Чтение онлайн

Сердце ее бешено колотилось и, казалось, готово было выпрыгнуть из груди. Девочка в отчаянии оглядела набитый всяческим барахлом сарай, стараясь найти себе подходящее убежище. Но она понимала, что в сарае ей не отыскать такого укромного уголка, где убийца, который рано или поздно ворвется внутрь, не сможет ее заметить. А он в это время яростно колотил по двери, и ржавые болты, на которых держались скобы засова, уже начали поддаваться и вот-вот должны были вывалиться из трухлявого дерева.

Джейни беспомощно посмотрела на лампочку, и тут взгляд ее упал на заброшенный сеновал в дальнем углу. Подхватив с пола какую-то железяку, она бросилась к ведущей на него лестнице, по дороге подпрыгнула и ударила железякой по лампочке. Стекло разбилось, и в сарае стало темно.

Прижавшись к пыльной стене в глубине сеновала, Джейни сразу же вспомнила свою убитую мать и бабушку, которая осталась сейчас в доме совсем одна. А еще она вспомнила страшную татуировку на руке незнакомца в виде большой зеленой змеи. Да, бабушка была права, когда говорила про змей, которые придут, чтобы погубить.

Звуки ударов не прекращались. Выглянув из своего укрытия, Джейни увидела, что щель в двери постоянно растет. Она испуганно отпрянула назад. Ей захотелось зарыться в старое сено и раствориться в нем, чтобы убийца никогда ее не нашел. Все это походило на страшный сон — уже если за тобой кто-то гонится, то ничто не спасет тебя от ужасного чудовища, кроме, разве что, пробуждения. Но от этого кошмара нельзя было пробудиться, потому что сейчас все происходило на самом деле.

Единственным оружием девочки оставалась старая железка. Если убийца войдет сюда и полезет к ней на сеновал, то она, конечно, ударит его этой железкой по голове. «Только вряд ли его так остановишь», — подумала Джейни, вспомнив про то, с какой легкостью он справился с кухонным ножом.

Неожиданно раздался громкий треск, дверь распахнулась и сарай залили яркие лучи заходящего солнца, осветившие все внутри, включая ее убежище. Джейни выронила свою железку. Но тут в соломе она заметила другой блестящий предмет. Схватив его, девочка, затаив дыхание, стала прислушиваться к приближающимся шагам преследователя.

— Фашисты, — бормотал незнакомец. — Свиньи… Эксплуататоры…

Когда он остановился посреди сарая и замолчал, стало слышно, как капает кровь из его свежих ран. Этот звук, видимо, разозлил его, и мужчина начал яростно пинать ногами все, что попадалось ему на пути. Когда эта вспышка гнева немного угасла, дыхание его стало прерывистым и свистящим. Потом он довольно хрюкнул, словно зверь, который наконец-то выследил свою добычу.

— Фашистские свиньи… — снова невнятно пробормотал он, карабкаясь на сеновал. И вот уже окровавленная рука схватилась за верхнюю ступеньку лестницы, за ней показалась сплошь израненная голова и убийца начал своими безумными глазами обшаривать скомканную солому.

Но тут в воздухе сверкнули найденные девочкой вилы и три острых зубца глубоко вошли в его шею. Мужчина закричал и упал с лестницы на пол сарая, судорожно сжимая руками черенок вил. Несколько секунд он безуспешно пытался выдернуть их из своего горла. Алая кровь из пробитой артерии тремя фонтанами хлынула во все стороны, а Джейни проворно спустилась вниз и, проскочив мимо него, бросилась к выходу. Постепенно пульсирующие струи крови стали ослабевать, и мужчина замер, подтянув ноги к животу, в густеющей луже потемневшей липкой жидкости.

Джейни со всех ног неслась к дому, громко крича:

— Бабушка! Бабушка!

И в этот момент автоматная очередь прошила деревянную стену чуть выше окон первого этажа. Во все стороны полетели щепки. Джейни остановилась на половине пути. Несколько пуль попали в землю совсем рядом с ней, оставив за собой глубокие борозды. Девочка круто развернулась и побежала в противоположную сторону. Она слышала, как хлопают в доме ставни и звенит бьющееся стекло. И вдруг раздался оглушительный взрыв — Джейни закрыла голову руками, чтобы обломки дерева не попали ей в лицо, и ничком повалилась на траву.

