Чтение онлайн

Если позовут биться, я сделаю это без колебаний. Но магия? Ребята моего круга считали это позорным, но у меня была редкая способность, которая могла быть полезной для Британии. Я был труслив, раз отказывался использовать свои способности, потому что меня кто-то будет презирать?

Или я использую патриотизм как оправдание для использования магии? Было невероятно оказаться среди магов, которые гордятся своим делом. Я завидовал этой гордости. Но если я приму магию, я потеряю Кемпертон и разобью сердца родителей.

Если ученики находят Лабиринт и отказываются присоединяться к Нерегулярам, их заставляют чарами забыть об этом и отправляют в постели. Я подумал и поклялся стать Нерегуляром, но уточнил, что потом могу отказаться от магии, но если меня позовут биться до этого — если вторгнется Наполеон — я исполню клятву.

Были проблемы, но я еще жил.

5 декабря 1801, аббатство Лэкленд

Магия бывает поразительных видов! Чем больше тренируешься, тем сильнее становится магия. Мы учим друг друга, после уроков пьем чай с печеньем из деревни и отдыхаем вместе. У меня еще не было таких товарищей.

Девочки тут наравне с мальчиками. Сначала это меня испугало, ведь так нигде не делали, но теперь я даже поддерживаю это. У многих равные силы.

Элспет — самый сильный целитель среди Нерегуляров. Я держусь в стороне от девушек, хотя многие приятны. Я не хочу соблазниться.

К счастью, это не было проблемой.

На следующей неделе я отправлюсь в Кемпертон на Рождество. Многое во мне изменилось с тех пор, как я попал в Лэкленд. Я уже не боялся своей раскрытой магии.

Теперь я не знал, стоит ли отказываться от нее.

15 января 1802, аббатство Лэкленд

Не хотелось возвращаться в аббатство, но Нерегулярам я рад. Прошлой ночью новая ученица нашла Лабиринт. Леди Синтия Стэнтон невероятна. Высокая, светловолосая, почти слишком идеальна для реальности. Если бы она не была магом, все джентльмены Лондона были бы у ее ног. Но у нее были магия, которая лишила ее всего этого.

Может, потому она злилась. Она как оса, которая хочет кого-нибудь ужалить. Хоть у нее много сил, я был даже рад, когда она отказалась быть с Нерегулярами. Наставники заставили ее забыть все чарами, чтобы она не пришла сюда снова.

9 апреля 1802, аббатство Лэкленд

Я устал от повторяющегося кошмара, хоть он пугает меньше, ведь я принял послание. Судьба у каждого своя.

7 мая 1802, аббатство Лэкленд

Я чуть не выскочил из кожи, когда вернулся в свою комнату поздно ночью после занятий в Лабиринте. Халливелл заговорил во тьме, спросил, не хожу ли я к девушке. Я был с камнем беззвучия, что защищал на пути в Лабиринт и обратно. Но он не скрывал меня от соседа по комнате. Я доверяю ему, так что честно и вкратце все объяснил.

Он сказал, что слышал сплетни, но не хотел искать туннели, ведь его магии было не так много, чтобы портить свою жизнь. Он не выдаст меня учителям. Они и не могли со мной ничего толком сделать, даже если узнают о моих поступках, ведь я уже был изгнан.

4 октября 1803, аббатство Лэкленд

Чем больше я использую магию, тем сложнее представить себя «исцеленным». Эта сила — часть меня, как кровь и кости. Хорошо, что мне еще не пришлось выбирать. Но этот день настанет.

13 октября 1803, аббатство Лэкленд

Этой ночью в Лабиринт пришла еще одна новая ученица. Я посмотрел в ту сторону, и она приковала мое внимание сразу же. Когда я поинтересовался, Элспет рассказала, что это леди Виктория Мансфилд. Она — дочь графа Фейрмаунта и младшая сестра лорда Смитсона, ученика, чей шестеркой я был на первом году в Итоне.

Они были не похожи друг на друга. Смитсон — высокий и светловолосый, а она — хрупкая, изящная, как фейри. Ее волосы блестели, были темными, и ее энергия и присутствие выделяли ее в толпе необычных магов. Хоть я знал, что веду себя глупо, я представился, упоминая, что я знал ее брата в Итоне.

Она посмотрела на меня синими глазами. Как только наши взгляды пересеклись, я ощутил связь. Она…

Я не мог описать, какие чувства она вызывала во мне.

Я ОБРЕЧЕН!