Чтение онлайн

Потом дверь начала трястись так, словно по ней кто-то изнутри изо всех сил колотил ногами.

— Шурка! Прекрати! Немедленно прекрати!

Шум немного затих. Дверь открылась. И на пороге появилась женщина лет тридцати. Инне сразу же стало ясно, что она промахнулась. Эта женщина даже рядом с красавицей Этной не стояла. Она была самой обычной. В меру упитанной, в меру симпатичной, но и только.

— Вы ко мне? — удивленно спросила женщина у Инны, не торопясь приглашать ее в дом.

— Понимаете, я ищу Этну, — объяснила свое появление Инна. — Наверное, мне надо было туда пройти?

И она показала на вторую половину дома.

— Почему же? — пожала плечами женщина, проследив глазами за движением руки Инны. — Этна тут хозяйка. А там баба Оля. Этны там нет. Заходите.

— Тетя Этна к нам приезжала, — сообщила Шурка Инне.

— Давно?

Девочка замялась. Судя по всему, она была еще слишком мала, чтобы оперировать понятиями времени.

— У меня день рождения был, — наконец сказала она. — Она мне собаку подарила.

— А когда ты родилась?

— Я — майская девочка!

Итак, вопрос с посещением Этны этого дома был решен.

— А больше тетя Этна к вам не приезжала?

Девочка помотала головой, глядя на Инну большими возбужденно блестящими глазами. У Инны в сумке нашлась шоколадка. И девочка радостно принялась ее потрошить, шелестя фольгой.

— Хочешь кусочек? — предложила она матери, которая внесла в этот момент в комнату закипевший чайник. — Меня тетя угостила. Как тебя зовут?

Инна представилась. Мать маленькой Шурки звали Тамарой. И она поглядывала на Инну с каким-то настороженным выражением.

— Вы простите, но зачем вас Этна к нам прислала? Она хочет, чтобы мы съехали из ее дома?

Ага, значит, это никакие не родственники, а просто жильцы! Но почему Тамара смотрит на нее с таким страхом? И Шурка жевать шоколад перестала.

— Видите ли, — начала Инна, желая признаться, что понятия не имеет о планах Этны на их счет, но Тамара ее перебила.

— Я понимаю! — воскликнула она. — Мы и так слишком долго сидели на шее у Этны! Но мы так привыкли жить тут! Обустроились наконец. И я сейчас начала неплохо зарабатывать. Мы могли бы платить! Я ей и раньше предлагала. Зачем ей искать еще кого-то в жильцы?

— Постойте, — перебила ее Инна. — Вы что хотите сказать, что живете в этом доме бесплатно?

— Ну да! А разве Этна вам не сказала?

Инна молча покачала головой.

— Понимаете, я ведь Этну совсем не знаю.

— Как?

Инна вздохнула.

— Этна стала свидетельницей убийства, — произнесла она. — И нам надо с ней поговорить.

— Вот оно что! Но тут ее нет. Последний раз она приезжала на Шуркин день рождения. Еще в мае. А так ей некогда. У нее же работа. Она и по субботам работает. А иной раз и в воскресенье. А если какое воскресенье и выдастся свободным, то к нему накапливается такое количество дел по хозяйству, что она тоже редко может выбраться из дома.

Инна задумалась. Уже третий человек отзывается об Этне как о трудоголике. Судя по всему, личной жизни у девушки почти не было. Зато занята работой она была по самое горло.

— А вы давно ее знаете?

— Мы познакомились, когда Шурке исполнилось пять дней, — сказала Тамара.

— Всего? Наверное, это в родильном доме происходило?

— Не совсем, — усмехнулась Тамара.

И посмотрев на дочку, сказала:

— Шурка, у тебя там мультики начинаются.

Девочка тут же попалась на эту нехитрую уловку. Она умчалась в соседнюю комнату с воплем:

— Ура! Мультики!

Тамара отправилась следом за ней, настроила программу и вернулась назад.

— Хотите расскажу, как это было? Как мы познакомились с Этной?

И, не дожидаясь реакции Инны, она начала говорить.

— Мужа у меня никогда не было. Жила с мужчиной, он обещал на мне жениться после рождения ребенка. Но когда я вернулась из роддома, то выяснилось, что он передумал. И дома уже живет его новая пассия.

Тамаре места там не оказалось. Сама она приезжая, работала продавщицей в ларьке. Но в связи с беременностью и родами место потеряла. А когда осталась еще и без дома, то просто впала в ступор.

— Представляешь, на улице с грудным дитем, без денег, без еды, да еще и погода была холодная.

Май в том году выдался удивительно прохладный. Или так казалось Тамаре, бесцельно блуждающей по огромному городу, которому не было до нее никакого дела. Навстречу женщине с младенцем шли толпы людей. Но ни один из них не обратил на нее внимания. А сил у Тамары было не так много. Тяжелые роды истощили ее организм. С каждым шагом завернутый в байковое одеяло ребенок становился все тяжелей. И наконец Тамара почувствовала, что не в силах сделать больше ни одного шага.

В глазах потемнело. И чтобы не упасть и не уронить ребенка, женщина была вынуждена сесть на грязный асфальт.

— Эй! — услышала она через мгновение. — Чего расселась? Ребенка простудишь!

Тамара подняла голову и увидела над собой лицо ангела. Во всяком случае так ей показалось. Белые волосы струились вдоль лица, красивого какой-то неземной, чудесной красотой. А темные глаза изучающе смотрели, казалось, прямо в душу.

— Ты же не нищенка! — сказал «ангел» высоким женским голосом. — Одежда у тебя чистая. И сама ты домашняя. Чего расселась-то? Плохо тебе?

— Плохо! — кивнула головой Тамара и неожиданно для себя зарыдала.

Мешая слова со слезами, она рассказала проявившей к ней участие девушке всю свою историю.

— Банально! — заявила девушка, выслушав рассказ до конца. — И нечего тут реветь по пустякам. По пальцам можно пересчитать мужчин, которые бы поступили иначе. Сама виновата, что словам поверила. Надо было сначала замуж выходить, а потом уж ребенка ему дарить.

И видя, что Тамара готова снова разрыдаться, поспешно добавила: