Невероятные
Шрифт:
"Ты действительно в Айове? Пжл, позвони мне, когда сможешь".
"Помоги мне", начала писать Эмили, когда Хелен выхватила телефон у нее из рук.
— Мы не разрешаем сотовые телефоны в этом доме.
Хелен отключила телефон.
— Но… — запротестовала Эмили.
— Что если я хочу позвонить своим родителям?
— Я могу сделать это за тебя, — пропела Хелен.
Она приблизилась к лицу Эмили.
— Твоя мама рассказала мне кое-что о тебе.
Я не знаю, как они поступают в Розвуде, но здесь мы живем по моим правилам.
Это понятно?
Эмили отшатнулась.
Хелен плевалась, когда говорила, и щека Эмили стала влажной.
— Понятно, — покачиваясь сказала она.
— Хорошо.
Хелен прошла в прихожую и опустила телефон в большую пустую банку на краю деревянного стола.
— Мы просто положим его сюда для сохранности.
Кто-то напечатал слова БАНКА ОБЕЩАНИЙ на крышке, но банка была совершенно пуста, за исключением телефона Эмили.
Телефон Эмили выглядел одиноким в банке обещаний, но она не осмелилась открыть крышку — вероятно, Хелен подключила к ней сигнализацию.
Она пошла обратно в пустую спальню и улеглась на кровать.
Посредине матраса был острый прутик, а подушка была как цементная плита.
Пока небо Айовы превращалось из желтовато-коричневого в пурпурное, потом в полуночно-синее, а потом в черное, Эмили почувствовала поток горячих слез, струящийся по лицу.
Если это был первый день ее оставшейся жизни, она предпочла бы умереть.
Несколькими часами позже дверь открылась с протяжным скрипом.
Удлиненная тень пересекла пол.
Эмили села на своей кровати, ее сердце забилось.
Она подумала о сообщении Э.
"Она знала слишком много."
И о теле Ханны, падающем на асфальт.
Но это была всего лишь Эбби.
Она схватила с маленького столика у кровати лампу и опустилась на живот у кровати.
Эмили прикусила щеку изнутри и притворилась, что не замечает этого.
Была ли это какая-то чудная айовская форма молитвы?
Эбби выпрямилась с ворохом ткани в руках.
Она стянула свой свитер хаки через голову, расстегнула бежевый лифчик, шагнула в хлопчатобумажную мини юбку и скользнула в красный топ.
Затем она снова потянулась под кровать, отыскала розово-белую косметичку, нанесла тушь на ресницы и красный блеск на губы.
Наконец, она распустила конский хвостик, опустила голову вниз и взъерошила волосы.
Когда она откинула голову назад, они спутанно и пышно обрамляли ее лицо.
Эбби встретила взгляд Эмили.
Она широко ухмыльнулась, как бы говоря "закрой свой рот.
Муха залетит".
— Ты же идешь с нами, верно?
— К-куда? — пролопотала Эмили, как только нашла свой голос.
— Увидишь.
Эбби подошла к Эмили и взяла ее за руку.
— Эмили Филдс, твоя первая ночь в Айове только началась.
Если ты веришь в это, то это правда
Когда Ханна Мэрин открыла глаза, она была одна в длинном белом тоннеле.
Позади неё была только темнота, а впереди — только свет.
Физически она ощущала себя фантастически — не раздутой от чрезмерного поедания белого чеддера Чиз-итс, не сухокожей с вьющимися волосами, не слабой от недосыпания и не нервничающей из-за социальных маневров.
Собственно, она не помнила, когда в последний раз чувствовала себя так же… превосходно.
И казалось, что это не обычный сон, а нечто гораздо большее.
Внезапно перед ее глазами мелькнула точка света.
А затем еще и еще.
Ее окружение потихоньку фокусировалось, как фото, медленно загружающееся на веб-странице.
Она обнаружила, что сидит вместе с тремя своими лучшими подругами на заднем крыльце дома Элисон ДиЛаурентис.
Светло-русые волосы Спенсер были забраны в высокий хвост, а иссиня-черная грива вьющихся волос Арии была заплетена в косы.
Эмили была одета в футболку и шорты цвета морской волны с надписью "КОМАНДА ПЛОВЦОВ РОЗВУДА" на заднице.
По Ханне пронеслась волна страха и, когда она взглянула на свое отражение в окне, оттуда на нее уставилась она сама, какой она была в седьмом классе.
Ее брекеты были с розовыми и зелеными резинками.
Ее волосы цвета детской неожиданности были скручены в пучок.
Ее руки походили на палки ветчины, а ноги были бледными, дряблыми батонами хлеба.
Так много удивительных чувств.
— Мм, девчонки?
Ханна обернулась.
Эли была здесь.
Прямо перед ней, смотрела на них так, будто они выросли из-под земли.
Когда Эли подошла ближе, Ханна почуяла запах ее мятной жвачки и духов Ralph Lauren Blue.
И она была в бордовых шлепках Puma — Ханна совсем забыла про них.
И еще ноги Эли — она могла скрестить свой искривленный второй палец на ноге с большим и сказать, что это на удачу.
Ханна желала, чтоб Эли скрестила свои пальцы прямо сейчас, и проделала остальные уникальные штучки, которые Ханна так отчаянно хотела припомнить.
Спенсер поднялась.
— На чем она тебя поймала?
— Ты попала в неприятности без нас? — воскликнула Ария.
— И почему ты переоделась? Тот топ на бретельках, который был на тебе, очень милый.
— Ты хочешь, чтобы мы ушли? — с испугом спросила Эмили.
Ханна вспомнила тот самый день.
У нее на ладони все еще были заметки с экзамена по истории седьмого класса.
Она потянулась за своей почтовой холщовой сумкой Manhattan Portage, ощутила край белого хлопкового выпускного берета Розвуд Дэй.