Чтение онлайн

– Но ведь вы... вы не собираетесь причинить ему вред?

– Я?! Вы не за того меня принимаете, мисс Патриция Чалмерс. Я пацифист, один из величайших пацифистов мира. Я пальцем не трону нашего шерифа. Я только хочу сказать, что у него теперь много дел по другую сторону моста. Он еще этого не знает, но это так.

– О!

– Итак, Полли?

– Да?

– К сожалению, вашего чека недостаточно для платы за азку.

– Нет?

– Нет.
– Мистер Гонт держал в руках простой белый конверт. Полли понятия не имела, каким образом и откуда он появился, но все ей, тем не менее, казалось вполне естественным.
– Для того, чтобы полностью расплатиться за амулет, вы должны мне помочь разыграть одного человека.

– Алана?
– Она вдруг так встревожилась, как тревожатся кролики, почуяв запах гари в сухой и жаркий полдень в лесу.
– Вы имеете в виду Алана?

– Конечно, нет. Просить вас разыграть человека, хорошо вам знакомого и, по вашему разумению, любимого, было бы неэтично, дорогая моя.

– Правда?

– Конечно... хотя мне кажется, вам следовало бы поразмыслить над вашим истинным отношением к шерифу. И поразмыслив, вы убедитесь, что все сводится к простому выбору: пережить небольшую боль теперь, для того чтобы избавить себя от истинных страданий в будущем. Иными словами - кто быстро женится, тот долго кается.

– Я вас не понимаю.

– Знаю. Поймете, когда просмотрите свою сегодняшнюю почту. Видите ли, я далеко не единственный, кого волнует его длинный любопытный нос. Но давайте вернемся к розыгрышу, о котором я вам говорил. Предмет его - человек, которого я только что нанял себе в помощники. Его зовут Мерилл.

– Туз Мерилл?

Улыбка мистера Гонта исчезла.

– Не перебивайте меня, Полли. Не перебивайте меня, когда я говорю. Если конечно не хотите, чтобы ваши руки взорвались болью, как взрываются канализационные трубы, наполненные отравленным газом.

Полли отпрянула, распахнув в ужасе полусонные глаза.

– Я... Простите.

– Хорошо. Ваши извинения приняты... на этот раз. А теперь слушайте. И слушайте внимательно.

9

Фрэнк Джуэтт и Брион Мак-Гинли, учитель географии и тренер по баскетболу средней школы Касл Рок, вошли в учительскую вслед за Элис Тэннер. Фрэнк рассказывал Бриону анекдот, услышанный сегодня с утра от торговца учебными пособиями, и сам хохотал от души. Анекдот повествовал о враче, который затруднялся поставить диагноз пациентке. Все сводилось к двум предположениям - СПИД или болезнь Альтцгаймера -дальше этого у него не шло.

– Так вот, муж пациентки отводит доктора в сторону, - рассказывал Фрэнк, входя в учительскую. Элис склонилась над своим столом, перебирая бумаги, и он понизил голос. Элис могла вспылить, когда дело касалось сальностей.

– Ну, дальше?
– Брион уже тоже улыбался.

– А дальше муж и говорит: "Господи, доктор, неужели это все, что вы можете сделать? Разве нет способа выяснить, какой из двух болезней она действительно страдает?".

Элис взяла со стола два розовых бланка и направилась с ними в смежную комнату. Но открыв дверь, остановилась, как вкопанная, как будто наткнувшись на невидимую стену. Мужчины, занятые своими любимыми разговорами, ничего не заметили.

"Конечно, есть способ, - говорит доктор.
– Заведите ее в чащу леса и оставьте там одну. Если она найдет дорогу домой и вернется - не трахайте ее".

Брион Мак-Гинли тупо смотрел на своего шефа несколько секунд, а затем разразился громовым хохотом. Директор Джуэтт с удовольствием вторил ему. Они так веселились, что не услышали, когда Элис впервые позвала Фрэнка. Но второй оклик был услышан сразу - это был уже не крик, а истерический визг. Фрэнк подбежал к ней.

– Элис! В чем...

Но тут он увидел, в чем дело, и душу его сковал ледяной ужас. Слова застыли на губах. Он даже почувствовал, как подтянулись и сморщились яички, как будто хотели вернуться туда, откуда появились. Журналы.

Сохранявшиеся в глубокой тайне журналы из нижнего ящика. Они были разбросаны по всей комнате, словно конфетти в страшном сне: мальчики в школьной форме и без нее, мальчики на сеновале, мальчики в соломенных шляпах, мальчики верхом на пони.

– Бог мой, что это?
– послышался слева от Фрэнка голос, в котором прозвучал ужас, смешанный с восхищением. Он повернул голову и увидел Бриона Мак-Гинли - рот раскрыт, глаза округлились, чуть не вываливались из орбит.

"Это безобразная выходка, - хотел сказать Фрэнк.
– Идиотская выходка, вот и все. Эти журналы не мои. Только взгляни на меня и поймешь, что ко мне это не может иметь никакого отношения. К человеку моего... моего...". Моего чего?

Он не знал, чего именно, да теперь это и не имело значения, так как Фрэнк все равно потерял дар речи. Полностью.

Три человека стояли у входа в кабинет директора средней школы Касл Рок и молчали. Журнал, лежавший на краю кресла для посетителей, шевелил страницами в ответ на потоки знойного воздуха, влетавшего в раскрытое окно. Покачавшись некоторое время, он упал на пол и предоставил желающим возможность прочитать название: "Сладкие мальчики".

"Провокация! Да, так и скажу им - это провокация. Но поверят ли? Предположим, подстроили взлом ящика. Поверят?".

– Миссис Тэннер?
– послышался девичий голосок у них за спиной.

Как по команде все трое - Джуэтт, Тэннер и Мак-Гинли - испуганно оглянулись. Две девочки в форме восьмиклассниц - красный низ, белый верх - стояли в дверях. Элис Тэннер и Брион Мак-Гинли тут же встали плечом к плечу, чтобы загородить кабинет директора (сам Фрэнк Джуэтт, казалось, окаменел и не сдвинулся с места), но было уже поздно. Глаза восьмиклассниц широко распахнулись. Одна из них - Дарлин Викери зажала ладонями свой пухлый розовый ротик и в ужасе смотрела на Фрэнка.

"Вот так, - думал он, - завтра днем все ученики будут в курсе, а к вечеру - весь город".

– Идите, девочки, - сказала миссис Тэннер.
– Кто-то мерзко подшутил над мистером Джуэттом, отвратительно, подло, и вы не должны об этом никому рассказывать. Ни слова. Поняли?

– Да, миссис Тэннер, - послушно произнесла Эрин Мак-Авой; но совершенно очевидно, что не пройдет и трех минут, как она будет докладывать своей лучшей подруге Донне Бьюли, что кабинет мистера Джуэтта украшен фотографиями мальчиков, на которых кроме тяжелых металлических браслетов нет ничего.