Чтение онлайн

– Хорошо.
– Просто отлично?

– Да. Хорошо, Хлоя.

– Он поцеловал тебя, не так ли?

Ответом ей было молчание.

– О, он точно это сделал! Скажи мне, как прошел твой первый поцелуй?

– Ну, технически это был не мой первый.

– О, боже мой, что?

– Он поцеловал меня раньше, в Художественном, в кладовке.

– Это так чертовски мило.

– Да, да, да. Послушай, Хлоя, если ты придешь в школу раньше меня, я не смогу тебе помочь.

– Я знаю. Думаю, я смогу что-нибудь придумать. Я буду там точно в то время, когда мы встречаемся с тобой.
– Элль не нравилось, что Хлоя вернулась к своему обычному недовольному голосу, но она должна была сказать ей.

– Хорошо. Я постараюсь быть там в то же время, но мы знаем, что Нерон опаздывает практически каждое утро.

– Я знаю.

Элль чувствовала себя ужасно. Ей нужно было что-то придумать.

– Тогда увидимся завтра.

– Пока.

Элль повесила трубку. Она не могла попрощаться.

У нее в голове начали крутиться колесики из-за того, как она могла бы решить эту проблему. Она решила подумать, пока будет одеваться на работу.

Пока она размышляла, кое-что, сказанное Нероном ранее, пришло ей в голову.

 "Ты понимаешь, насколько это небезопасно для семнадцатилетней девушки?" - Она задавалась вопросом, откуда, черт возьми, он узнал, что ей семнадцать. На самом деле, большинству старшеклассниц было уже по восемнадцать, кроме нее и Хлои. Итак, откуда ему знать?

* * *

Нерон начал чувствовать себя замкнутым дома, особенно в своей комнате. Работа, которую дал ему отец, начала давить на него. Это была его первая работа, работа, которая должна была принять его в семью. Да, его кровь могла биологически быть частью семьи, но его кровь не текла вместе с семьей. По крайней мере, до тех пор, пока работа не будет выполнена.

Он всегда знал, с самого детства, что пойдет по стопам своего отца и брата. Он собирался истечь кровью и умереть рядом с семьей. Чего бы это ни стоило.

Он задавался вопросом, почему именно Элль в ту ночь стояла за мусорным баком. Любую другую девушку ему было бы легче расколоть - черт возьми, работа была бы уже сделана, если бы она была такой же, как все другие девушки, с которыми он был. Но не Элль. Он даже не мог заставить ее чертов рот открыться, чтобы засунуть свой язык ей в рот, не говоря уже о том, чтобы заставить рассказать её свои секреты. Она сидела в его машине и даже защищала такой кусок дерьма, как Себастьян, поэтому заставить ее рассказать ему, что произошло, будет нелегко.

Мысль о Себастьяне выводила его из себя. Он не мог выкинуть из головы образ того, как он бросается на Элль. Она просто сидела и закрывала глаза.

Он должен был заполучить Себастьяна, заполучить его в свои руки. В результате он и его команда позаботились о том, чтобы он угомонился. Они разработали план предложить ему немного травки, как только оставят девочек на уроке испанского. Они сделали Себастьяну совершенно дерьмовое предложение, чтобы сказать, что он сожалеет, что накал страстей дошел до него. Накал страстей моментально подействовал на него.

Он выбил из него все дерьмо за школой. Маленькая сучка выдержала один удар и превратилась в холодную индейку. Это не остановило Нерона и его команду. Каждый из них нанес удар ногой по его беспомощному телу.

Нерон улыбнулся. Элль не видел красивых синяков, которые, он был уверен, были у Себастьяна под одеждой.

И снова, при мысли об Элль, он стал твердым. Его тело было не в порядке. Обычно какая-нибудь девушка оказывалась в его постели, чтобы исправить ситуацию, но после того, как его отец запретил ему встречаться с другими девушками, кроме Элль, он не мог рисковать. Поцелуй с ней определенно вывел его из себя. Такой пустяк, как поцелуй в шкафу, вывел его из себя.

Это был шутливый поцелуй, но что-то в нем заставило его захотеть большего. Впоследствии, когда он подъехал к ее дому, он поцеловал ее снова, сильнее. Она даже не поцеловала его в ответ, что ухудшало ситуацию. Любая другая девушка всегда целовала его в ответ. Он знал, что хорошо целуется — ну, раньше он был действительно уверен в этом.

Когда она отттолкнула его, он сделал все, что мог, чтобы не посадить ее задницу к себе на заднее сиденье и не делать все, что ему заблагорассудится, уверенный в том, что сможет заставить ее подчиниться.

Он ухмыльнулся тому, как она назвала его ранее: "Большой злой волк". Элль была права: он был большим злым волком. Он знал, что это описание идеально подходит для него, потому что каждый раз, когда он смотрел на Элль, он видел милое, беспомощное животное.

Ему нравился размер Элль: она была ему хорошей парой. Она была невысокой, но и не низкорослой. Ее попка и сиськи были одинаковой пропорции, обе чуть больше пригоршни, и ему это нравилось. Но ее волосы и глаза были его любимыми чертами в ней.

В ее темно-русых волосах был оттенок розового, и они были красиво уложены волной, не будучи вьющимися. Ее глаза были огромными и голубыми, как океан. Вот почему она была для него таким милым зверёнком, - потому что каждый раз, когда он смотрел в ее большие голубые глаза, большой злой волк хотел попробовать ее на вкус. Больше, чем просто на вкус.

Когда до Нерона дошло, что он на грани сумасшествия, он позвонил по телефону.

Он заговорил в ту же секунду, как услышал, что гудки пропали.

– Элль работает?

– Элль сейчас здесь нет. Она прибудет примерно через час. Хочешь, чтобы я оставил сообщение?

Он знал, что будет дальше.

– Нет, я сказал Мэл.
– Он не мог рисковать тем, что парень, который ответил на звонок, мог сказать ей о том, что кто-то звонил ей.

– Насколько я знаю, ни одна Мэл здесь не работает.

– Извините, ошибся номером.
– Он выключил телефон и встал с кровати, схватив ключи с тумбочки. Нужно выполнить одну работу.

Глава 7