Чтение онлайн

Неизвестно, как все пойдет дальше, особенно после того, как придется отказать Фрондеро в поиске девушки, поэтому Паркер решил сделать пояс, какой был у одного парня из их роты.

Тот постоянно жаловался, что у него подтаскивают порошки, поэтому всегда носил их с собой в таком поясе.

Правда это ему не помогло. Увезли с передовой по ранению и уж точно эти порошки санитары ему не вернули.

Иногда Паркер и в теперешней жизни нуждался в тех порошках. Когда накатывала тоска и казалось, что всё против него. Но порошки не выход, тем более, что после попадания под тот страшный взрыв ему многое было запрещено.

И дорогая натуральная пища, и высококачественные белковые синтетики. Только целлюлоза с сопутствующими активаторами.

Как говорил ему лечащий врач – привыкайте к тому, что имеете, в вашем случае все могло сложиться гораздо хуже.

Накануне Паркер неплохо поработал. Утром было как-то не очень, долго возился с «оранжем», но после обеденного перерыва все пошло в гору. Одолел еще два таких, а потом легко восстановил «панораму».

Впервые было ощущение, как будто он эту наномикронную нить не полевой ловушкой захватывал, а буквально пальцами.

Раз-два и спаялась. Тесты мигнули зеленым и очередной блок перекочевал на полку готовых заказов.

Ночью спал не очень хорошо, было как-то неспокойно. Но утро его встретило хорошей погодой – синее небо, солнце. Настроение улучшилось и после диетического завтрака Паркер уже собирался хорошо поработать, тем более, что его ждал еще один «бе-четыре», как вдруг в дверь постучали.

Не ожидая подвоха он открыл, ожидая увидеть нового заказчика, но на пороге стоял офицер налоговой службы. С ним двое штатских, а за ними на полголовы выше – полдюжины бойцов в штурмовой оснастке.

– Мистер Джонатан Паркер? – спросил офицер сразу заходя в мастерскую.

– Так точно, – по-военному ответил Джон.

– Собирайтесь, у нас постановление на ваш арест и обыск четвертой категории.

Штурмовики отжали Паркера к стене и штатские проскочили в мастерскую, сразу побежав по всем углам и закоулкам, на ходу делая видеосъемку стеллажей с блоками и аппаратурой.

Джека бросило в жар. Попался. Надо было как-то легализоваться, но он пожадничал. Деньги неожиданно потекли ручьем и он решил отложить все это на потом. Кто же знал, что до них так быстро дойдет информация об одиноком ремесленнике?

– Собирайтесь, мистер Паркер, – сказал офицер, в то время, как пара в штатском продолжала свой осмотр.

Джон опасался, что они залезут под тумбочку и найдут заначку, но четвертая категория обыска предполагала лишь поверхностный осмотр, поэтому вскоре ему подали бланк для подписи, после чего он собрал какие-то вещи, документы и его вывели под руки даже не заковывая в наручники.

Под надзором незваных посетителей он запер мастерскую и отдал магнитный ключ офицеру, после чего дверь опечатали, о чем сделали соответствующую текстовую и видеозаписи.

У подъезда арестанта сунули в синий фургон с голографической эмблемой налоговой службы и со включенной сиреной повезли в тюрьму.

В этом Паркер не сомневался.

По обе стороны от него сидели бойцы в жесткой броне и с автоматами, за окном мелькали залитые солнцем тротуары и бодрые пешеходы, а для него все сузилось до одной мысли – что теперь с ним будет?

Начальник службы безопасности стоял в кабинете генерального директора, ожидая когда Ренд с директором закончат разговор и вернутся к его докладу. Однако они были слишком увлечены и он просто подпирал книжный шкаф, поглядывая на корешки книг и по их виду пытался определить из чего они сделаны.

Вот биопластик, книга совсем новая. А две следующие из пластомера, его производили лет двадцать назад.

Посреди полки в отдельных прозрачных боксах хранилось несколько книг из целлюлозы. Их никто не читал, поскольку они стоили очень дорого, хранились в вакууме и являлись объектами для вложения денег.

Странные были времена, когда из целлюлозы делали книги и какие-то бытовые вещи. Даже салфетки. Тогда никто не знал, что целлюлозу можно просто съесть, если конечно принять после этого модификаторы.

У Геберсби была подружка помешанная на целлюлозе и здоровом питании. Но сам он уважал синтетические жиры из-за чего они с ней часто ссорились.

Вот в кабинете появились еще трое – для них Геберсби лично подписывал пропуска. Это были эксперты из университета, которых пригласил Ренд.

При них был чемоданчик с теми двумя блоками, которые человек Геберсби возил на ремонт.

– Господа, я не буду вас представлять, в этом нет необходимости, – сказал Ренд. – Чем меньше имен, тем лучше, а я в вашей компетенции не сомневаюсь и мой директор мне доверяет.

Ренд взглянул на директора и тот многозначительно кивнул.

– Итак, господа, начинайте.

Один из экспертов расстели на приготовленном столе какую-то защитную пленку, затем открыл чемодан и надев перчатки, достал оба блока, бережно положив их на стол.

– Благодарю вас, Гейб, – произнес другой эксперт, повыше ростом, полный, с коротко подстриженной бородкой.

Геберсби про себя назвал его «Профессором».

– Итак, нами были протестированы эти блоки. А также проведена их полная иннозальная рентгенограмма. Выяснилось, что изделия далеко не новые, как по дате выпуска, так и по естественному техническому и структурному износу. Однако функции свои они выполняют блестяще.

«Профессор» сделал паузу и посмотрел, какое впечатление его слова произвели на заказчиков. Те пока молчали, ожидая новых откровений.

– Оказалось, в частности, что у блока линейки «оранж», вместо паспортных двадцати семи тысяч, в свинцовом проводнике находятся тридцать девять тысяч каналов. А у изделия линейки «панорама», вместо паспортных ста пятидесяти четырех, имеем двести пятьдесят две тысячи каналов в закрытом платиновом проводнике. Соответственно, нагрузки эти блоки совершенно не замечают, не греются и могут использоваться с большими перегрузками.