Чтение онлайн

Сейчас Сью Ли смотрела на Лайзу Турпин, ожидая комментария. Лайза любила две вещи – учиться и учить, остальные это давно просекли и беззастенчиво пользовались, когда требовалось быстро получить справку. В отличие от той же Грейнджер, знаниями она не хвалилась, не выпендривалась, на окружающих словно на идиотов не смотрела, словом, являла бы собой воплощенный идеал, если бы не одно «но». Учиться она любила больше. Отрывать Лайзу от книжки иногда приходилось силовыми методами.

– Род Лавгудов известен нестандартным мышлением его членов, - не подвела Лайза.
– Существуют две теории, объясняющие данный факт. Во-первых, исходя из древних преданий, основателем Лавгудов считается принц Осеннего Двора, и его наследие до сих пор не растворилось в человеческой крови. Подтверждением теории служит отношение низших фейри к представителям рода, например, гоблины отвешивают им полноценный поклон, чего другие маги не удостаиваются. Альтернативная точка зрения заключается в практикуемых Лавгудами методиках расширения сознания, которые даруют им способности, невозможные с точки зрения обычных магов, взамен непоправимо изменяя психику. В качестве примера способностей можно упомянуть существование в расширенном времени, когда маг воспринимает не только текущее мгновение, но и две-три секунды вперед или назад. Или возможность просматривать альтернативные потоки реальности, выбирая и воплощая удобный.

– Иными словами, Лавгуды – мастера высших иллюзий. Они работают с пространством, временем, удачей, судьбой, перекраивают их по собственному желанию, - наконец-то уселся на свое место Шелби. – Рядом с ними опасно находиться даже тем, к кому они хорошо относятся. Крыша съезжает только так! МакЛайрда потому и назначили старостой, что его клан тоже специализируется на иллюзиях, только, с другой стороны. Умеет их убирать.

– Им пришлось научиться, - уточнила Мораг. – У них два племени Лесного народа в кровниках.

– Лавгуды всегда поступали на Рейвенкло, - поставила точку в обсуждении Турпин. – Декан заранее пытается избежать проблем.

На сей ноте со скользкой темой покончили и перешли к другой, более приятной. Хотя - смотря для кого. Летом Гилдерой Локхарт во всеуслышание объявил о намерении занять пост профессора ЗОТИ в Хогвартсе, затем то же самое напечатали в газетах. Учитывая популярность Локхарта и живейший интерес общества ко всему, что происходит в школе, новость быстро стала популярной, потеснив даже неожиданный выигрыш «Пушек Педдл» в последнем матче сезона. Обсуждали её долго, со вкусом.

Девочки сразу сошлись во мнении, что «Гилли – красавчик» и нам повезло, что он станет преподавателем. Уж такой-то герой однозначно подходит на этот пост и никакое проклятье ему не страшно! Затем перешли к конкретике. За следующие пять минут парни узнали множество фактов биографии новоявленного профессора, без которых прекрасно сумели бы прожить, и начали с тоской поглядывать в сторону дверей.

Первым решился действовать я:

– Прошу прощения, дамы, - резко встав с места, я привлек к себе внимание и вклинился в девичью трескотню. – Вынужден откланяться. Мне надо встретиться с другом из другого Дома, не хотелось бы заставлять его ждать.

– Я с тобой! – мгновенно сориентировался Шелби. – Тоже хочу повидать Фриза и Таулера, как они там лето провели?

Полные тоски взгляды остальных пацанов мы цинично проигнорировали, каждый спасается, как может. Быстро выскочили в коридор, возможно, чуточку излишне поспешно заперли за собой дверь купе и облегченно вздохнули.

– Валим!

Первым делом решили навестить Фриза. Поход к барсукам временами становился длительным процессом, ещё никому не удавалось уйти от них без чашки чая и пары кексиков в животе. Зато неприветливые слизни при всей своей холодной вежливости старались посторонних из зоны комфорта убрать, так что мы рассчитывали найти Джеймса, узнать последние новости и затем уже идти искать Таулера, вдвоем или втроем, по обстоятельствам.

