Чтение онлайн

Трикс, вслушиваясь в свои мысли, с ужасом понял, что заклинание было настолько сильным, что до сих пор слегка сидит у него в голове. Раньше о таком ему доводилось только слышать.

Васаб, чей верблюд поравнялся с верблюдом Трикса, махал руками и что-то вопил. Слов Трикс не разобрал, но жесты были выразительны и он посмотрел вперед.

Пустыня исчезала. Вместо нее теперь тянулись земли хоть и засушливые, но изрезанные арыками и покрытые злаками, на полях мелькали человеческие фигурки и строения. Они приближались к Дахриану!

– Постойте, верблюды! – завопил Трикс. – Умерьте свой бег, перейдите на шаг! Одумайтесь – куда вы бежите? Стоит ли мчаться, не разбирая дороги, пугая встречных – без цели, без разума, одного только движения ради! Есть время мчаться, но есть время и выбрать дорогу!

– Ай, останови их, смарагд моего сердца! – донесся до Трикса горестный голос Васаба. – Останови... останови... о, величайший из волшебников, зачем только ты снизошел до моей просьбы... А?

Верблюды стояли посреди поля. Вдали, закрывая головы руками, лежали, стараясь вжаться в землю, крестьяне. За верблюдами тянулась глубокая, в половину человеческого роста глубиной, борозда, похоже – уходящая за горизонт. Впрочем точно сказать было нельзя, поскольку горизонт скрывало облако пыли. Сама борозда слегка дымилась.

– Меня посадят в тюрьму, – горестно сказал Васаб.

– Почему? – изумился Трикс.

– Мы потоптали посевы. Наш мудрый Великий Визирь не любит, когда кто-то обижает землепашцев. О... мне конец.

К ним уже направлялись местные жители. Группу сжимавший кетмени крестьян, чьи лица не выражали ничего хорошего, возглавлял богато одетый человек в чалме и расшитом золотом халате. И что самое неприятное – вслед за ними спешил десяток воинов, вооруженных кривыми саблями и облаченных в знаменитые самаршанские доспехи.

– Это большой человек... – простонал Васаб. – Это как минимум второй помощник смотрителя за северными полями. Его власти хватит, чтобы нас закопали по пояс прямо на этом месте!

– Ну, по пояс – это еще не очень страшно, – попытался утешить его Трикс.

– Ты думаешь? – изумился Васаб. – Все дело в том, какой половиной ты при этом находишься в земле!

Трикс сглотнул появившийся в горле комок.

– О презренный купец с жалкими слугами и подозрительным безусым чужеземцем! – рявкнул приблизившийся человек в раззолоченном халате. – Что ты натворил, каким отвратительным колдовством и зачем? Я, Сад ар Тамак, первый помощник смотрителя северных полей, именем Великого Визиря Аблухая требую дать ответ!

– Первый помощник... закопают по колено... – едва слышно пробормотал Васаб. От страха он явно не знал, что и ответить.

В этот момент Трикс услышал доносящееся снизу журчание. Конечно, в данной ситуации оно могло быть вызвано разными, в том числе и очень постыдными причинами, но опустив глаза он увидел, как в проложенную верблюдами борозду натекает вода из разрушенных арыков. Меланхоличные верблюды, которых никто закапывать в землю не собирался, опустили головы и принялись пить.

– О, Сад ар Тамак, мудрый первый помощник смотрителя северных полей Великого Визиря Аблухая, да будут его сады плодоносны, слуги учтивы, а верблюды быстроходны! – воскликнул Трикс. Он уже оценил преимущество самаршанской учтивости, дававшей время собраться с мыслями. Сад ар Тамак подозрительно уставился на него. – Я – Трикс Солье, великий маг, подданный могучего короля Маркеля Веселого, прибывший к вам с делом величайшей важности!

К сожалению, полного эффекта его слова не возымели.

– Значит, тебя вкапывать в землю нельзя, – сказал Сад ар Тамак. Васаб при этих словах побелел.

– О, мудрый Сад ар Тамак! – продолжил Трикс. – Выслушай меня, прежде чем принять решение!

– А я чем занимаюсь? – очень невежливо ответил самаршанец. Крестьяне тем временем взялись за кетмени и принялись рыть в стороне четыре узкие глубокие ямы.

– Жаркое дыхание пустыни сушит эти... э... щедрые поля, – сказал Трикс. – Потому я решил начать свое появление в Дахриане с щедрого дара простым труженикам!

– Какого дара? – остолбенел самаршанец. – С потоптанных посевов?

– С прекрасного, глубокого и широкого канала, который проходит через твои поля и уходит в пустыню. Труд тысяч и тысяч людей понадобился бы на то, чтобы вырыть такой канал! Сейчас его заполнит вода – и поля твои увеличатся!

Сад ар Тамак задумчиво осмотрел борозду. Подтянув халат спрыгнул в нее, прошелся, потрогал стенки. Удивленно сказал:

– Неслыханное чудо. Песок сплавился в твердую корку... такой канал просуществует десятки лет.

– Это мой дар самаршанским декханам! – сказал Трикс.

Крестьяне, сообразив, что концепция изменилась, перестали рыть яму и тоже принялись осматривать борозду.

– Чего ты хочешь за свой дар, северный волшебник? – спросил, поразмыслив, Сад ар Тамак.

– Это же дар! – растерялся Трикс.

– Конечно! Никто и не предлагает тебе за него плату. Но если я не сделаю ответный подарок – я выкажу неучтивость.

– Проси золото... – повернув к Триксу голову прошептал Васаб. К нему медленно возвращался прежний бронзовый цвет лица, из-за чего он сейчас был коричневым с белыми пятнами. Бороду, кстати, тоже слегка тронуло сединой.

Из-под мантии раздался тихий, придушенный голос феи:

– Проси полезных знакомств. На Востоке это самое важное!

– О, мудрый Сад ар Тамак! – Трикс поклонился, хотя сидя на верблюде все равно оставался куда выше первого помощника смотрителя северных полей. – Есть ли на свете радость, большая, чем радость человеческого общения? Не мог бы ты познакомить меня с какими-нибудь уважаемыми людьми по твоему выбору?

– Твои слова мудры, – ничуть не удивившись, кивнул Сад ар Тамак. – Я подумаю, с кем тебе лучше свести знакомства. Где ты остановишься в Дахриане?

– У моего уважаемого друга, купца Васаба Куркума.

Сад ар Тамак с сомнением поглядел на приосанившегося купца.

– Хорошо... молодой маг Трикс Солье. Я нанесу вам визит этим вечером.

Дахриан был первым самаршанским городом, который увидел Трикс. Конечно, в королевстве были города, когда-то принадлежавшие Самаршану, но как правило правящие в них бароны в приступе верноподданнического патриотизма первым делом сносили все восточные постройки. Если барон по происхождению был самаршанцем, то он делал это с особым усердием.