Чтение онлайн

Нужно отдать должное тележурналистам – они очень профессионально разработали сценарий прессконференции. Болтовня чиновников, занимающихся саморекламой, перемежалась кадрами хроники и толковыми комментариями ведущего.

Оказалось, что покушение на Мину не было единственным наездом на его мафиозную структуру. Этой ночью кто-то поджег склады на окраине города с товарами фирмы, которой легально руководил Чухлаев. Они сгорели дотла. По самым скромным подсчетам убытки составили кругленькую сумму в десять миллионов "зеленых".

Что касается Григора, то он, как я и предполагал, был рецидивистом и лишь год назад вышел на свободу. Но самое интересное – его никто не связывал с "Латинским кварталом". По словам комментатора, Григор вел тихую, неприметную жизнь, не бедствовал, хотя нигде не работал.

При этом журналист смотрел в объектив телекамеры с хитрым прищуром – мол, сами догадайтесь, дорогие зрители, как бывший зэк сумел за короткий срок обзавестись квартирой и престижной импортной тачкой.

Всплыла в комментариях и тетка, соседка Илоны Лисс, которая якобы видела ее убийцу. То есть, меня. Менты все-таки составили мой фоторобот. Он получился, как и все "произведения" подобного рода – человек, показанный по телевизору, был похож на кого угодно, только не на меня.

За одним исключением – глаза были точно мои. Хищные и злые, как у пантеры. Такими глаза у меня становились, когда я выходил на "объект" в заключительной фазе операции.

Об этом я узнал совершенно случайно. Однажды мой напарник – "страхующий" – сделал несколько снимков моей физиономии "на холоде" в самый интересный момент. Это было строжайше запрещено.

Зачем он так сделал? Этого парень объяснить не смог. Может, хотел по выходу на пенсию написать мемуары и снабдить их подлинными фотографическими материалами.

Как бы там ни было, но попади эти снимки в руки полицейских той страны, где они были сделаны, в лучшем случае мне дали бы пожизненное. А в худшем… Выбор был богат – от электрического стула и виселицы до ампулы с быстродействующим ядом.

Больше этот придурок в "поле" не ходил. Он вообще куда-то исчез. А спрашивать, куда именно, нам почемуто не хотелось…

Но самым интересным из того, что мне открыл голубой экран, были слова следователя, которые я расслышал с трудом. Этот ушлый тип предполагал слепить два дела – убийства Илоны Лисс и Заварзина – в одно производство!

Это было для меня как первый удар барабана из похоронного оркестра. На основании чего? – тут же захотелось мне спросить.

И следователь будто подслушал мои мысли.

Глядя прямо в объектив слезящимися глазками (словно в душу мне заглянул и коготками ее поцарапал, мыш ушастый), он кротко и не очень связно доложил общественности, что и в квартире, где найден убитый Заварзин, и в жилище безвременно усопшей Илоны Лисс найдены ОТПЕЧАТКИ пальцев одного и того же человека.

А значит…

Дальше неинтересно. По крайней мере, мне – точно. Ничего нового для себя я не услышал.

Дальше следовали нудные объяснения, которые сводились к тому, что некий шустрый господин навещал перед смертью и незабвенную певицу, и мафиозного деятеля. Ну, прямо тебе вестник судьбы…

Меня интересовал лишь один вопрос: как эксперты умудрились найти следы моих пальцев в квартире Илоны Лисс? Я мог побиться об заклад на свою бестолковую голову, что в ее жилище ни к чему не прикасался. Кроме дверных ручек, которые тщательно протер.

Что все это значит? Похоже, меня начали потихоньку сдавать…

Зачем потихоньку? А чтобы у ментов пыл не иссяк. Это как на собачьих бегах, когда борзым вместо зайца подсовывают чучело и заставляют их бегать по кругу. Пока кто-то не решит, что пора ставить табличку с надписью "Финиш", а уставшим песикам наконец кидают свежее сырое мясо с кровью.

Ладно, эту станцию проехали, движемся дальше… Думай, Иво, думай! Отпечатки пальцев… Следователь хочет объединить два дела в одно производство… Почему, черт побери!? Оснований – кот наплакал. Или он такой умный?

Петрович! Водитель такси. Только ему было известно, что я наблюдал за Илоной Лисс. И мою физиономию он видел. А у таксистов память на лица будь здоров.

Мог Петрович оказаться большим патриотом или просто честным человеком? Мог. Услыхал по радио или прочитал в газете о смерти певицы, связал события, время и разрозненные факты в узел – и "Здравствуйте, гражданин начальник! Разрешите доложить…" Не могу его осуждать. Правильный человек. Еще той, сталинской закалки… Но какая же он все-таки сволочь!

Теперь я меченый. Как будто меня фосфором намазали, как баскервильского пса, и выпустили голым на болото под стволы Шерлока Холмса и доктора Ватсона.

Похоже, следователь с фотороботом слукавил. Я почему-то был уверен, что у него есть мое изображение гораздо лучшего качества. Хитер, серый мыш… Профи.

Меня ищут. Ищут! Целенаправленно и неустанно. В этом сомнений нет.

Некоторые думают, что менты тупые и ни на что негодные. Чушь собачья! Большинство из них (я имею ввиду оперативников) государственный кусок хлеба едят не зря и отрабатывают свою не шибко высокую зарплату всю до копеечки.

Проснулся Дейз.

– Кино смотришь? – спросил он, зевая.

– Да, – коротко ответил я, все еще пребывая в невеселых размышлениях.

И выключил телевизор – чтобы не портить ему настроения.

– О чем фильм?

– О том, как некий отставной гусар женился, переехал из провинции в уездный город под крылышко супруги, и что из этого вышло.

– Комедия?..

– Фарс с трагическим финалом.

– Как это? – опешил Дейзик.

– Гусар безвременно усоп, не поладив с цивилизацией.