Чтение онлайн

Не было никаких надгробных плит. Никаких мертвых деревьев или черных птиц. Никаких призраков или теней.

Только холодный, белый дневной свет. Мрачный, но все еще утренний туманный свет просачивался через ее окно, купая ее розовые стены в прозрачном свечении, давая каждому объекту в комнате его собственный тонкий ореол.

Изобель зажмурила глаза, прежде чем открыть их снова.

К ее облегчению все осталось по-прежнему. Ее дыхание замедлилось, и она позволила себе поверить, что она действительно была дома. В безопасности.

Когда она расслабилась, боль в ее теле просочилась в центр ее мозга, принося с собой память о прошлой ночи. Все вернулось к ней в серии вспышек.

Игра. Брэд. Мрачный Фасад. Мир снов. Рейнольдс. Лилит. Ворен...

Снова раздался стук, на этот раз громче, настойчивей. Ее тело напряглось еще раз, непроизвольная реакция.

Звук доносился снизу. Именно тогда она поняла, что кто-то должен быть у двери.

Ворен.

Изобель была все еще одета в рубашку с длинными рукавами и джинсы, которые она надела ночью. Она выбежала из своей комнаты на лестничную площадку и, держась за перила, босыми ногами пробежала по ковру на лестнице.

На полпути вниз она остановилась.

Ее папа стоял у основания лестницы, спиной к ней. Он держал парадную дверь открытой, позволяя холодному утреннему воздуху проникнуть в дом. Перед ним, на крыльце, где она ожидала увидеть Ворена Нэтерса, стояли двое мужчин, которых Изобель никогда не видела прежде. Каждый из них носил накрахмаленную белую рубашку и темный галстук. Оба были одеты в длинные, коричневые шинели, лица их несли пустые, нечитаемые выражения.

В замешательстве она смотрела как высокий, темноволосый мужчина показал ее отцу свой бумажник. Там, в центре сгиба, она поймала свет серебряного значка.

Полиция? Что полиция делает здесь?

Она спустилась дальше вниз по лестнице, оставаясь близко к стене, но остановилась снова, когда пристальный взгляд высокого человека внезапно перешел от ее отца к ней.

— Детективы Скотт и Марч, — сказал мужчина и щелкнул своим бумажником, закрывая его. Он следил за ней, пока клал его во внутренний карман пальто. — Вы, Изобель Ланли?

Ее папа повернулся, удивленно смотря, что она стоит на лестнице. Его взгляд метался между нею и этими двумя детективами, его лицо выражало неуверенность и подозрение.

— Я могу спросить, в чем дело?

Изобель чувствовала, что ее колени задрожали, ноги теряли силу, чтобы держать ее. Ужас сковал ее грудь.

Она покачала головой, желая, чтобы эта сцена остановилась. Она хотела проснуться снова, и начать все сначала до того, как все пошло не так. Но было слишком поздно для этого. Что-то было неправильно. Ужасно неправильно. Она ощутила это, как невидимое присутствие в комнате.

Рыжеволосый детектив ответил.

— Мы ведем отчет о без вести пропавших лицах, и мы полагаем, что у вашей дочери может быть некоторая информация...

— О ком? — спросил её папа, но Изобель уже знала, о ком. Как недостающий кусочек головоломки, ужасная правда вернулась на место.

Она внезапно почувствовала головокружение, тошноту. Комната поплыла.

— Вы — Изобель, я правильно понял? — спросил рыжеволосый детектив. Его брови выгнулись, когда он рассматривал ее. Его подбородок, наклонился вниз, как будто он пытался подтолкнуть ее, напомнить ей о ее собственном имени.

Ошеломленная, она смотрела прямо через пространство между этими двумя мужчинами. Как иллюзия, детективы, холл, резкий утренний свет и ее отец — все растаяло, пока каждый из них стал не более чем отдаленным эхом в ее сознании. Ее разум мчался назад через хаос и ад, который был прежней ночью.

Рейнольдс. На кладбище. Он солгал ей.

Он солгал.

В этот момент правда казалась настолько простой и очевидной. Но тогда как это могло быть? Как, ведь он принес ей куртку Ворена? Ворен дал ее ему, не так ли?

Ее челюсть расслабилась. Конечно. Если он солгал ей, тогда бы ничего не остановило его солгать и Ворену тоже. Он, возможно, сказал ему что-либо, и даже теперь, Ворен мог быть в ловушке там, все еще ожидая.

Ожидая ее.

Она вспомнила слова Рейнольдса: "Он... дома сейчас, как хорошо".

Она прикрыла рот рукой. Она слышала эти убийственные слова снова и снова, его голос ясно звенел в ее сознании, как раскатистый гул погребального колокола.

Она опустилась на один шаг, чувствуя себя отстраненной от реальности.

Он называл ее своим другом. Он спас ее, и поэтому она хотела верить, что он спас Ворена также. И таким образом, она выпила каждое его слово до дна как истину. Она проглотила его ядовитую ложь так легко. Как она могла быть такой глупой? Она должна была знать, что он мог сказать, что потребуется, чтобы заставить ее разрушить связь. Разделить миры.

Он имел в виду это, когда назвал ее своим врагом.

Изобель чувствовала, что ее тело затрепетало, когда она тяжело вздохнула. Она даже не заметила, что прекратила дышать.

Лилит была права, думала она с внезапными муками горечи. Рейнольдс сохранял правду при себе все время. Он обманул ее и оставил одну с ложной надеждой, думая, что она умрет.

Шквал эмоций прошел через нее. Обида, гнев, предательство.

Потеря.

Так вот что означала его речь на крыльце. Его последний монолог перед его великим исчезновением.

Я не буду найден, сказал он.

— Мисс Ланли, — сказал высокий детектив. — Вы знаете что-нибудь о местонахождении Ворена Нэтерса?

Отстраненно, она отметила этот вопрос.

Да, подумала она. Да. Он находится в ужасном месте, где никто не сможет его достичь. Он находится в мире пепла и черных деревьев и сломанных людей, находившихся в заложниках у демона, который будет обладать им для вечности.

Она медленно покачала головой. Нет. Нет. Нет. Это не могло происходить.