.

– Тише, пожалуйста, нас могут услышать. Запомни, он твой господин, он может делать с тобой все, что ему угодно, у тебя нет права отказывать ему. Я расскажу... хочешь, я расскажу о себе и, тогда ты поймешь, что меня надо слушать?

Девушка дождалась согласного кивка и снова уселась перед Алеей на корточки.

– Я мечтала быть дипломатом, сколько себя помнила. Грезила карьерой в министерстве внешних связей. Глупая была. Убедила родителей отпустить в академию, после получила место младшего секретаря в дипломатическом корпусе. Я подавала определенные надежды и когда на планету прибыли послы с Мурано меня включили в группу для встречи важных персон. Нашему императору нужны были связи с таким могущественным соседом. Я приносила папки, бегала за кофе, что - то кому - то передавала и изо всех сил старалась произвести благоприятное впечатление на ответственного за ту встречу секретаря. И знать не знала ничего о Ниро, думать тогда могла только о карьере. Хотя молодой Ниро производил впечатление, высокий, с военной выправкой и льдистым жестким взглядом. Знаешь, половина девчонок из дипломатического корпуса влюбилась в него.
– Ася грустно вздохнула.
– Я же не замечала, он тоже не смотрел на меня... пока однажды, споткнувшись, я не влетела в Ярослава Ниро, спокойно идущего по коридору представительства. Он с вежливой улыбкой принял мои извинения и заверил в том, что проблем не будет... Я классический представитель своей расы, бледной, тонкой и невысокой. Ярославу же нравились другие женщины, такие, как на его родине, смуглые, рослые, с гривой густых темных волос. На его родине женщины выходили из дому в сопровождение мужчины и закутанные с головы до ног в плотные покрывала. Мы же, юные и глупые девушки - дипломаты, бегали по министерству в блузках и узких юбках, и обязательные туфли на точеной шпильке. По меркам Мурано все равно, что голые.

Ася замолчала, глядя куда - то вдаль, будто снова шла по тому коридору с папкой документов в руках.

– Знаешь, я ему сразу понравилась. Мои волосы и то, как я склоняла голову на бок, слушая очередное замечание нашего секретаря. И еще там было окно, и падающий из него свет окружал неверным сиянием мой профиль... Ярослав иногда может быть романтичным.

На любителя, конечно, потому как Алея силилась представить изъясняющегося подобным образом капитана "Шивадо" и... не могла. Он же состоял изо льда и стали. Какие могут быть нежные признания? Но Ася, видимо, считала иначе.

– Он говорил, что я очень красива, что свела его с ума и должна принадлежать лишь ему.

Алея снова напрягла воображение, представляя сурового Ниро на коленях перед маленькой тоненькой девочкой. И снова мимо.

– Я не слушала, я была испуганна, я кричала и требовала отпустить, грозила санкциями... Я угрожала ему на его же корабле. Я сама виновата, Алея, я заставила его быть жестоким, но я не поняла и не захотела смириться... принялась яростно сопротивляться. Тогда я еще верила в то, что не могу быть собственностью и точно смогу уйти от него. Но ведь никто не будет объявлять войну из-за одной глупой девочки, которую потащил в спальню дипломат с Мурано. Они любят комфорт и они неутомимы. Это будет только твоим выбором, Алея, какой станет ваша первая близость. Чем она будет заполнена, твоими слезами или твоим удовольствием. Нельзя говорить Ниро "нет", нужно смириться и расслабиться.

Ася опять замолчала, погрузившись в свои невеселые воспоминания.

– И у тебя получилось?

Алея неуклюже попыталась отвлечь ее грустных мыслей.

– Меня некому было научить, и я была идеалисткой. Секс после брака и исключительно по любви... глупо очень... надеяться на это, - Ася неуверенно улыбнулась Алеи.
– Не повторяй моих ошибок. Яромир не старший брат, но кто знает, куда заведет его твое сопротивление и что после этого сделает с тобой госпожа. Ты к ней привыкнешь, но лучше не злить. Она не умеет прощать, за то умеет замечательно мстить и наказывать.

