Чтение онлайн

...Я говорю вам: почему, как только все более или менее приходит в порядок, что-то тут же нарушает его - сбой внутри системы или внешнее воздействие? Мелкие, но не фатальные сбои внутри системы Человеческая Цивилизация происходили постоянно, система справлялась с ними.

Работники орбитального телескопа Евразийского Коммерческого Астрономического Общества, собирающего средства для своих фондов в основном с помощью лженаучных астрологических прогнозов, сообщили о странной аберрации на одном из наблюдаемых участков. Процессоры сбоили и часть сбоев была вызвана не глупостью пользователей или некорректной работой программ, а последствиями бомбардировки космическими частицами. Любой процессор под действием таких частиц дает программные сбои, частота их пропорциональна объему оперативной памяти. Нейропланты тоже сбоили, но из-за своей микроскопичности - значительно реже. Результатом попадания частицы в микросхему могло быть не столько отключение, сколько нарушения в работе. Сбой нейропланта мог иметь экзотические последствия, и благодаря многолетним исследованиям эти сбои систематизировали и научились бороться с ними. Типы и классы попадающих в атмосферу мельчайших космических частиц тоже подвергались анализу, и многочисленные таблицы закономерностей вскоре были составлены. В конце концов, частицы были частью галактики.

Облако пронеслось сквозь Землю за трое суток. Оно вошло в Млечный Путь извне. Некоторые считали, что постепенно пробирающаяся все дальше в космос земная цивилизация была искусственно атакована. Что атаку произвели те, кто издавна наблюдал за человечеством (истории о летающих тарелках и зеленых человечках жили всегда), желая не допустить его экспансию в Большой Космос. Действие, которое частицы из другой галактики оказали на электронику, было не просто странным, а дико, экзотически странным, по прошествии трех этих суток Приятная Во Всех Отношениях Цивилизация перестала существовать...

!-"

На монитор упала тень, Манок оглянулся - Чина читал через его плечо.

– Кто-то наслал на нас эту...
– Манок переключил что-то и глянул на экран.
– "гало-бомбардировку"? Кто-то бом... бардировал нас, или оно само упало?

– Неизвестно, - сказал Чина.
– Все может быть.

Манок закрыл библиотечку.

– Ты говорил, мы должны видеть и слышать...
– Он сделал широкий жест...
– Ну, вот это. Все, что вокруг. Должны знать о нем, чтобы понимать, что мы здесь. А тот, с трубкой, который стрелял в нас? Если даже ему кажется, что он находится в другом месте... ну и что? Мы ведь его видим. Значит, он все равно здесь.

– Это для нас он находится здесь, - возразил Чина.
– Он об этом не знает. Для него главнее то, что видит он, а не что видим мы. Ты не понимаешь? Не злись...

Манок топнул ногой.

– Мы его видели здесь! Он ходил по земле. Значит, он здесь! Не важно, где его...
– он сморщился, пытаясь выразить то, что хотел выразить. Постучал указательным пальцем себя по лбу...
– где его голова. Важно, где его ноги.

– Нет, - сказал Десадо.
– Наоборот.

– Двинься!
– Цеп оттолкнул Снули и заглянул в дверь. Снули не обиделся и отступил.

– ............................

Он посмотрел вниз и встретился глазами с Еной, которую держал за руку.

– Что там?
– спросил сзади Манок.

Цеп видел просторный бетонный коридор с широкими окнами без стекол. В окна дул свежий ветер и падал теплый свет. Он озарял кучи земли, проросшую траву, перевернутую будку, сломанные скамейки, приоткрытые ворота в дальнем конце. Возле ворот лежало что-то большое и ржавое, над ними была надпись. Цеп нахмурился, пытаясь прочесть ее.

– Стац...

Толкнув Цепа, Манок встал рядом.

– Стац...
– сказал он.
– Стац-ио-нар. Здесь?

Цеп присел на корточки возле двери, прижался спиной к бетону. Открыв рот, он согнул пальцы и стал угрюмо стучать ногтями по зубам.

– Ты чего?
– спросил Манок. Цеп молчал.

Чина внимательно рассмотрел коридор и повернулся к Десадо.

– Насколько я знаю, в клинике был кабинет, который всегда держали для Бруло. На случай, если он появится неожиданно.

Младший кивнул и глянул на Цепа. Грязные ногти, ударяя по желтым зубам, издавали тихое клацанье.

– Почему он это делает?

– Он не хочет заходить, - пояснил Манок.

– Почему?

– Боится. Он редко боится. Если только...
– Манок убрал библиотечку и осмотрел всю компанию.
– Цеп, встань!

Тот продолжал сидеть на корточках, и Манок пнул его ногой в бок. Цеп что-то промычал и остался сидеть.

– Встань!

Цеп встал.

– Подтяни штаны, Снули. Запутаешься, если будем бежать. Цеп, возьми Ену. А у вас есть штуки?

Чина с Младшим посмотрели на Манка.

– Ну, такие, как на Корабле. Которые убивают.

Чина покачал головой, а Десадо хлопнул себя по левому плечу.

– Да, у меня разрядник.

– Достань его. Идем.

– Подожди...
– Чезарио покосился на Цепа и неуверенно присел возле Манка.
– Он все время был спокойным, а сейчас боится. Что там?

Манок оглянулся на приоткрытые ворота.

– Он был здесь. Нам не хватало еды, и я его послал наверх, чтобы он поискал. Он вернулся нескоро, с едой. Мясо в одинаковых пакетах, красное и черное. Разное... Мы его жарили. Я хотел, чтобы мы все поднялись и стали жить вверху. Спрашивал у него, что он здесь видел, но он не смог рассказать. Он говорил "стац" и что-то еще, я не понял. Не захотел подниматься и показывать, где взял еду. А он очень любит еду. Но боялся. И теперь боится.

Чина покосился на Цепа, который хмурился, глядя на ворота.

– Знаете, что лежит рядом с входом?
– подал голос Десадо.
– Вон та ржавая машина? Мобиль полиции Верхнего Слоя. Они ездили на таких небольших... их, кажется, называли электроброневички или что-то в этом роде. Видите стволы пулеметов?

– А почему они повернуты в сторону клиники?
– спросил Чина, выпрямляясь.
– Что-то мне не нравится...

– Идемте, - перебил Младший и достал из кобуры разрядник. Чина шагнул в дверь и услышал, как за спиной Манок говорит:

– Ена плакала.

– Что?
– Чезарио повернулся.

– Цеп тогда плохо спал. С ним раньше такого не было. Иногда ночью кричал что-то. Я не мог понять, что. Только Ена вроде понимала. Она начинала плакать. Цеп покричит и заснет, а она еще плачет. Не дает спать нам. Снули тоже иногда плачет, но его ударишь - он замолчит. А Ена только громче от этого плакала. Ее мог успокоить только Снули.

Чезарио посмотрел на самого незаметного из трех с половиной. Тот стоял рядом с Цепом, который теперь держал на руках ребенка в пальто. Ветер шевелил пушок на голове Снули. Он зевал.