Шрифт:
Райан Кирк
Нет пути домой
(Клинок ночи — 0,5)
Перевод: Kuromiya Ren
Весна 1037
Лес был неестественно тихим. Вдали печально кричала одинокая сова, зловещий голос вызывал трепет сильнее из-за тишины. Сова ухала через каждую пару ударов сердца, и Орочи ощущал дрожь в сердце.
Он шел мягкими и легкими шагами после долгих тренировок. Одинокая птица была тут, но Орочи знал, что хищники не угрожали ему. Его руки и ноги были толстыми, как деревья, которые он тихо обходил, но он двигался с грацией леопарда.
Он шел медленно, через пару шагов остановился и огляделся. Скорость была не так важна, как беззвучность. Он будет легко охотиться всю ночь, если не выдаст себя звуками.
Он прислушивался в давящей тишине. Его глаза улавливали тусклые тени в потустороннем свете луны, но не движение. Его нос, все еще ощущающий новые запахи этой земли, легко уловил дым костра неподалеку. Тот запах и вел его.
Он использовал ощущение — особый талант, который был у некоторых — и раскрыл свой дар на десятки шагов в стороны. Птицы, может, и молчали, но он не был один в лесу. Существа окружали его, птицы тихо следили из гнезд наверху, тихо шептали деревья вокруг. Лес был полон жизни, и от этого было сложнее отыскать того человека, на которого он охотился.
В этой смертельной игре в прятки у него было одно преимущество. Он мог ощутить мишень, но мишень не могла ощутить его. Способность Орочи, уникальная даже среди клинков ночи, скрывала его. Если все остальное между воинами было равным, то только эта разница придавала ему уверенность.
Но это была не игра, где все были равными. Мастера учили его, что, если он окажется в справедливом бою, он уже проиграл. Тот урок был вырезан на его сердце, и он радостно принимал все преимущества. Этот вечер не был исключением.
Мужчина, убегавший от него, был уставшим и голодным. Он был в бегах почти весь месяц, постоянно прятался. Орочи был накормлен, полон сил, и у него были письма, что дали бы ему лучшие кровати на любом постоялом дворе с бесплатной едой. Мысль о поражении и не возникала в голове Орочи.
Орочи подавил желание расслабиться. То, что эта миссия должна быть простой, не означало, что так будет. В делах с мечом только настороженность спасала воина. Но против мужчины, живущего тут, где настоящую силу давно забыли, сложно было переживать.
Его нога чуть проехала по грязи, когда он опустил ее. Снег только закончил таять, и земля между открытыми корнями была мокрой. Часто опавшая хвоя сосен поддерживала его вес над грязью, но когда он отвлекался, нога становилась грязной. Он скривился, высвободил ступню из грязи. От действия раздалось хлюпанье, громкое, как звон мечей друг о друга.
Орочи застыл, прислушиваясь к признакам, что он себя выдал. Но лес остался тихим. Он снова шагнул вперед, уже внимательнее опуская ноги, разглядывая землю.
Запах костра становился сильнее, наполнял его ноздри, и он понял, что их разделяло около сотни шагов. Уже ближе, он мог сказать, что мясо недавно жарилось на костре. Рыба из ближайшего ручья, как ему казалось.
Время замедлилось, он приближался на замах, сердце громко билось в ушах. Он был близко, но не видел следов огня. Не было оранжевого света между деревьев, треска хвороста. Он крался дальше. В один миг он был окружен деревьями, в другой — перед ним оказалась полянка. Тонкие струйки дыма выдавали, что огонь недавно потушили.
Он уже был сосредоточен, а теперь ощущения стали для него всем. Тишина леса била по его ушам. Или солдату очень везло, или он откуда-то знал, что Орочи приближался. Но как?
Причина не давалась. Скорее всего, мужчина ушел по другому поводу. Это было просто совпадением.
Его инстинкты не доверяли логике.
Его ощущение уловило мелкое движение справа. Орочи отошел на шаг, и в тот миг стрела вонзилась в дерево слева от него, древко было в ладони от его носа.
Он знал, что должен был гнаться за солдатом. Промах выдал положение врага. Он мог последовать за стрелой. Его обучение точно позволит убрать стрелка.
Но он невольно глядел на стрелу, дрожащую перед ним. Древко было идеально вырезанным, даже перья казались ему красивыми. Как что-то такое приятное на вид могло почти убить его? Он еще ни разу не был так близко к смерти. Все тренировки в мире не смогли подготовить его.
Он резко пришел в себя. Шум леса вернулся, и Орочи знал, что мужчина сбежал. Орочи повезло. Если бы солдат выпустил еще стрелу вместо побега, он был бы мертв. Его ошибка чуть не устроила провал задания.
Он совершил ошибку, которая чуть не стоила ему жизни и мести, но это не было важным. Солдат был умным, и никто не мог получить второй шанс убить клинка ночи.
Зима 1036
Подмерзший снег хрустел под его весом, пока он шел к замку. Хотя тяжелое темное одеяние защищало его от бури, он все еще ощущал себя голым без меча на боку. Он убрал меч в тайник в деревне неподалеку, зная, что тут он ему не понадобится.
Вдали возвышались недавно построенные стены замка лорда Акиры. Видимость была почти на нуле, толстые стены было видно в бреши среди порывов ветра. К счастью, буря означала, что и стражи на стенах вряд ли его заметят. Почти все будут прятаться от бури. Ветер и лед, впрочем, помешали бы забираться на стены.
Орочи добрался до стены незаметно. В бурю и в темноте он не был удивлен, но был благодарен. Он не спешил, разглядывал стену, искал выемки для рук и ног. У него был лишь шанс забраться туда.
Орочи почти все детство лазал, так что мешали только холодные камни и воющий ветер. Он хмыкнул, зная, что оттягивал задание, которое было лучше сделать, чем думать об этом. Он двигал руками и ногами по очереди, медленно поднимаясь по стене.
Ладони тут же замерзли от камней, но он заставлял их разжиматься, пока цеплялся за стену. Пальцы ног, обмотанные тонкой кожей, были в лучшем состоянии, но ненамного. На середине пути по стене его чуть не сдуло порывом ветра, но он смог удержаться кончиками пальцев.