Чтение онлайн

— Я не собираюсь ничего забывать, равно как и прощать.

— Заметьте, я не прошу у вас прощения. Я лишь требую, чтобы вы подчинились моей воле. Итак, что вы предпочитаете: ужинать со мною в вашей спальне или спуститься вниз?

«Все опять получается так, как он хочет», — подумала она, выше поднимая голову и награждая его презрительнейшим взглядом.

— Я спущусь, милорд, — разгневанно проговорила она. — Но вряд ли вы найдете меня приятной собеседницей.

— Ваше общество всегда было мне приятно, — сказал он и попытался взять ее за руку, но она решительно отстранилась.

— Не смейте ко мне прикасаться!

Серебристые глаза погрустнели — или ей это лишь почудилось?

— Жду вас внизу в семь, — отворачиваясь, сказал он.

Когда Арриан в изумрудно-зеленом платье с высоким воротом и длинными рукавами спускалась по лестнице, из столовой навстречу ей вышла миссис Хаддингтон.

— Его милость в гостиной, вас дожидается. Собравшись с духом, Арриан шагнула через порог. Уоррик поспешно поднялся с диванчика.

— Рад, что вы согласились сегодня быть моей гостьей, — сказал он, окидывая ее одобрительным взглядом.

Арриан подождала, пока экономка удалится, и ответила:

— К чему притворяться друг перед другом, милорд? Я здесь не гостья, а пленница. Губы Уоррика тронула улыбка.

— Для меня вы не пленница, Арриан, а обаятельнейшая и тонкая собеседница. — Глаза их встретились, и в перекрестье двух взглядов всплыло вдруг все, что было между ними так недавно.

Арриан вспыхнула и отвернулась.

— Если вы намерены расточать любезности, я не останусь здесь ни минуты, потому что не верю вам.

— Жаль, — сказал он, отступая на шаг. — Я многое отдал бы за ваше доверие.

— Не угодно ли вам приступить к ужину, милорд? Я предпочла бы как можно скорее вернуться в свою комнату.

Уоррик подал ей руку, но она не шевельнулась. Наконец он рассмеялся:

— Пойдемте, Арриан?

Она молча проследовала за ним в столовую и села.

— Полагаю, вы больше не утруждали себя размышлениями о возможности моего отъезда?

Он перевел взгляд на ее руку, лежащую на столе.

— Вы безмерно огорчаете меня, миледи. Пожалуй, я еще не готов с вами проститься: сама мысль об этом приводит меня в уныние.

Арриан, которой под его взглядом становилось все неуютнее, едва притрагивалась к еде. На все попытки Уоррика завязать вежливую беседу она отвечала односложно или просто кивала головой. Наконец, к ее немалому облегчению, миссис Хаддингтон убрала со стола десерт, и Уоррик встал, чтобы отодвинуть ее стул.

— Надеюсь, милорд, теперь я могу идти к себе?

— Не спешите так. Вы говорили, что играете на пианино? Прошу вас, сыграйте что-нибудь.

Арриан немедленно развернулась и пошла к двери, Уоррик последовал за ней. Войдя в гостиную, она села за пианино, пробежалась пальцами по клавишам и отметив про себя, что инструмент слегка расстроен, заиграла первое, что пришло в голову.

Это оказалась шотландская колыбельная, которую когда-то напевала ей мама. С детства знакомая мелодия навеяла такое множество воспоминаний, что Арриан, неожиданно для себя, почувствовала нестерпимую тоску по дому.

— Вы поете? — спросил ее стоявший рядом Уоррик.

— Немного.

— Тогда спойте, пожалуйста. В следующую минуту гостиную наполнил восхитительный голос такой чистоты и силы, что каждый звук отзывался, казалось, в самом сердце Уоррика.

Слуги столпились в дверях, слушая пение Арриан, но она не замечала этого.

Чуть только лучик золотой

Окрасит вереск золотой -

Уже я жду,

Когда проснется моя крошка.

Проснись и улыбнись скорей:

С улыбкой милою твоей

Мне жизнь покажется милей,

На свете станет веселей немножко.

В отблесках свечей, играющих на золотистых прядях, она была так прекрасна, что сердце Уоррика тоскливо сжалось.

Наконец последние звуки колыбельной замерли.

— Милорд, теперь я могу идти? — подняв глаза, спросила Арриан.

Уоррик не успел ответить: в этот момент вперед шагнула миссис Хаддингтон, стоявшая до того в дверях.

— Что тебе, Хадди?

— Прошу прощения, милорд. Барра только что вернулась из Эдинбурга.

Арриан вскочила на ноги:

— Что она говорила о моей тете?

— Я не расспрашивала, миледи, да вы сами можете узнать. С нею ведь приехала ваша служанка.

— Что? Таттл? Где она?

Миссис Хаддингтон, не отвечая, отступила на шаг в сторону. Когда в дверном проеме возникла женщина в простом сером платье в полоску и крахмальном чепце, скрывающем роскошное золото волос, Арриан невольно ахнула.

— Да хранит вас Господь, миледи, — торопливо проговорила вошедшая. — Вот, ваша верная Таттл приехала проверить, как-то тут о вас заботятся.

Уоррик, хотя едва взглянул на служанку, все же был очень рад: возможно, подумал он, ее приезд хоть немного развлечет Арриан.

— Таттл, — с запинкой произнесла Арриан. — Я, признаться, не ждала тебя.

— Вот и плохо, что не ждали, миледи. А ждали бы — глядишь, не стали бы этак гулять по весеннему солнышку. Ишь как у вас личико-то потемнело, знать, некому за вами присмотреть. И с чего это вы вдруг перестали поднимать волосы вверх? Нет, так не пойдет!

Арриан незаметно покусывала губу, чтобы не расхохотаться. Хотелось, забыв обо всем, броситься в материнские объятия, но она не смела.

— Ах, Таттл, как же я тебе рада!

— Уверен, Арриан, что вам не терпится многое обсудить со своей служанкой, выспросить подробности о тетушке. Надеюсь, что она в порядке? — Уоррик обернулся к служанке.

— В порядке-то она в порядке, милорд. Но она мне кое-что о вас порассказывала и велела держать с вами ухо востро, так-то!

В последних ее словах Уоррику послышались даже угрожающие нотки, но он мог и ошибиться, потому что, договорив, служанка тут же отвернулась от него.