Нерукотворный
Шрифт:
Аелия вспомнил вчерашний рассказ Климин и воскликнул:
– Мирайн поместили в тюрьму для смертников?!
Старик осёкся, испугавшись, будто сболтнул лишнего, и в поисках поддержки заозирался по сторонам. Баиюл был спокоен, он кивнул, чтобы тот продолжал.
– Да, господин. В тюрьму для смертников – в «Удушье Спящих Гор».
– За что её отправили туда?
– Нам не говорили подробности. Было известно совсем мало. Будто она причастна к пропаже сына Господина Вечности и Госпожи Мудрости. Её держали там, мучали в попытках выбить признание и хоть какую-то информацию о том, где дитя находится, но пленница так ничего не и сказала.
– Мучали, говоришь?
Старик кивнул, крепче сжимая в испещрённых морщинами руках валяную шапку:
– Господин являлся почти каждый день и с утра до ночи пытал девушку. Сам. Никому не было дозволено смотреть на то, что он с ней делал. Но вопила девица так, что кровь стыла в жилах. Точно измывался над ней, как над животным каким.
– Это происходило до начала Вечного Сумрака?
– Да, господин. Всего за несколько дней до того, как солнце погасло.
– И чем же мы разгневали вселенную, если она обрушила на наши головы столько бед в один год? – задался вопросом Бьерн. – Великие и поистине ужасающие лишения: сначала исчезновение бессмертного дитя, а следом гибель Минцзэ.
– Сомневаюсь, что вселенная желала этого. Лишения произошли по вине преступников, которые рано или поздно понесут своё наказание, – ответил Баиюл.
– Тебе известно что-нибудь ещё? – продолжал расспрашивать старика Аелия.
– Нет, больше ничего.
– Тогда не стоит больше терять время. Нам пора в путь.
– Господин? – робко обратился старик. – Если вы собираетесь отправиться в Умбров Лес, то должны знать, какие опасности там поджидают. Говорю как человек, который собственными глазами видел весь этот кошмар. Понимаете, смертники, помещённые в «Удушье Спящих Гор», не всегда умирают от духа умбры. Они…
– Это нам известно, – перебил его Бьерн. – Спасибо вам за информацию и предостережение. Вы – уважаемый воин, прошедший долгий путь от рождения до глубокой старости, и здесь вашей душе будет спокойно. Об этом мы позаботимся.
Старик, непривыкший к тому, что ему выказывает уважение кто-то, подобный Бьерну, в изумлении заморгал глазами и закивал, после чего низко поклонился.
– Благодарю вас, добрый господин.
Баиюл обратился к подьячему:
– Велиус, проследи, чтобы эта душа нашла здесь покой. Найди ему кров и работу, если того пожелает.
Мужчина поклонился:
– Я распоряжусь, господин.
Подьячий увёл бывалого воина. Аелия пребывал в раздумьях.
Он спросил:
– Бьерн, о чём старик хотел предупредить? Что вам ещё известно об Умбровом Лесе?
– Расскажу по пути. Нам ведь будет нужно занять друг друга интересной болтовнёй. – Бьерн весело улыбнулся, потянувшись.
– Ты расскажешь? Ты пойдёшь со мной и Всеотцом?
– Нет, я поведу тебя. Баиюл останется здесь.
– Но я считал, что…
Бьерн пожал плечами:
– Мы решили, что так будет лучше. А ты что же, не рад видеть в лице своего спутника меня?
– Вовсе нет! Я очень рад! Просто это весьма неожиданно.
На самом деле Аелия выдохнул. Он уже размышлял о том, каким путь окажется тяжёлым, учитывая вздорный характер бога. Солнце в действительности обрадовался этой новости, ощутив настоящее облегчение.
– Тогда мы можем отправляться? – спросил он.
Баиюл вдруг крикнул, от чего Аелия подпрыгнул:
– Доротея! Пора в дорогу.
Его низкий голос оттолкнулся от стен тронного зала, а потом будто бы ударил Аелию по голове. Солнце даже зажмурился на мгновение, боясь, что потолок вот-вот обрушится от натиска столь громкого звука.
Из тёмного угла, куда не попадал свет многочисленных свечей, выплыла изящная фигура. Лёгкой поступью она медленно ступала по мраморному холодному полу босыми ногами. Длинные волосы по обыкновению спадали с тонких плеч, прикрывая обнажённое тело. Аелия поспешил отвести от неё глаза. Не из простого человеческого приличия, а из страха столкнуться с Доротеей взглядом.
Баиюл же наоборот – смотрел на девушку очень внимательно, и на лице его с каждой секундой всё больше проявлялся гнев. Казалось, вот-вот оба его века нервно задёргаются.
Конец ознакомительного фрагмента.