Далеко идти не пришлось. Фриз шел нам навстречу, и вид у него был слегка обалдевший.

– Привет! Как настроение?

– Девочки в нашем вагоне обсуждают Локхарта. Если они так продолжат…

Что он там дальше бормотал себе под нос, мы не расслышали. Пока обменивались рукопожатиями, у меня в голове возникла мысль, которую я немедленно озвучил.

– Джим, как думаешь, мог Снейп пролоббировать Локхарта на должность профессора?

– Что?! Снейп?! Зачем бы ему это?! – видок у него стал очень потешный.

– Ну сам посуди, - принялся я объяснять логику идеи. – Снейп – самый молодой из мужчин-преподов в школе. Тех, которые на временной работе не считаем, они обычно с первыми тремя курсами возятся. Опять же темное прошлое, раскаявшийся злодей, все дела. Поэтому старшекурсницы с романтикой в голове обычно влюбляются именно в вашего декана. В прошлом году та пухленькая, как её?

– Томпсон, - задумчиво уточнил Артур.

– Точно, Томпсон. В позапрошлом два случая было, девочки рассказывали. Вот Снейп и подсуетился. Имея перед глазами такой раздражитель, как красавчик Гилдерой, на кого станут все эти идиотки вешаться?

Молчание. Затем оба, одновременно:

– Теория непротиворечивая, имеет право на существование.

– Да не, не может быть, - замотал головой Фриз. – Это совпадение. Ты преувеличиваешь.

– Может, и совпадение, - покладисто согласился я. – Но ты всё-таки дай знать, если что заметишь. Ты Снейпа чаще меня видишь, вдруг он где-то проколется.

К барсукам мы пошли уже втроем. Ничего интересного по пути не заметив, без проблем разыскали Таулера, однако вызвать его и поговорить не вышло. Нас мягко и неотвратимо заманили в купе, усадили за столик (кто-то из старшекурсников превратил купе в полноценную гостиную с мебелью), сунули чашку чая в руки и принялись потчевать вкусняшками. Попутно рассказывая, как прошло лето, где были, что делали, интересуясь нашими делами, давая советы и ненавязчиво окружая заботой. То есть ненавязчиво-то ненавязчиво, только вырваться почему-то не получалось.

Так и ехали остаток пути.

Странное ощущение – сидеть за столом и смотреть на себя со стороны. Мы, второкурсники, с жадным любопытством рассматривали входящих в зал следом за Макгонагалл новичков, с веселым удивлением понимая, что ещё год назад выглядели такими же. Маленькими, испуганными, храбрящимися, с огромными выпученными глазенками и отчаянно вертящими головами.

Из новичков внимание притягивали Уизли, Виридиан и Лавгуд. Про Уизли уже говорил, Виридианы – древний род зельеваров, тесно связанный с Гильдией, ну а Лавгуд это Лавгуд. Луна предсказуемо распределилась на Рейвенкло и, садясь за стол, обрадовала нас заявлением «какие интересные у вас мозгошмыги!», вызвав всеобщий обреченный вздох. Её соседки, две девочки с незнакомыми фамилиями, удивленно на неё посмотрели и опасливо отодвинулись в сторонку. Похоже, не понимают, с кем их судьба свела.

У нас в этом году пятеро, два мальчика и три девочки. Несколько ниже среднего, но на Рейвенкло бывало и меньше.

После распределения с места поднялся Дамблдор. На сей раз он обошелся без анекдотов и странных фразочек, возможно, потому, что за столом отсутствовали Снейп и Макгонагалл, а остальных учителей бесить не так забавно. Так что директор ограничился тем, что представил нового преподавателя и опустился в кресло, одновременно разрешая домовикам подавать ужин.

Впрочем, на еду смотрели не все. Куда больший интерес вызвал новый профессор ЗОТИ, вставший со своего места и с энтузиазмом раскланивавшийся. Ярко-синие глаза, тщательно растрепанные золотые волосы, аквамариновый плащ, белоснежная рубашка, широкая улыбка…