Чтение онлайн

— Что вы тут делаете! — окрик подбрасывает меня с пола.

Один из солдат. Только без шлема. Что он тут вообще делает? Решил, пока вокруг суета, заглянуть в сундуки в поисках чего–нибудь, чем можно поживиться?

Или просто поспать пришёл в одну из дальних комнат.

— Вот же, сука, — говорю я себе под нос, изо всех сил стараясь сильно не злиться. Когда мешают в такие моменты — очень трудно остаться спокойным.

Хорошо хоть не успел раздеться.

Становлюсь так чтобы закрывать собой Мико которая вскакивает и торопливо закрывается платьем.

— Наглые твари, — цедит солдат похотливо разглядывая полуголую Мико за моей спиной. — Ебливые наглые твари. Я вас накажу.

Он отодвигает меня в сторону и делает шаг к Мико… ну конечно, именно её он и собирается наказывать. И я даже догадываюсь как именно он это сделает.

Она вжимается в стену с ужасом глядя на здоровяка в черно–красных одеждах

Удар моего кулака догоняет его, заставляет пошатнуться и обернуться. Волоку его к стене, бью еще раз — в нос, ломая его и заливая кровью круглое упитанное лицо.

Потом бью в грудь. Слева. Там где сердце. Бью много раз. Каждый удар чуть сильнее предыдущего и чуть слабее чем нужно, чтобы пробить рёбра. Я делал этот трюкраньше, несколько раз — сильные ритмичные удары в сердце заставляют его сбиваться, враг начинает задыхаться и паниковать — та самая паника того, кто чувствует что сейчас утонет.

На девятом ударе тип начинает хрипеть и задыхаться. Ему кажется что это смерть, но нет. Просто кажется. Смерть приходит чуть позже — когда я выламываю ему кадык и отступаю чтобы перевести дыхание.

Бьющаяся в агонии туша сползает по стене.

Хорошо что сундук близко — открываю его и волоку тяжеленное тело. Переваливаю через борта и запихиваю внутрь, стараясь уложить так, чтобы получилось захлопнуть крышку.

Получается.

Не с первого раза, но получается, правда для этого приходится скрутить типу шею. Я бы оставил и просто на полу, но нельзя.

Пусть его найдут потом — не сейчас. Сразу две смерти в одном доме это подозрительно. Пусть его найдут когда запах мертвечины станет слишком сильным.

Мико трясёт так сильно, что вместо того чтобы одеваться она забилась в уголок и теперь не сводит глаз с сундука в которому я спрятал тело.

— Ты убил его, — её зубы выбивают чечётку от страха.

— Ага. Так же как и офицера чуть раньше, — присаживаюсь рядом с ней и касаюсь пальцами щеки. — Ничего страшного. Сейчас ты оденешься и мы выйдем отсюда. Иди к себе домой… и я приду чуть позже. Дождись меня.

Наш разговор с ней слишком важен чтобы сорваться. Я помогу похоронить Кайоши семью Эное, а потом как и собирался заберу Мико с собой… прежде чем уйти отсюда навсегда.

Она одевается, на прощание прикасается своими губами к моим губам и выскальзывает из дома.

Я выхожу последним и напарываюсь на еще одного солдата.

— Что ты там делал!

— Искал офицера, — отвечаю я.

— Офицера? — задыхается от неожиданности тот. — Офицер только что умер, болван!

Делаю испуганное лицо и спрыгиваю с крыльца — теперь к Мико.

Она ждёт — кто бы сомневался. Дома у неё нет — крохотная палатка на отшибе. Здесь она, судя по всему, и ютилась с бабушкой.

Метра три на три, две постели на полу, стол, пару сундуков и холодный очаг.

— Уютно, — я присаживаюсь рядом со столиком.

— Нет, — она улыбается — раз улыбается, значит немного успокоилась. — Совсем не уютно, господин. Но так многие живут здесь. Все знали на что идут, когда улетали из Фукусимы.

Нет. Не знали. Не знали что всё закончится так плохо.

Замечаю в углу аккуратные стопки тканей — Мико очень искусно шьёт. Для всех здесь в клане. Не удивлюсь что и одежда на мне — сшита её руками.

— У тебя много вещей? — спрашиваю.

— Нет, — она кивает на сундук в углу. — Там немного одежды.

— Мы сейчас уходим.

— Уходим?! — её огромные ресницы удивлённо вспархивают. — Куда, господин?!

Куда? Хороший вопрос. Почему–то мне кажется что Нир не будет против если приведу с собой Мико.

— Увидишь, — не хочу ничего ей сейчас объяснять. — Собери вещи. Не все. Не надо все. Немного одежды.

Я беру её руку в свою.

— Я не понимаю, — в её глазах растерянность.

— Что тут понимать? Мы уходим. Я и ты. Клану конец, а ты… ты же не хочешь подчиняться Чёрному Соколу.

Её рука замирает.

— Я не могу, господин, — она качает головой испуганно глядя на меня. — Семья.

— Где семья?

— Здесь. Они все мои. Я не могу уйти и бросить их.

Вот же чёрт.

Наивный я идиот. И не поверил Кайоши, а ведь он был прав.

Выпускаю её пальцы из своих и встаю. Она подхватывается тоже и сейчас стоит совсем близко от меня. Так близко что я чувствую тепло её тела. И тону в её глазах.

И в губах к которым прижимаюсь своими.

— Не уходи, — шепчет она уже не пряча слёз. — Не уходи.

Я не хочу ничего говорить. Я даже не хочу говорить о том, что мы с ней не увидимся больше никогда.

— Не трогайте их! — солдат из тех, что стоят возле ворот угрожающе машет нам.

Не обращая внимания на него поднимаю маленькое лёгкое как пух тело. Четвёртый господин… всего десять лет. Ему было всего десять лет. Несправедливо.

Укладываю детское тело на тележку её вместе с лопатами прикатил Кайоши.