Невидимая угроза
Шрифт:
– Насколько мне помниться, участь "черных вестников" была незавидной.
– Если этот ваш Хозяин доведет интригу до логического завершения, всем нам сошью деревянные макинтоши, – раздраженно ответил Мина. – Так что не переживайте, я вас не зарежу, как барана, перед алтарем. Кстати, только сейчас я готов с вами согласиться, что мы в одной лодке.
– Я рад.
– Радостей у нас мало, – сердито сказал Мина. – Если не сказать, что их вообще нет. Неужели Саныч?..
Нет, не верю!
– Я так понял, Аникушин погиб при задержании…
– Да.
– Подробности?..
– Узнаем через два часа, когда приедет с докладом Саныч. Это тот самый случай, когда по телефону нельзя говорить даже иносказательно.
– Что вы теперь будете делать?
– То, что напрашивается само собой. – Мина включил селектор. – Зоя! Всех сотрудников ко мне. Всех, без исключения! По одному…
– Мне удалиться?
– Не нужно. Понаблюдайте за их реакцией. У вас острый глаз и, похоже, большой опыт по части различных нестандартных ситуаций.
– Павел Минович, должен вам сказать, что психолог из меня аховый.
– Если в моей фирме завелся "крот", – сердито сказал Мина, – то тогда я вообще дубина. Так что не переживайте. Одна голова хорошо, а две – еще лучше. Авось, докопаемся до истины…
Сотрудников было много. Они шли нескончаемой чередой, и все, внимательно рассмотрев фоторобот, давали отрицательный ответ. Лгать они не могли. При виде Чухлаева у некоторых даже ноги подгибались.
Сотрудники смотрела на Мину как мартышки из обезьяньего племени Бандарлогов на удава Каа, друга Маугли. Чухлаев буквально гипнотизировал людей.
По мере оскудения людского потока Мина становился все мрачнее и мрачнее. Я его понимал – наш замысел оказался пустышкой.
В конце концов в очереди остались только двое: охранник баскетбольного роста (настолько мне помнится, его звали Никита) и мужик в светлом костюме, которого я оставил почивать в туалете.
Первым вошел мужик. Видимо, его только недавно освободили из ароматного узилища, и он был взъерошен и выглядел потерянно. Увидев меня, он от неожиданности шарахнулся в сторону, перепутав шкаф с входной дверью.
Но затем быстро пришел в себя и возопил, обращаясь к Мине:
– Это он!!! Тот самый!
– Тихо… – поморщился Чухлаев. – Что значит "тот самый"?
– Он поймал меня в туалете и…
И тут мужик закрыл рот. До него вдруг дошло, что шефу может не понравиться его поведение пусть и в непростой ситуации.
– Чего замолчал? – спросил Мина. – Говори.
Видимо, он уже догадался, что хотел сказать мужик, потому что бросил на меня быстрый лукавый взгляд.
– Ну, он спрашивал… – У мужика едва ворочался от страха язык.
– Понятно. Можешь не продолжать, – сжалился над ним Чухлаев. – Успокойся и посмотри на это фото.
Тебе знакома эта девушка?
– Да, знакома, – поспешил ответить мужик, вытирая пот со лба.
И я, и Мина подскочили от неожиданности. Не может быть! – одновременно (я в этом уверен) подумали мы. Неужели нам повезло?
– Кто она? Как ее зовут? – спросил Мина, впившись в лицо мужика хищным взглядом.
– Не помню…
– То есть? – Чухлаев побагровел. – Что значит – не помню!?
– Я выписывал ей пропуск… – Мужик снова начал дрожать, как заяц.
– Когда?
– Давно…
– А точнее?
– Точнее? – Мужик лихорадочно припоминал. – Точнее… Примерно полгода назад.
– Значит, ты нарушил предпис-с-сание… – Чухлаев зашипел сквозь зубы как самый настоящий Каа. – Да, пропуска выдает начальник отдела кадров, но только после моей визы. А мне что-то не помнится, чтобы я подписывал заявку с моментальной фотографией этой девицы на пропуск.
– Павел Минович! – взмолился мужик, сложив руки лодочкой на груди. – Как бы я мог!? На заявке ваша подпись была. Клянусь!
– Папку с заявками мне на стол! – приказал Мина. – Быстро!
Мужика как корова слизала. И сразу же в кабинет зашел "баскетболист". Парень (как и все остальные) немного нервничал, но старался держаться достойно.
Впрочем, на его достоинство Чухлаеву было наплевать.
– Кто это!? – рыкнул он без всяких предисловий, ткнув пальцем в фоторобот.
– Лана, – спокойно и не без удивления ответил парень.
Немая сцена, последовавшая за ответом охранника, была достойна пера Гоголя. И я и Чухлаев просто онемели и окаменели. Неверное, у нас был нелепый вид, потому что парень, вытаращив на нас глаза, невольно сделал шаг назад.
– Как… ты… сказал? – спросил Мина, непослушным языком выговаривая слова.
– Простите – Руслана, – дрожащим голосом охранник, от достоинства которого не осталось и следа.
Наверное бедный малый решил, что допустил какой-то промах по службе и теперь лихорадочно соображал, как избежать грядущих неприятностей. Он сильно побледнел, а в его глазах замельтешил панический страх.
Видимо, парень не понаслышке знал, как наказывает Мина за упущения…
– Фамилия! – резко сказал Чухлаев.
– Моя?
– Дурак! Назови фамилию этой… Ланы-Русланы.
Парень беспомощно развел длинными руками, похожими на лопаты. И ответил дрожащим голосом:
– Н-не знаю…
– Что значит не знаешь!? – рявкнул Мина. – Это твоя подруга?
– Нет! Просто она иногда приходит в офис.
– Тэ-экс… – Чухлаев недобро посмотрел на охранника. – А пропуск эта Руслана предъявляет?
– Конечно, – быстро ответил парень; но тут же, подняв глаза на Чухлаева, поторопился поправиться: – То есть, не совсем так… – Он виновато потупился.