Чтение онлайн

Длинное, убегающее куда-то вглубь помещение было погружено в уютный тихий сумрак, разгоняемый немногочисленными настенными светильниками. Деревянные тёмные полки пестрели разнообразием корешков книг, которыми те были уставлены. Порой среди книг встречался бюстик Шекспира, Уаилда или какого-нибудь другого литературного деятеля. Тихонько поскрипывали половицы под ногами, в воздухе витал запах старых книг и пыли. Неподалёку от входной двери располагались уютные глубокие чуть потёртые кресла, стоящие возле старого камина. Рядом с креслом притулился горшок с фикусом, маленький столик, заваленный газетами и журналами и антикварный глобус. Где-то тихо постукивали напольные часы, а в глуби магазина хрипловато играл патефон. Напротив читательского уголка, по другую сторону от двери, находилась стойка продавца. Старый кассовый аппарат поблёскивал в тусклом свете, рассеиваемом матовыми светильниками. За аппаратом, прикрывшись газетой, сидел продавец, перед ним на стойке стояла чашка с чаем.

Услышав звон колокольчика, продавец опустил газету и изумлённо посмотрел на меня.

— Не ожидал, что ты явишься так скоро, — улыбнулся он.

— Ты сам дал мне адрес магазина, — фыркнула я, беря с полки какую-то книгу.

— Вчера. Неужели тебе настолько скучно дома?

Я вздохнула. Шёл третий день сириусовой «психотерапии», которую брат устроил для Эда. Дома была ужаса скучно, у Уизли и без меня было полно хлопот, а следующей серии приглянувшегося накануне сериала ждать ещё целую неделю. Так что, не долго думая, я собралась в Лондон, дабы навестить Рема на его новом рабочем месте.

— Как ты добралась до Лондона-то? Аппарировала? — Строго прищурился Ремус.

— Нет, что ты, — замахала я руками. — Воспользовалась каминной сетью. Кстати, знаешь, что будет, если в камин швырнуть пригоршню летучего пороха и сказать «Лондон»?

— Не знаю… застрянешь?

— Не-а. Оказывается, в Баттерси есть старый музей каминов, где один из экспонатов привязан к магической каминной сети.

— Баттерси? Это же на том берегу Темзы! Не говори, что ты прошла это расстояние пешком!

— Ну… пешие прогулки полезны для организма, — улыбнулась я.

Ремус только фыркнул, силясь скрыть улыбку, и предложил мне чаю. Пока кипел чайник в подсобке, я отправилась бродить по магазину. Лабиринт стеллажей оказался невероятно запутанным, вскоре я вовсе заблудилась. Простая книжная лавка оказалась гораздо больше внутри, чем казалась снаружи. Но в том-то и состояла её неуловимая прелесть: бесконечно тянущиеся полки книг… Ясное дело, магазин был волшебным и для волшебников, однако первые залы занимала исключительно магловская литература. Я проходила вдоль полок, проводя пальцами по старым шероховатым корешкам, вдыхая присущий всем книжным лавкам запах. Чего тут только не было! От редких книг малоизвестных магловских поэтов до жутковатых гримуаров, прикованных цепями к полкам.

— Пока ты тут ходишь, чай остынет, — из-за угла вынырнул Ремус. Я вздрогнула от неожиданности.

— Ты как меня нашёл?

— Я здесь уже не первый день работаю, — подмигнул мне Люпин. — Да и Болк объяснил мне, как тут найти заблудившихся покупателей побыстрее.

Рем взял меня за руку, развернулся, сделал буквально пару шагов и вывел меня к торговой стойке, хотя перед этим я полчаса долго и упорно блуждала среди стеллажей.

Ремус вручил мне чашку с горячим чаем, указал на одно из кресел и начал возиться с камином, разводя в нём огонь. Я осторожно опустилась в старое потёртое кресло и… о мой Мордред… Клянусь, это было самое удобное, самое уютное кресло из всех существующих. Глубокое, в меру мягкое, оно словно обнимало меня, даря телу блаженный покой.

— Оно волшебное? — ошарашенно прошептала я, тихонько млея с чашкой в руках.

— Что? А, нет, — засмеялся Ремус. — Просто очень старое. Мне порой кажется, что оно… как бы сказать… оно просто ЗНАЕТ, насколько удобным должно быть.

— Как кресло может что-то знать? — хмыкнула я. Ремус только улыбнулся и пожал плечами.

Мы пили чай и тихонько беседовали, в камине потрескивал огонь, разливая тепло по помещению, ненавязчиво стучали часы, за окном всё же зарядил дождь, добавляя небольшой штришок к общей картине. Покупателей не было, так что Рем мог позволить себе провести время со мной. Смеясь, он рассказывал о курьёзных случаях, случавшихся в его лавке, рассказывал о странных, а порой и жутковатых покупателях. А я просто слушала, растворяясь в блаженном покое.

В какой-то миг речь зашла о сказках. Волшебные истории, полные приключений с заложенной в них моралью, вызвали у нас целый каскад споров. Мы сравнивали и сопоставляли те или иные сказки, выискивая в них зерно истины, недочёты, логические несостыковки, да и просто откровенно подшучивая над ними. После моего замечания, что ни одна сказка не выдерживает конструктивной критики из-за тупизны, недальновидности и полного букета психических расстройств всех злодеев без исключения, наш спор достиг своего пика.

— Ясное дело, что в конце будет хэппи-энд! — Восклицала я. — Вот если бы волк из «Красной Шапочки» немного подождал, ему не пришлось бы прикидываться бабушкой! Или если бы волком оказалась сама Шапочка! Вот это был бы поворот! А Спящая Красавица? Если бы злая ведьма подгадала момент, когда все крёстные одарят принцессу, никто не мог бы её спасти! Или вот, к примеру…

— Всё-всё, я понял тебя, — хохотал Ремус, размахивая руками. — Ладно, что тогда, по-твоему, хорошая сказка?

— Ну, слушай, — я откинулась в кресле и начала копаться в памяти. — Жили-были двое детей: девочка Мэд и мальчик Эмрем. И однажды попали они в волшебный сон…

В течение следующего получаса я пересказывала Ремусу наше с Эдом приключение в моём сне. Рассказывала долго, вдохновенно, размахивая руками, вычерчивая чайной ложечкой в воздухе разные символы. Порой я вскакивала и начинала мерить шагами комнату, подкрадывалась к Ремусу сзади, рассказывая тихим вкрадчивым голосом об ужасных клоунах из цирка «ДеМорг», и хватала его за плечи, от чего он вздрагивал, чертила ладонью в воздухе узор рельс «американских горок» и описывала бесконечную библиотеку, где девочка Мэд бежала от злобной ведьмы Беатриче.

Под конец монолога я поняла насколько вещей. Во-первых, я сильно приукрасила повествование, примешав к рассказу ещё и историю с Ловушкой. Так Эмрем поднял целое восстание армии оловянных солдатиков против жутких теневых монстров, а Мэд внезапно состарилась на сотню лет. Не сказать, что рассказ от этого только пострадал, но стало чуть неловко. Во-вторых, я осознала, как же я соскучилась по всему этому. Изумительное приключение, источник неисчерпаемого количество историй… Жаль только, что всё уже давным-давно в прошлом. Ну, а в-третьих, Ремус лукаво улыбался, глядя на меня.