Чтение онлайн

– Потому что был дураком, вот почему. Я провел ночь с Частити, – Господи, прости, я был уже женат на Ивейдн и все еще любил твою мать, – а когда проснулся, ее уже не было, а с нею пропала надежда найти тебя.

Стивен отвернулся, и старая обида пробежала по его лицу.

– Я не верю тебе.

– Как хочешь, Стивен. Загуби свою проклятую жизнь мне назло! Но только помни, что скоро будет слишком поздно порвать с тем, что ты творишь, и заняться чем-то серьезным.

– А как же Кой и Рэйли? – спросил Стивен более спокойно. – Они ничего не знают, а просто следуют за мной.

– Их убьют, если ты будешь продолжать свои дела. Этого ты хочешь для своих сводных братьев? Ты хочешь, чтобы Уиллоу увидела, как вас троих повесят?

Стивен рассеянно пожал плечами и запрокинул голову, глядя в серое небо.

– Уже и так слишком поздно, – сказал он после долгого молчания. – Если я сдамся, ты сможешь добиться прощения для Коя и Рэйли?

– Я мог бы добиться прощения и для тебя, если бы ты перестал грабить поезда и переворачивать вагонетки с медной рудой.

Стивен повернулся к отцу, и на какой-то миг в его глазах сверкнула надежда, почти сразу же погасшая от старого скептицизма и неверия. Боже праведный! Подумал ли он, что Девлин пытается заманить его и двоих сыновей Джея Форбза в ловушку? Эта мысль привела Девлина в ярость.

– Ты думаешь, я продам тебя? – прошипел он недоверчиво. – Думаешь, я захочу, чтобы моего сына арестовали и вздернули на виселице?

Стивен пожал плечами.

– Просто подумай, насколько спокойной стала бы твоя жизнь, если бы я был мертв, – сказал он.

Ослепленный обидой и злостью, Девлин бросился на сына, ударив его так сильно, что Стивен, не ожидавший этого, оступился и чуть было не упал.

Побледнев, он выругался и сжал руку в кулак, готовясь нанести смертельный удар.

– Давай, парень, – выдохнул Девлин. – Давай, врежь мне как следует. Давай. И ты увидишь, что ничего, Стивен, ничего не изменится!

Медленно Стивен разжал пальцы, его глаза потемнели в тон глазам Девлина.

Девлину захотелось обнять его за плечи, но он не решился: все было слишком хрупким.

– Я люблю тебя, Стивен, – тихо и честно сказал он. – Ради Бога, позволь мне помочь тебе, пока еще не слишком поздно.

Стивен явно колебался, но доверие оставило его.

– Уже слишком поздно, – сказал он, повернулся и исчез среди окружающих их деревьев, и Девлин понял, что сын не вернется.

На этот раз слезы Девлина Галлахера не имели ничего общего со смертью Ивейдн.

Последняя комната, куда Гидеон привел Уиллоу, была спальней хозяйки, и не без причины она почувствовала слабость.

Слегка усмехнувшись, потому что он всегда, казалось, понимает намного больше, чем следует, Гидеон оставил жену стоять у окна рядом с огромной кроватью под пологом.

– Отсюда видно горы, – сказал он.

Не обращая внимания на дальние горы, Уиллоу смотрела на кровать. «Будет ли она лежать здесь с Гидеоном тысячи ночей, миллионы ночей? Рожать его детей здесь? Или он бросит ее, утолив свое видимое влечение?»

Слезы наполнили глаза Уиллоу. Услышав всхлипывания, которые она не смогла сдержать, Гидеон повернулся к ней. Сделав пару шагов, он встал перед нею, прижимая к себе, вороша рукой ее волосы. Шпильки, державшие ее тяжелые косы, упали, и густые пряди легли ей на спину и на плечи.

Это растрогало Гидеона, и его рот приблизился к ее рту, быстро и с голодным отчаянием.

Пораженная этим и все же не в состоянии остановиться, Уиллоу ответила на его поцелуй, встретив его настойчивый язык своим языком. От его рук по ее телу бежала жгучая волна: они поднимались к ее груди, скользили к ягодицам, прижимая ее тело к горящему доказательству своего желания.

– Уиллоу, – сказал он наконец, когда поцелуй закончился, – Уиллоу.

Она закрыла глаза от удовольствия, почувствовав жар, когда его пальцы добрались до застежки ее простенького черного платья и начали освобождать пуговицы из маленьких петель. Когда платье было расстегнуто, он расшнуровал корсет, освобождая полную, отягощенную от страсти грудь, ждавшую его.

Гидеон выдохнул и поднял немного подрагивающие руки, чтобы накрыть ими эти сладостные холмы, гладя их вершины, пока они не затвердели от желания.

– Хочешь, чтобы я отвез тебя домой? – спросил он едва слышно. Но даже пока он говорил это, он увлек Уиллоу на постель, нежно усадив к себе на колени.

– Это мой дом, – ответила Уиллоу, и его рот, теплый и жадный, не встречая сопротивления, приник к вершине ее груди.

Где-то в глубине сознания Уиллоу голос умолял ее об осторожности, но она не обращала на него внимания, потому что ее заново разбуженное тело требовало своего. Оно было охвачено страстным желанием, которое мог удовлетворить только этот мужчина.

Она не помнила, как сбросила одежду и как Гидеон разделся сам, но теперь они лежали вместе на постели миссис Бейкер, голые и обдуваемые ветерком из окна, которое Гидеон открыл заранее.

У Уиллоу была минута страха перед силой этого человека – не только физической, но и интеллектуальной. Какие силы может освободить в нем эта страсть?

Словно прочитав ее мысли, Гидеон провел пальцами по линии ее скул, откинул назад густые волосы.

– Тебе не будет больно, – сказал он, и его рот приблизился к ее нежной шее, ласково исследуя ее.

Дрожь ярко выраженного желания прошла по всему телу Уиллоу.

– Гидеон, – прошептала она, – я никогда… я хочу сказать…

– Я знаю, – выдохнул он в ямочку под шеей. Уиллоу вдохнула, а потом стала хватать воздух ртом, когда его губы медленно двигались по ее грудям, осторожно хватая их темно-розовые верхушки.

Как-то давным-давно она подслушала, как Стивен занимался любовью на сеновале с одной из своих женщин. Они не знали, что Уиллоу была там, и она не могла убежать, охваченная любопытством и страхом, что ее поймают.