Чтение онлайн

Она резко вскинула голову. Она ушам своим не верила и раскрыла рот от удивления. Волнение ее было столь сильным, что она некоторое время слова не могла произнести.

— Для ребенка будет лучше, если он родится законным. Несправедливо было бы из-за нашей с тобой ошибки лишать его прав на наследство.

— Это может быть и девочка, — только и смогла произнести Джейн.

— Если мы поженимся, с ребенком все будет в порядке, — продолжал Роберто, словно не слыша ее слов. — Я не буду, в отличие от Алистера, пытаться отобрать его у тебя. Я не такой жестокий человек, напротив, мы будем вместе воспитывать его. Я с удовольствием буду проводить с ним каждое лето, с удовольствием буду кататься на лыжах. А когда он подрастет, мы будем вместе ходить на охоту. Хочу, чтобы у меня была возможность решать все вопросы, связанные с его образованием. Я бы предпочел, чтобы он учился в Италии. Вообще мне хотелось бы, чтобы он стал итальянцем, а не англичанином. Я оплачу няню, дом, а кроме того, назначу тебе определенное содержание.

— Что ж, так оно будет, пожалуй, справедливо по отношению к ребенку, — мягко произнесла Джейн, удивляясь, что голос ее звучит ровно. — Тебе вовсе ни к чему содержать меня, я этого не заслужила. А вот поддержать ребенка, это, конечно, хорошо. При том что все будет делать одна Мэй, других слуг нам не нужно.

— Это не совсем подходящий для тебя дом, — сказал он, оглядываясь по сторонам. — Найди что-нибудь получше, я куплю его для тебя. Может, стоило бы поискать имение подальше от города, там и воздух, и вообще… Он может научиться ездить верхом…

— Мне тут очень нравится, Роберто, и я совсем не хочу переезжать. Подруги помогают, нам совершенно не нужен огромный дом.

— Ну, не буду навязывать свое мнение. Оставайся тут, раз хочешь, а когда ребенок подрастет, видно будет. Если передумаешь, дай мне знать.

Все, что он говорил, скорее походило на выработку условий делового контракта, чем на встречу любящих людей. Джейн с надеждой смотрела на него во все глаза. Нервничая, она потянулась к нему, коснулась его руки.

— Я люблю тебя.

— Я тоже люблю тебя, Джейн.

— Зачем же тогда?..

— Затем, что я не смогу простить тебя. Я никогда больше не смогу тебе поверить.

— Ты сейчас останешься? — спросила она.

— Нет, у меня номер в «Гарден-хаус». Но я буду видеться с тобой каждый день.

До самого дня свадьбы он выполнял свое обещание. Каждый день они с Джейн вместе ездили обедать. Меж ними случались минуты такой душевной близости, что у Джейн возникала надежда. Но всегда что-то приключалось, — то ли она невпопад говорила, то ли некстати касалась Роберто, — и он буквально окатывал ее волной холода. Она невероятно страдала, вспоминая, сколько радости он дарил ей когда-то. Ночами она давала себе слово никогда более с ним не встречаться, но приходило очередное утро, и от прежней решимости не оставалось и следа.

Роберто подошел ко всем вопросам весьма продуманно. Он специально выбрал для свадьбы такой день, когда в Лондоне было намечено бракосочетание известнейшей кинозвезды. И этот его план отлично сработал: на их свадьбу не пришел ни один репортер. Свидетелями выступили Сандра и Бенджамин, а Зоя с Мэй оказались единственными гостями. Все они стояли под колючим декабрьским ветром на ступеньках центрального здания Большого лондонского совета, куда их заставила подняться Мэй, щелкая «Инстматиком». Джейн грустно думала о том, сколь непохожими получились две ее свадьбы, однако старательно улыбалась в объектив. Зоя приготовила потрясающий обед, Бенджамин обеспечил шампанское — но все равно, торжество получилось не очень веселым.

Перед отъездом Роберто с Джейн на несколько минут остались одни.

— Значит, ты все-таки решил уехать? — спросила Джейн.

— Да, завтра я улетаю.

— А вдруг да у нас с тобой получится? А, Роберто? — с надеждой произнесла она. Джейн, может, и не заговорила бы на эту тему, если бы не отъезд Роберто. Так же ей нечего было терять.

— Я превратил бы твою жизнь в сущий ад, Джейн. Подумай: никогда не доверял бы тебе, никогда не позволял бы уходить или уезжать одной… Ты и сама была бы не рада.

— Я бы привыкла.

— Нет, со временем ты бы меня возненавидела. Так будет гораздо лучше. Теперь у ребенка будет имя, он получит положенное ему наследство. А ты вольна поступать как захочешь.

— Но я хочу быть с тобой на любых условиях!

— Стало быть, ты сама еще плохо себя знаешь, дорогая Джейн. Ты слишком вольнолюбива, чтобы подчиняться таким запретам и ограничениям, какие я навязал бы тебе. Словом, я так решил.

— Ну что же. — Она горделиво вскинула голову. — Придет время, и ты пожалеешь.

— Посмотрим, — бросил он, направляясь к дверям.

Джейн потом часто думала: а может, надо было энергичнее его упрашивать? Может, надо было найти какой-то особенный подход? Но как бы то ни было, теперь уже слишком поздно.

Она написала Джеймсу о ребенке, — хотя втайне боялась того, как сын прореагирует. Теперь Джейн полностью сосредоточилась на том, кого носила под сердцем. Она подавляла в себе любые признаки депрессии, уныния, боясь, что это передастся младенцу. Она писала длиннющие путаные письма Роберто, но так и не посылала их, зная наверняка, что он все равно не ответит. Тем не менее сочинение писем было для нее способом общения с ним, а она в этом очень нуждалась.

В марте месяце, в светлый солнечный день, когда крокусы у «Бэкса» цвели как сумасшедшие, родился здоровый, сильный, темноволосый мальчуган — как и предполагал Роберто.

Сандра сообщила ему о появлении сына, и на следующий же день была доставлена огромная корзина цветов с приложенной телеграммой: «Добро пожаловать, Джованни Роберто Микеле Умберто». Джейн рассмеялась: какой длинный перечень имен у новорожденного!

Ребенка крестили по обряду Римской католической церкви. И правильно, судя по всему, сделали. Джейн написала Роберто, сообщив в письме день, когда состоится обряд, — однако он не ответил.

Она осталась с сыном по имени Роберто; также с ней осталась неутоленная страсть по самому Роберто.

Джейн, конечно же, задумывалась над тем, что она будет делать, как только родится ребенок, но не вполне понимала, что этому ребенку придется отдавать всю себя без остатка. Она решила, что начнет учиться на курсах секретарш со следующего семестра. Но раз за разом откладывала этот самый «следующий» семестр. Вот и следующий год приближался, а начинать учебу по-прежнему казалось еще рано. Роберто щедро обеспечивал ее, и потому она с удовольствием занялась мальчиком.