Чтение онлайн

— Нужно узнать, кто она, — проговорил Деклан. — Родственница хозяев, служанка, гостья… Должен быть какой-то след! Если в этом доме было совершено убийство, об этом должны были сохраниться какие-то сведения! Ведь наверняка должно было проводиться расследование.

— Я могу поинтересоваться, поищу в архивах. — Слабо улыбнувшись, Эффи отставила пустой стакан. — В конце концов, это моя работа.

— Если бы здесь когда-то произошло убийство, до нас дошли бы хоть какие-нибудь слухи, — покачал головой Реми. — Но я никогда ни о чем таком не слышал. Милая, я отвезу тебя домой.

— Хорошо. — Эффи наклонилась к Деклану, коснулась его руки. — Едем с нами. Не знаю, стоит ли тебе здесь оставаться.

— Я останусь. Я так хочу.

«Здесь — мое место», — сказал он себе, когда остался один. Он думал об этом, сколачивая кухонный шкаф, повторял эти слова в такт глухим «выстрелам» пневматического молотка.

Он не просто восстанавливает дом — он делает его своим. И, если здесь когда-то погибла какая-то девушка, теперь это его история.

Он должен знать, что здесь произошло, должен узнать ее имя, ее судьбу. Откуда она взялась? Кто она такая, была ли действительно убита, кто ее убил и почему? А может быть, судьба для того и направила его сюда, чтобы он раскрыл тайну этого дома?

Не случайно ведь странные образы, витающие в этом доме — те, что, похоже, и отпугнули прежних хозяев, — лишь укрепляют его решимость.

Жизнь в доме с привидениями его не пугала. Но он не сможет жить спокойно, пока не узнает, кто эти призраки и почему они так и не смогли обрести покой.

И все же, ложась спать, в эту ночь Деклан не стал выключать свет.

В следующие несколько дней Деклан и не вспоминал ни о призраках, ни о ночных прогулках, ни даже о поездках в город — он был слишком занят. В Дом Мане явились нанятые им электрик и сантехник, каждый — со своей командой, а от шума и многолюдья привидения, как известно, предпочитают держаться подальше.

Фрэнк и Фрэнки — брат и сестра — были похожи как две капли воды: оба высокие, широкоплечие, с всклокоченными шевелюрами неопределенного цвета — прошлись по саду, качая головами и издавая неясные звуки, которые с равным успехом могли выражать одобрение или порицание. После часового осмотра Фрэнки — как видно, главная в команде — представила Деклану черновик контракта на очистку сада от сорной травы и разросшегося кустарника. Судя по заявленной стоимости работ, получив свой гонорар, брат и сестра намерены были немедленно уйти на покой, однако Деклан доверял Реми и потому согласился на их условия.

На следующий день они вернулись, вооруженные лопатами, мотыгами, граблями и садовыми ножницами в милю длиной. В окно столовой, где Деклан сколачивал шкафы, долетали обрывки их разговора, сопровождаемые треском веток и глухими ударами.

К вечеру, выглянув в окно, Деклан увидел, что поросль сорняков основательно поредела.

Явился и мастер по восстановлению лепнины, рекомендованный мисс Одеттой, — высокий и тощий, как щепка, негр по имени Тибальд. Прадедушка его, как узнал Деклан через минуту после знакомства, батрачил на хлопковых полях семейства Мане.

Вместе они обошли дом. Тибальд осматривал и обстукивал стены и что-то записывал в пухлом потрепанном блокноте. Когда дошли до бальной залы, он с мечтательным видом уставился на потолок.

— Да-а… — проговорил он. — Все так, как мне и запомнилось. А то с годами стало казаться, что все это одна моя фантазия. Трудно поверить, что и вправду есть на свете такая красота.

— Вы бывали здесь раньше?

— Заходил разок. Рудикеры — это последние хозяева, те, у кого вы купили Дом Мане, — хотели нанять меня на штукатурную и лепную работу. Грандиозные планы были у этих Рудикеров, все хотели переделать да перестроить, да так дело ничем и кончилось. Сделали совсем немного, да и работали на них не местные, а из Саванны, так я слыхал.

— Почему?

— Видно, потому, что хотели все тут переделать по-своему. А местные рабочие, те, что всю жизнь здесь прожили, что сотню историй слыхали об этом доме, их грандиозных планов могли и не оценить. Думаю, в этом дело.

— Понимаю, вот поэтому я предпочитаю местных. Скажите, сможете ли вы восстановить лепнину здесь и сделать такую же в других комнатах?

— Я делал лепные карнизы во Дворце урожая на Ривер-роуд. В машине у меня лежит портфолио со снимками, можете взглянуть. Или, если хотите, можно сходить во Дворец урожая и посмотреть в натуре. Там сейчас проводят экскурсии и устраивают праздники. Другие мои новоорлеанские работы — в Батон-Руж и в Метери, могу дать адреса.

— Давайте взглянем на снимки.

С первого же взгляда снимки «до» и «после» — лепные карнизы, стены, медальоны — показали Деклану, что перед ним настоящий художник. Однако для проформы он попросил подготовить наброски и смету. Тибальд обещал все сделать к концу недели, и мужчины пожали друг другу руки.

— С огромным удовольствием, скажу я вам, приложу руки к этой работе! — проговорил Тибальд, обводя взглядом дом. — А на третьем этаже что-то делать будете?

— Со временем — да.

— Тогда, может, вам стоит поговорить с моей сестрой Люси. Она очищает дома.

— Боюсь, уборщица мне еще долго не понадобится!

Тибальд басовито рассмеялся, извлекая из кармана упаковку жевательной резинки «Биг Ред».

— Нет, сэр, это совсем другая чистка. — Он угостил жвачкой Деклана, а сам, сложив другую пополам, отправил ее себе в рот. — Люси изгоняет духов. А в этом доме сильные духи. — Он помолчал, энергично работая челюстями. — Особенно на третьем этаже.

— Откуда вы знаете?

— Чую. Этакий холодок по загривку. Да и вы чуете, верно? Когда Рудикеры ремонтировали дом, двое рабочих отсюда сбежали. Парни работали на третьем этаже, и вдруг побросали инструменты да так дунули, словно за ними сам дьявол гнался. И не вернулись. Так-то вот. Быть может, еще и поэтому Рудикеры старались привозить рабочих издалека. — Тибальд пожал плечами, не переставая жевать. — Может, поэтому так ничего и не вышло из их грандиозных планов.

— Вы не знаете, что там произошло? На третьем этаже?