Чтение онлайн

– Я могу видеть господина барона? – спросил его офицер, с недоумением посмотрев на их дом. – Замка я не вижу, а ваш дом самый большой в этой дыре.

– Я сейчас позову отца, – ответил он. – Вы пока можете спешиться.

– Так вы его сын? Тогда я не буду задерживаться и сообщу вам. У нас война с королем Аделриком, поэтому вашему отцу необходимо в течение пяти дней прибыть в столицу с положенным для вас числом солдат! Неявка приравнивается к измене короне!

– Отец поедет, – сказал Клод. – А солдат не будет. У нас с отцом льгота.

– Какая у вас может быть льгота? – спросил офицер. – Вы поставляете оружие в армию? Так я вроде не видел ни одной кузницы.

– Я еду поступать в королевскую школу магии, – объяснил Клод.

– Не поздновато вам туда поступать? – насмешливо спросил офицер. – Вам уже пора брать в руки шпагу! Позовите отца, а то мы только теряем время.

Его слова объяснялись тем, что рослому и мускулистому юноше вполне можно было с небольшой натяжкой дать шестнадцать лет вместо тех четырнадцати, которые ему должны были исполниться через несколько дней. Клод не стал с ним спорить и что-то доказывать, а, как просили, сходил за отцом.

– Завтра мой сын отправится в школу, а я – к королю! – сказал Ганс. – У меня нет никакого сомнения в том, что его примут. Возраст, положение и сила – все соответствует требованиям!

– Зато у меня есть сомнения! – уставился на него офицер. – Хотя мне все равно, приведете вы солдат или нет: спрашивать будут не с меня, а с вас!

– А если мой сын вас отсюда вытурит, у вас и тогда еще останутся сомнения? – спросил барон. – Сын, сможешь их отсюда прогнать, не покалечив?

– Конечно, отец, – ответил Клод. – Причем без всякой запрещенной для войны магии, одним страхом.

– Ха! Хотите пари? – расхохотался офицер.

– Ставлю своего жеребца, – предложил отец. – Я смотрю у вас есть заводные кони. Один из них не помешает моему сыну.

– Принято! – воскликнул офицер. – Надеюсь, что конь у вас нормальный, а не такой, как все остальное баронство. У нас, если хотите знать, прекрасные защитные амулеты работы самого Горста! Так что можете выводить своего коня. Вы его ставили на кон вместе со сбруей?

– Конечно, – ухмыльнулся отец. – Я попрошу вас привязать поставленную вами лошадь к коновязи. Если победят ваши амулеты, вы ее опять отвяжите, а я вам выведу своего коня. А если вы все сейчас драпанете, то сделаете это вместе с лошадьми. Мне что, потом за вами гоняться, чтобы забрать выигрыш?

– Разумно, – вынужден был признать офицер. – Джервас, привяжи любую из лошадей.

– Я не лишусь коня? – тихо спросил барон у сына. – Ты уж постарайся их напугать, только никого не убей.

Один из солдат привязал к коновязи заводную лошадь и вернулся в отряд. Как только он сел на своего коня, Клод, помогая себе жестами рук, сотворил заклинание ужаса и начал потихоньку вливать в него силу зеленого потока.

– Клод! У меня получилось! – закричала выбежавшая на крыльцо сестра.

Ее попытка поделиться с братом своими успехами сбила его контроль над силой, и он выплеснул в заклинание всю, какая была. Клод не знал, кем был этот Горст, только, несмотря на его амулеты, люди и лошади обезумели от страха и в едином порыве рванули по дороге прочь от дома. Отца и привязанную лошадь зацепило самым краем, и то бедняжка заржала и попыталась оборвать повод, а Ганс отступил от сына бледный с покрытым потом лицом. Одна виновница этого переполоха ничего не почувствовала из-за подарка пришельца, который она теперь все время носила на голове.

– Что здесь только что было? – спросила она брата. – И откуда эта лошадь?

– Закончилась наша учеба, Алинка! – сказал Клод. – У нас опять война, поэтому мы с отцом завтра уезжаем. Он едет в армию, а я еду учиться.

– А я? – растерянно спросила она.

Было видно, что девочка сейчас заплачет.

– А ты останешься хозяйкой, – сказал барон, обнимая дочь. – Да и Варин никуда не уезжает. Я опять найму управляющего, а твое дело учиться. Сегодня приедет учительница, поэтому времени грустить у тебя не будет. Ну а мы рано или поздно вернемся. А сейчас я с твоим братом поеду к графу. Клод, оденься приличнее и забирайся на наш выигрыш, а я сейчас оседлаю своего Зубастика.

Когда Клод надел свой единственный приличный наряд, состоявший из новых кожаных штанов в обтяжку, белой рубашки с шитым золотом воротником и колета, отец вывел из конюшни своего жеребца и дал сыну в руку повод.

– Подержи Зубастика, мне нужно кое-что взять.

Клод не любил его коня, и тот отвечал юному барону взаимностью, не упуская случая цапнуть своими передними зубами, за величину которых и получил от отца свою кличку. Сейчас он вознамерился проделать то же самое и, получив по морде, обиженно заржал. Отец отсутствовал недолго и вышел уже при шпаге.

– Надевай, – сказал он передавая сыну перевязь. – Цепляй шпагу. Надо было ее переделать под твой рост, но я надеялся, что ты еще хоть пару лет побудешь дома.

– Кто бы меня тогда принял в школу! – возразил Клод. – Этот офицер и так ржал из-за моей учебы.

– Приняли бы, – сказал отец. – Я узнавал. Просто за каждый лишний год с меня содрали бы двадцать монет штрафа. Неприятно, но мы бы это как-нибудь пережили. Ладно, садись на коня, и поехали. Дочь, если в мое отсутствие приедет госпожа Гретта, встреть ее как подобает.

Клод уже давно не забирался на лошадь и никогда не делал этого со шпагой, поэтому немного провозился, вызвав неудовольствие отца.

– Я думал, что если ты нормально ездишь без седла с одной уздечкой, то уж на оседланной лошади поедешь без проблем. Надо будет тебя немного потренировать, чтобы никто не ржал на постоялых дворах.

До замка графа они добирались три часа, никого не встретив по дороге. Замок поразил юношу, который подобные сооружения видел только на рисунках.

– Выше подбородок и больше презрения во взоре, – тихо сказал отец, когда они оставляли лошадей на конюшне. – Растерянность не украшает мужчину. Идем, я представлю тебя графу.