Чтение онлайн

– Она бубнит, поёт, она… не нужна нам, – начал спорить Джестри.

– Она позволяет безумию выходить наружу. Она освобождает его и таким образом справляется. Это помогает ей вернуться к реальности. Она сознательно спасла нас от Сзасса Тэма.

– Но почему? – спросил культист.

– Потому что она знает, что ещё не способна командовать армией ашмадай в Невервинтерском лесу, равно как и закончить создание Кольца Страха. Валиндра нуждается во мне, или она разочарует Сзасс Тэма ещё больше, чем после неудачи в Гонтлгриме.

– А когда нужда отпадёт?

– Я буду рада продемонстрировать свою победу Сзассу Тэму и вернуться в Тэй, оставив Валиндру в качестве командующего войсками на Побережье Меча.

– Они уничтожат тебя, – настаивал Джестри, но Силора лишь покачала головой, выражая полную уверенность в себе.

– Я достаточно долго общалась с ней, – заверила тэянка. – Я изучала историю Валиндры Теневой Мантии, бывшей некогда хозяйкой Главной Башни Волшебства. Она была могущественна при жизни и станет ещё более сильной нежитью, когда исцелится её разум.

Джестри отступил на пару шагов и внимательно посмотрел на Силору.

– Ты видишь её как инструмент на пути к собственному бессмертию, – неожиданно сказал он, а затем тяжело вздохнул, очевидно, опасаясь, что зашёл слишком далеко.

Но колдунья лишь усмехнулась.

– Тебе всего двадцать лет, а я прожила половину своей жизни, – пояснила волшебница. – Когда-нибудь ты поймёшь. А сейчас ступай. – Женщина указала на тропу, казавшуюся туннелем, обрамлённым тёмными деревьями, чьи кроны переплетались столь тесно, что между ними не мог просочиться даже свет яркой полной луны.

– Ты снова собираешься призвать дьяволов из Девяти Кругов, – заметил Джестри. – Я хотел бы присутствовать.

– Не этой ночью, – заверила его Силора. С понимающей улыбкой, она глянула в ту сторону, куда до этого ушла Валиндра со скипетром Асмодеуса. – Быть может, с помощью некой неизвестной мне магии, скипетра для призыва существ из Девяти Кругов Ада и драгоценного черепа, который я позволила забрать у себя из палатки, Валиндра сможет почувствовать нечто необычное на краю Невервинтера, – сказала тэянка Джестри и группе ашмадай, стоящих перед туннелем в лесной чаще. – Вы будете сопровождать её, если она того пожелает. И выполнять всё, что она прикажет, – на последней фразе женщина повысила голос, и её тон стал угрожающим. Широко раскрытыми глазами она тщательно оглядела каждого члена группы. – Но не ты, – шепнула она Джестри уголком рта. – Ты мои глаза и уши, и не важно, что прикажет Валиндра. От тебя я жду только подробного доклада о ночных событиях. – Силора повернулась к культисту лицом и отступила на несколько шагов, оставив его между ней и другими ашмадай. – Не хочу, чтобы мой любовник был убит личом. Будучи воскрешённым, он будет мерзким, холодным и бесполезным для меня.

Джестри забыл, как дышать. Её любовник? Возможно ли это? Неужели тэянка, в конце концов, сама предложила то, о чём он мечтал с того самого момента, как Сзасс Тэм поставил её во главе войск ашмадай?

Силора бросила на него последний взгляд.

– Не разочаруй меня, – нежно прошептала она. – Мы познаем великий триумф, ты и я. И огромное удовольствие.

Тэянка едва не столкнулась с Валиндрой, когда та проплывала мимо, тихонько хихикая и что-то бормоча, но выбитый из равновесия Джестри не смог разобрать её слов, хотя и в спокойном состоянии он редко обращал внимание на лича. Не шевелясь, он стоял на месте, когда немертвая эльфийка скользнула мимо него, напевая:

– Грит-Грит, двигайся вперёд!

Культист не мог оторвать взгляда от Силоры Салм. Высокий, жёсткий воротник чёрного платья идеально окружал её лишённую волос голову, гладкая блестящая кожа казалась молочной в лучах луны. Её голова, кажущаяся Джестри идеальной сферой, покоящейся на пьедестале воротника, очаровывала, поэтому культисту потребовалось немало времени, прежде чем он отвлёкся и обратил внимание на стройные формы женщины и глубокий вырез на спине её одежд. А затем он вновь поднял взгляд, и его сердце, пропустив удар, заколотилось как сумасшедшее, ускоряясь с каждым лунным отблеском на белоснежной коже, с каждым завораживающим шагом.

Её любовник, дразнила Силора.

Её любовник.

Он должен добиться успеха, должен пережить эту опасную ночь. Джестри сделал глубокий вздох и сконцентрировался, как это подобало одному из ашмадай. Ему удалось оторвать взгляд от удаляющейся Силоры. Развернувшись, культист понял, что Валиндра и остальные уже уходят.

Он бросился их догонять, но, не сделав и шага, снова оглянулся на женщину, которую столь страстно желал.

Но Силора уже растворилась в ночных тенях.

Джестри Раллевин напомнил себе о том, кто он и об окружающих его опасностях, опасностях для себя и его возлюбленной Силоры Салм. Они уже встречались с Сзассом Тэмом и едва смогли избежать его смертоносного гнева.

Необходимо начать побеждать. Силора нуждается в резне, чтобы питать Кольцо Страха. И ради тэянки Джестри прольёт реки крови.

Ради неё.

Ради них.

Ашмадай побежал по тёмной тропе вслед за удаляющимся светом факелов.

Силора Салм была рада наконец-то побыть в одиночестве. Из-под своего плаща она достала странный жезл из чёрного дерева и подняла к глазам.

Женщина чувствовала вибрирующую в нём энергию. Связь с Кольцом Страха. Тёмный скипетр для чёрной королевы.

Тэянка оглядела свод пещеры, служившей Силоре и её ашмадай домом, и её сознание заполнили образы. Слева от входа из-под кучи камней виднелся остов небольшого деревца, чей скрученный ствол, на котором сохранилась всего одна веточка, склонился к выходу из пещеры, словно бдительный часовой.

Силора залезла на камни, чтобы встать перед мёртвым деревом. Она постучала скипетром по чёрному стволу и ахнула от внезапно хлынувшей в неё энергии. Пальцы тэянки задрожали, и из кончика скипетра появилось облако пепла, скрывая мёртвое дерево за чёрной завесой. Земля содрогнулась, и по другую сторону холма рухнул вниз отколовшийся валун.

Силора непонимающе огляделась по сторонам.

Земля снова вздрогнула, и вниз устремился новый каменный осколок.

Тэянка продолжала непонимающе оглядываться по сторонам.

Земля задрожала ещё раз. Остов дерева начал расти.

Волшебница попятилась, оступаясь и едва сохраняя равновесие.

Дерево становилось все шире, с громким скрежетом оно принялось расти, став десять, двадцать, тридцать футов в высоту. Холм отдавался протестующим рокотом, а камни продолжали падать. Из пещеры донеслись крики, и один из ашмадай, с ног до головы перепачканный землёй, заходясь кашлем, выбежал наружу.