Чтение онлайн

– Разве известно, что Ближняя звезда пройдет достаточно близко, чтобы вызвать катастрофические последствия? Я этого не слышала. Насколько я знаю, большинство астрономов полагают, что она пройдет на таком большом удалении, что ее влияние будет ничтожно малым. Ты слышал другое мнение?

– Нет, не слышал, – Крайл пожал плечами, – но мне кажется, предполагаемая опасность питает ненависть Танаямы. Если считать, что опасность существует, то закономерен следующий вывод: нам необходимы полеты со сверхсветовой скоростью для поисков пригодных для обитания планет. А если такая планета найдется, то в самой худшей ситуации мы смогли бы переселить туда максимально возможное число людей. Признай, что это разумный план.

– Я согласна, разумный. Но такой план не обязательно должен строиться на гипотезе о предстоящем уничтожении Земли. Мне кажется, человеку всегда были свойственны попытки расширить свое жизненное пространство. Мы уже построили множество поселений, и наше путешествие к звездам будет следующим разумным шагом. А для этого нужно научиться летать быстрее света.

– Ты права, но для Танаямы все это далекая перспектива. Я уверен, что колонизацию Галактики он считает делом последующих поколений. Перед собой он поставил более конкретную задачу – найти Ротор и наказать роториан за то, что они покинули Солнечную систему, наплевав на все оставшееся человечество. Он хочет решить эту задачу при жизни; вот поэтому он постоянно торопит тебя.

– Он может торопить, сколько ему вздумается, ему это не поможет. Он уже одной ногой в могиле.

– Как сказать. Современная медицина способна творить чудеса, а для Танаямы, я уверен, врачи сделают все возможное.

– Даже современная медицина не всесильна. Я консультировалась у врачей.

– И они ответили? Мне кажется, состояние здоровья Танаямы – это государственная тайна.

– Но не для меня в моем положении. Я пошла к медикам, которые обслуживали старика здесь, и сказала им, что я тороплюсь построить настоящий космический корабль, способный доставить человека к звездам, и что я хотела бы закончить эту работу при жизни Танаямы. Я спросила, сколько у меня времени.

– И что они ответили?

– Год. В лучшем случае один год. Они рекомендовали мне поторопиться.

– Можно ли построить корабль за год?

– За год? Что ты, Крайл, конечно, нет. И я рада этому. Я рада, что этот противный старикашка не увидит корабля. Что ты морщишься, Крайл? Тебе не нравится, как я говорю? Слишком жестоко?

– Тесса, ты кое-что забыла. Каким бы противным этот старикашка ни был, именно он создал все это. Только благодаря ему был построен Гипер-сити.

– Да, но он делал это для себя, а не для меня. И не для Земли или человечества. К тому же мне простительно что-то и забыть. Я уверена, что директор Танаяма ни разу не пожалел того, кого он считает своим врагом, а начав душить врага – ни разу не ослабил свою хватку. И мне кажется, что он не ждет жалости или прощения от других. Скорее он возненавидит любого, кто осмелится обмолвиться об этом, как размазню.

Крайл оставался мрачным.

– Тесса, так когда же будет построен корабль?

– Этого не знает никто. Может быть, никогда. Если даже все пройдет достаточно гладко, я не думаю, что можно будет закончить работы раньше, чем через пять лет.

– Но почему? Ведь вы во много раз превысили скорость света!

– Крайл, не будь наивным. Пока мы провели только успешный лабораторный эксперимент. Сейчас мы можем придать сверхсветовую скорость лишь маленькому шарику – мячику для пинг-понга, как сказал Танаяма, в котором девяносто процентов массы приходится на крохотный гиператомный двигатель. Космический корабль с людьми на борту – совсем другое дело. Мы должны быть уверены во всех его узлах и деталях, а для этого пять лет – вовсе не много. Скажу больше: если бы не самые современные компьютеры и методы моделирования, то и пять лет были бы нереальной мечтой. А может быть, и все пятьдесят.

Крайл только покачал головой и промолчал. Тесса внимательно наблюдала за ним, потом немного раздраженно спросила:

– А почему это тебя так интересует? Ты тоже очень спешишь?

Крайл попытался успокоить Тессу:

– Я уверен, ты делаешь все возможное, но ты права: я жду практического полета через гиперпространство с очень большим нетерпением.

– С большим, чем другие?

– Да.

– Почему?

– Я хотел бы сам полететь к Ближней звезде.

– Зачем? – Тесса пристально посмотрела на Крайла. – Ты мечтаешь о воссоединении с оставленной на Роторе семьей?

Крайл никогда не обсуждал с Тессой свои отношения с Юджинией; он не собирался попадаться на эту удочку и сейчас.

– У меня на Роторе осталась дочь. Мне кажется, ты должна понять меня. У тебя тоже есть сын.

Действительно, сыну Тессы было двадцать с небольшим. Он учился в университете на Аделии и изредка писал матери. Тесса смягчилась.

– Крайл, – сказала она, – не надо питать беспочвенные иллюзии. Я уверена, они знали о Ближней звезде и направились к ней. Этот полет с простым гиперсодействием должен был продлиться больше двух лет. Никто не может гарантировать, что Ротор выдержал такое путешествие. И даже если это так, шансов найти подходящую планету возле красного карлика практически нет. Предположим, Ротор долетел до этой звезды; потом они могли продолжить поиски пригодной планеты. Где они ищут ее сейчас? И как мы сможем их найти?

– Я думаю, они знали, что возле Ближней звезды не может быть пригодной для человека планеты. Не могли ли они заранее готовиться к тому, что такой планетой станет Ротор, если он займет околозвездную орбиту?

– Даже если роториане благополучно пережили полет и даже если Ротор обосновался на околозвездной орбите, роториане обречены на вымирание. Не может быть и речи о сколько-нибудь продолжительном существовании изолированного от всего человечества поселения в любой форме, которую можно было бы назвать цивилизацией. Крайл, ты должен быть готов к худшему. Предположим, мы все же организуем экспедицию к Ближней звезде. Скорее всего мы не найдем там никаких следов, а в лучшем случае обнаружим пустую оболочку того, что было когда-то поселением Ротор.

– Пусть будет так. Но все-таки должна быть какая-то вероятность, что они выжили.

– И что ты найдешь там своего ребенка? Крайл, дорогой, как можно на это надеяться? Наконец, даже если Ротор остался цел и твоя дочь жива, не забывай, что в двадцать втором году, когда ты оставил ее, ей был всего лишь год. Сейчас ей десять лет; даже если все пройдет идеально гладко и мы отправимся к Ближней звезде через пять лет, ей будет уже пятнадцать. Она не узнает тебя, а ты не узнаешь ее.

– Неважно, десять, пятнадцать или пятьдесят лет. Если я увижу Марлену, я сразу узнаю ее, – ответил Крайл.

Остаться на Эритро?

Глава 40

Марлена нерешительно улыбнулась Зиверу Генарру. Она уже привыкла входить в его кабинет в любое время.

– Дядя Зивер, вы заняты? Я помешала вам?

– Нет, дорогая, я редко бываю перегружен делами. В сущности моя работа была придумана Питтом специально для того, чтобы отделаться от меня. Меня она тоже устраивает, потому что позволяет не видеть Питта. В этом я признаюсь не каждому, но тебе я вынужден сказать правду, потому что ты всегда замечаешь ложь.