«Гранаты», — догадалась девочка. Она часто видела по телевизору, как солдаты взрывают гранаты. Но почему? Что случилось? Лежа на земле, она испуганно смотрела на дом. Бабушка, конечно, уже умерла после такого взрыва. И тут Джейни увидела ее — в густом облаке дыма на пороге появилась старуха, которая не вставала с постели вот уже шесть лет. Вместо левой руки у нее виднелась окровавленная культя.

— Змеи! Змеи! — пронзительно закричала Мэри Монохэн. Ее изорванный в клочья длинный белый пеньюар развевался на ветру и, стоя в дверном проеме, она вытянула вперед указательный палец, отчего стала похожа на небесного пророка, спустившегося на Землю.

Джейни увидела, что бабушка пристально смотрит на трех солдат, которые только что разрушили гранатами ее дом. На руках у них виднелись повязки с изображением зеленых змей. Глаза солдат были такими же пустыми, как и у того незнакомца, который убил маму и Блэки.

— Змеи! — снова выкрикнула бабушка и шагнула вперед, угодив ногой в дыру, зияющую на месте крыльца. Кровь так и хлестала из обрубка руки. Она упала и издала громкий жалобный стон, тщетно пытаясь выкарабкаться из-под обломков. Еще несколько раз бабушка выкрикнула что-то про змей, а потом исчезла в пыли и дыму, и больше уже не появилась.

Джейни пронзительно закричала. Трое солдат удивленно повернули головы в ее сторону, а потом начали целиться. Девочка бросилась бежать. Она была уверена, что теперь ей живой не уйти, но пули почему-то свистели рядом, и ни одна не задела ее — видимо, эти люди были слишком медлительны или что-то еще не позволяло им держать на мушке подвижную цель.

Не веря своему счастью, Джейни добежала до леса и нырнула в кусты. Потом споткнулась о корень дерева, упала, снова поднялась и, увидев неподалеку большой пень, спряталась за ним.

Долго еще до нее доносились беспорядочные выстрелы со двора. Она низко пригнулась, почти вжавшись в землю, готовая в любую секунду распрощаться с жизнью. А солдаты все стреляли и стреляли, и даже когда магазины их автоматов опустели, они продолжали с громким щелканьем машинально нажимать на спусковые крючки.

Джим Спенсер знал, что Боинг-747 находится уже на земле. Он следил за экраном радара на командно-диспетчерском пункте аэродрома в Шарлотсвилле. В 6.15, когда самолет был примерно в ста милях от аэродрома, он начал набирать высоту — все шло по плану. Спенсер почувствовал прилив возбуждения, считая, что Ларри Уорнер и Дэйв Райс смогут довести его план до конца. Но затем что-то произошло. Боинг начал резко снижаться и круто изменил курс. На запросы земли борт не отвечал. А затем светящееся пятнышко и вовсе исчезло с экрана радара. Самолет сел или разбился где-то в горах Шенандоа, к северо-западу от Шарлотсвилла. Но Спенсер не знал точно, где и почему. Логически это можно было объяснить так: очевидно, Уорнер и Райс вызвали у Зеленой бригады подозрение, когда стали набирать высоту. Возможно, кто-то из террористов, обнаружив отсутствие кислорода в аварийной сети, запаниковал и открыл стрельбу. Но что бы там ни было, сейчас самолет уже на земле. И Спенсер должен был обязательно найти его. Если лайнер разбился, то в живых, очевидно, никого не осталось. Но все же не исключена возможность, что он совершил вынужденную посадку, и если это так, то террористы могут находиться сейчас на свободе в этой глухой и почти непроходимой местности. Но даже в том случае, если от самолета ничего не осталось, кроме обломков и изувеченных трупов, Спенсер должен был добраться до места происшествия раньше гражданских властей, с тем, чтобы те не дознались о его плане, который так неожиданно провалился. Часы уже показывали 7.28. Джим Спенсер и Сэм Бернарди — агент ФБР, пилотировавший самолет, на котором Спенсер и его ударная группа прибыли в Шарлотсвилл — сидели в предоставленном им кабинете на командно-диспетчерском пункте аэродрома. В скупо обставленной комнате, несмотря на работающий кондиционер, плавало плотное голубоватое облако табачного дыма.