Чтение онлайн

Также ходят слухи, будто цвет зверя напрямую связан с его стихией, с коей он при желании может слиться, но научных подтверждений этому я не встречала, а слухам верить не привыкла.

Ну а самое главное – порода драннирских кошек (за пару веков сократившихся до дракошек) считается элитной. Не в плане стоимости, хотя я бы столько на животину никогда не потратила, а в плане силы обладателя. Их берут себе сплошь могущественные или как минимум одаренные маги и, вероятно, открывают в чудо-котах какие-то новые способности, о которых потом не распространяются.

Ну и что, интересно, подумали в Службе регистрации магических животных, когда увидели в графе «хозяин» мое имя и уровень? Зазналась? Офонарела? Решила, что раз из такой семьи, то и сама не хуже? Или просто выпендривается перед простыми людишками?

В общем, наверняка ничего хорошего.

– Нельзя жить одной, – проворчала Дашка, и котенок поддержал ее еле слышным писком. – К тому же, они в любви помогают.

– Ну да, конечно, – фыркнул Игорь, напоминая о своем присутствии.

Он так и стоял, прислонившись плечом к двери и наблюдая за нашим разговором. О недавней драке с Ковальчуком напоминал только порванный ворот куртки, а вот лицо, до того уже начинавшее опухать, вновь сияло красотой и здоровьем.

Что б я так жила…

– Конечно, – надулась Дашка. – Когда хозяин встречает взаимную истинную любовь, дракошка меняет цвет!

– Тебе-то откуда знать?

– Оттуда.

– Ну откуда?

– Брейк, – вздохнула я и, смирившись, забрала у сестры невесомый комочек.

Господи, крохотный-то какой, как бы не раздавить…

Поднесла к лицу, вгляделась в расфокусированные голубые глаза.

– Звать-то тебя как?

– Ты должна сама назвать, – оживился Игорь. – Тогда он станет твоим.

Ему явно тоже хотелось посмотреть зверя поближе, но образ прожженного циника связывал руки. Сжалившись, я подошла к брату, через секунду к нам подскочила Дашка, и мы втроем склонились над ошалевшим от такого внимания котенком.

– Ну и на кого он похож? – Я закусила губу. – На Пушистика?

– Фу, – скривился Игорь.

– На Рыжика тоже не тянет, – покивала Дашка.

– Да что ж у вас с фантазией-то? – возмутился брат.

И у меня в голове что-то щелкнуло.

– Будешь Фафниром. Или Фафни.[1]

– Он дракот, а не дракон, – напомнила Дашка.

– А мы вырастим из него дракона. Будет огнем плеваться, золото стеречь и сжирать непокорных вассалов.

Новоиспеченного Фафнира такая судьба более чем устраивала, потому как он фыркнул, свернулся на моих ладонях калачиком и, кажется, моментально уснул.

– Кстати, о сжирать… – Игорь прокашлялся. – Есть чего?

– Идем, троглодит, – улыбнулась Дашка. – Заодно расскажешь, кто тебе куртку порвал.

– Что? – Наконец заметив болтающийся ворот, братишка поморщился. – Вот ублюдок…

– Не выражайся при ребенке, – буркнула я, топая за сестрой на кухню.

Там нас уже ждал накрытый стол с салатами, нарезками и пирожными и разлитое по бокалам вино.

Чудесно. Празднуем мое избавление. Вот только на душе праздником и не пахнет. А что улыбка на губах – так это все теплый мягкий Фафни виноват. Вызванные им эмоции контролировать не получалось.

Усевшись на стул, я устроила котенка на коленях, схватила бутылку и скривилась, глядя на надпись:

– Полусухое. Не люблю.

– Настоящее, – гордо произнесла Дашка. – А ты любишь всякую сладкую бурду. Никакого вкуса.

– А ты любишь то, что принято любить, а не то, что хочется, – парировала я. – Это не вкус, это лицемерие.

– Иди руки мой, – ни капли не обиделась сестра.

Я посмотрела на котенка, на нее, потом снова на котенка…

– Я лучше есть не буду, не хочу его лишний раз дергать.

– А я буду, – встрял Игорь и поскакал в ванную.

Едва послышался шум воды, как Дашка присела рядом и доверительно склонилась ко мне.

– Саша очень переживает из-за этого всего, – прошептала. – Ты не думай, он не со зла. Такая уж работа. Ну и разобрались же, уладили все…

– Какой, к черту, Саша? – опешила я.

Дашка растерянно моргнула:

– Ну Саша… Александр Ковальчук.

Вот же… Я так привыкла называть шефа исключительно по фамилии, что имя, наверное, и под пытками бы не вспомнила. А вот что с сестрицей они успели до такой степени сблизиться – это уже интересно.

– Полагаю, переживаний у него поубавилось, – пожала я плечами. – Теперь он с радостью утопит меня в первом попавшемся болоте.

– Не наговаривай! Он не такой. И расстроился сильно, дескать, я на него из-за этого обижусь. А я же все понимаю…

– Дашка, – перебила я, – а ты когда с ним в последний раз общалась?

– Так утром, – покраснела сестрица.

Мда… все еще хуже, чем я думала.

– Хм… как бы так сказать. Как бы теперь он на тебя не обиделся за компанию.

– В смысле?

– А вот у него спроси. – Я кивнула ей за плечо, где как раз появился умывшийся Игорь. – Они только что неплохо друг другу бока намяли.

Тот скорчил рожу:

– Ябеда.

– Что?! – воскликнула Дашка.

– Официально, – продолжила я, все-таки глотнув невкусного вина – и плевать, что на голодный желудок, – Игореха вроде как меня защищал. Но на самом деле, мыслю, именно он когда-то отдавил Ковальчуку хвост, из-за чего этот год мне очень весело жилось.

– Это правда? – Дашка сурово глянула на брата, который уже набивал салатом рот и сумел только промычать в ответ что-то невнятное.

– Про драку или про хвост? – уточнил он через несколько мгновений, когда пропихнул в себя ком еды.