Невидимое дерево
Шрифт:
А было это как раз на седьмой день плаванья, когда до Барбарисских островов оставался всего-навсего один день пути.
«Что это с нашим капитаном?» — подумал дядюшка и спросил:
— Вы чем-то расстроены?
— Очень, — ответил капитан, — океаном.
— Как?! — поразился дядюшка Свирид. — Вам не нравится океан?
— Океан, товарищ пассажир, мне нравится. Без него мне, можно сказать, жизни нет. Вот поэтому я и вздыхаю, — печально сказал Якоренко. — Стоял я сегодня утром на капитанском мостике и случайно подслушал один разговор. Плыли за «Левым башмаком» два дельфина. И жаловались они друг другу на тяжёлую жизнь. Прямо невозможную. Пассажиры с кораблей всякий мусор в воду бросают. Да и некоторые нерадивые моряки тоже не лучше. Бензином и мазутом океан пачкают. Одним словом, трудно стало жить в океане рыбам, чайкам, дельфинам и всякой другой живности. Погибают они из-за мусора. Поэтому и вздыхаю.
— Нет! — решительно заявил дядюшка Свирид. — Тут вздохами не поможешь, тут что-то делать нужно.
— Делать, — криво усмехнулся капитан. — Что же тут делать. Океан не улица, её не подметёшь. Или вы, может быть, какой-нибудь другой способ знаете? Может быть, вы известный конструктор, изобретатель? А?!
— Нет, — с достоинством сказал дядюшка Свирид, — я не конструктор. Я — самый обыкновенный дворник. А вот придумать что-нибудь попытаюсь.
Океанские дворники
Всю ночь в каюте дядюшки Свирида горел свет. Всю ночь дядюшка решал очень сложную задачу: как сделать океан чистым.
«Конечно, океан — не улица, — думал дядюшка, — метлой его не подметёшь. Но как-то необходимо снять всю эту накипь, процедить, сделать чистыми океанские волны».
И только дядюшка Свирид произнёс в уме слово «процедить», как сразу же представил себе машину для уборки океана — океаномойку, эдакий огромный пылесос, который будет втягивать, собирать в специальный ящик мусор, а чистая, прозрачная вода будет выливаться обратно в океан.
Всю ночь дядюшка Свирид трудился — придумывал план уборки океана и чертил океаномойку. Он подсчитывал длину шланга и сколько моторов и насосов должны работать в океаномойке. Ещё он думал о том, какой величины должен быть ящик для мусора.
Вот сколько вопросов должен был решить дядюшка в эту ночь. И даже ещё больше. А утром, как только в круглое окно каюты заглянуло солнце, он взял чертёж и отправился к капитану «Левого башмака». Яков Якоренко долго изучал дядюшкины чертежи, а потом сказал:
— Ваша океаномойка — машина очень оригинальная и полезная, но только одной океаномойкой океан не убрать. Знаете, сколько их должно быть? Тысяча. Не меньше. И работать на них должны специалисты. Сами моряки с этим делом не справятся.
— Сами не справятся, — согласился с капитаном дядюшка, — но я подумал и об этом.
И он предложил капитану «Левого башмака» план уборки океана.
— Здорово! — восхитился Якоренко. — Действуйте! А я пока свяжусь с остальными капитанами.
Всемирный конгресс дворников открыл Тадаси Лопата, дворник из японского города Осака.
— Уважаемые дворники, блюстители чистоты и порядка, разрешите поздравить вас с открытием Первого конгресса дворников. На нашем конгрессе присутствуют представители дворников из ста стран и тысячи городов. Но прежде всего мы предоставим слово дворнику из города Совсемрядышком.
— Друзья, — сказал взволнованно дядюшка Свирид, — я хочу сообщить вам ужасную весть. Рыбам, птицам и разным другим животным грозит смерть. Их океан, наш с вами океан, стал таким грязным, что жить в нём теперь очень тяжело, просто невозможно. Я считаю, что мы, дворники, в ответе не только за чистоту наших городов. Мы должны охранять от мусора и грязи всю нашу Землю. Все её леса, речки, озёра, океаны. Предлагаю провести наш конгресс не в зале заседаний, а на кораблях за уборкой океана.
Произносить речи, тем более с трибуны, дядюшка не очень любил, поэтому, окончив своё выступление, он облегчённо вздохнул и уже спокойно спросил:
— Ну как, ребята, поедем спасать рыб и чаек?
Дворников не нужно было упрашивать. Они сразу поняли, как важно сделать океан чистым.
— Поедем! — дружно крикнули они и сразу же начали под руководством дядюшки Свирида мастерить океаномойки. Через неделю, когда океаномойки были готовы, тысяча дворников сели на тысячу кораблей — Яков Якоренко не подвёл и договорился с капитанами кораблей из многих стран — и принялись чистить океанские волны.
Корабли выстроились в два ряда и стали медленно двигаться навстречу друг другу. Работа оказалась тяжёлой. Океаномойки собирали огрызки яблок, конфетные обёртки, семечную шелуху, картонные коробки и даже спички.
Мусора оказалось так много, что пришлось вызывать специальные баржи. На баржах стояли огромные ящики, куда моряки и дворники складывали весь мусор. Вот каким грязным был океан!
Работали все, никто не лодырничал. Даже корабельные коты помогали, чем могли. Перестали по ночам петь свои песни, чтобы моряки и дворники могли отдохнуть.
И вот наступил долгожданный миг. Корабли встретились. Большие, средние, маленькие, военные, пассажирские, транспортные. Корабли стояли друг против друга, и громкое «ура!» летало над океаном. Океан стал чистым!
Но вдруг наступила тишина. К «Левому башмаку» подплыли два дельфина. Капитан Яков Якоренко свесился за борт и стал внимательно слушать, что они говорят.
— Хорошо, — пообещал капитан Якоренко дельфинам, — обязательно скажу.
И он сказал. Вернее, даже не сказал, а крикнул в рупор:
— Слушайте все! Дельфины от имени рыб, крабов, китов, осьминогов, черепах, чаек и альбатросов благодарят моряков и в первую очередь дворников за то, что они убрали океан. А дядюшке Свириду просят передать личное «большое спасибо» и присвоить звание «Океанский дворник».
Что тут началось!
Моряки бросали вверх бескозырки и кричали: «Да здравствует океан! Ура дядюшке Свириду!» Дворники тоже бросали вверх шляпы, чалмы, сомбреро, тюбетейки и старались перекричать моряков. А один большой военный корабль даже устроил по этому случаю салют.