Славный мир для благоразумных дурочек.

– И как здесь воспитывать детей?

Слова сорвались сами собой, и Алея испуганно застыла, боясь услышать ответ, но гостья наоборот оживилась, даже появился блеск в глазах. И дураку было видно, детей девушка любит и может говорить об этом постоянно.

– Госпожа любит детей, они продолжение ее горячо любимых сыновей. Любовь к детям здесь возведена в культ, нет нежеланных, они считают детей обязательной составляющей счастья.

Конечно, только вот воспитание у них странное.

– Надеюсь, у тебя мальчики потому, что девочкам на Мурано весьма проблематично.

Ася рассмеялась тихим мелодичным смехом.

– Я даже придумала им имена...

Алея насмешливо выгнула бровь, но спросила мягко, пытаясь скрыть злую иронию.

– И тебе даже позволили выбрать имена для детей?

– Нет, конечно, - девушка тряхнула белоснежными локонами, словно отметая пустое.
– Но, если бы, я могла то назвала бы сыновей Инииль, Дадииль и Миваиль, а для девочек я приготовила Суинэ, Вилиель и Тамиэль. У нас дома эти имена очень красивы, с этаким налетом легкого аристократизма.

– Мне нравится, - на самом деле Алеи было, в общем - то все равно, но Асе, наверное, как и ей самой было не с кем поговорить о самых обычных вещах, таких, например, как выбранные имена для детей. И этот разговор отвлекал, отвлекал от того момента, когда ее позовут к господину.
– И как их назвали Ниро?

Ответ сразил наповал, заставив Алею невольно сжаться от ужаса. От ровного тона и безучастных слов девушки.

– Я не знаю. Детей по приказу Ярослава отнимают после рождения, не показывая мне, - на губах девушки тень улыбки, она кажется Алеи безумной.
– Иногда я представляю сыновей, иногда дочерей. Старшему уже почти десять, Виль или Дади вчера исполнилось семь, самому маленькому скоро будет два месяца.

– Но ты же говорила, что дети воспитываются здесь, в гареме.

И вновь этот ровный тон без малейшей примеси эмоций.

– На другой половине, это тоже приказ Ярослава, я не могу их видеть, но я могу представлять какими они стали.

– Но почему...

Договорить Алея не успела, Ася неожиданно вскочила на ноги и метнулась к двери:

– Встретимся утром, мои комнаты у самой лестницы.

Алея половину ночи провела, бессмысленно глядя в потолок и отрешенно представляя себя на месте наложницы капитана. Это бы у нее отобрали детей заставив, мучатся неизвестностью, ни разу не позволив даже взглянуть на собственное дитя. Это ее бы избили и изнасиловали, а потом сделали все, чтобы превратить дальнейшее существование в один беспредельный кошмар. Алею не обманули ни безмятежный взгляд, ни ласковая улыбка поздней гостьи. Ася была глубоко несчастна, но уже смирилась с этим и даже нашла оправдания для того, кто сломал ее жизнь. Она не обвиняла Ярослава и его раздутое эго, вовсе нет. Она, она и только она была виновна в том, что ее раз за разом ломают, причиняют боль и получают от происходящего удовольствие. Ася сказал, что нужно смириться, забыть о гордости и стать послушной тенью ради своего господина. Что только такое поведение спасет от наказания, подарит иллюзию о том, что все по согласию и по чистой любви. Алея устало закрыла глаза, отказываясь гадать о том, что с нею самою дальше будет. Хватит. Она уже строила воздушные замки и стремилась к мечте. Невозможно предугадать все и перепрыгнуть через собственную голову. Время покажет, что приготовил для нее Яромир и что она сделает, чтобы остаться собой.