Чтение онлайн

Дворец по форме похож на солнце, каким его рисуют на простых картинках. Центром дворца является Арена, куполообразное здание. От него отходят девять "лучей", вроде как флигелей. В каждом из них есть только длинный прямой коридор и множество комнатушек по бокам. Между "лучами" расположены внутренние дворики. Каждый флигель предназначен для того, чтобы на время Турнира селить в нем определенную категорию людей: светлых магов, темных магов, магов воды, земли, огня, воздуха, некромантов, людей с иными дарами или людей без дара. Все эти "лучи" рассчитаны на проживание ста человек. Простых людей, темных и светлых магов на ЕМТУН приезжает намного больше, чем положено, а тех же некромантов или людей с иным даром — по пальцам пересчитать, поэтому, когда места в соответствующих отсеках заканчиваются, начинают расселять как попало, в последнюю очередь заселяя посторонними почти пустующее крыло для некромантов.

Все коридоры, отходящие от Арены, соединены с другого конца Кольцом Единства. Это галерея с самыми крепкими и толстыми, прямо таки крепостными стенами. Если в какой-то год случается небывалый ажиотаж, кого-то могут поселить и туда, там есть несколько помещений, где можно жить, но холодина в них жуткая.

Выбравшись из шлюпки, все направились к деревянной квадратной беседке, стоявшей неподалеку от входа во Дворец. Новоприбывшим надлежало записываться. В беседке за столом сидела и скучала колоритная парочка: старая сгорбленная старуха, вся увешанная амулетами (сразу видно — ведьма) и верзила с двуручным мечом, подстриженный под горшок. Ведьма небрежно крутила в руках какую-то кривую палочку, верзила же сидел как вкопанный, придерживая рукой меч, лежащий у него на коленях.

— О! Добро пожаловать, — скрипучим голосом заговорила ведьма, когда все четверо столпились в беседке. — Кто будете? Имя, фамилия, маг, не маг, если маг то какой, участник или зритель. Все медленно, четко, по порядку, вдумчиво и в порядке живой очереди, — выпалила на одном дыхании старуха, не давая никому опомниться.

Гленвилл первым подошел к столу и начал диктовать. Ведьма открыла большую потрепанную книгу и тонкой веткой, даже не макая ее для вида в чернила (хотя чернильницы нигде и не было видно), начала записывать.

— Гленвилл Альтерс. Темный маг. Участник.

— Хех. Поздновато прибыли. Перед вами как раз все приличные места заняли. Заселяем некромантский коридор, — буднично проговорила ведьма.

— Э! Я бы поспорила насчет того, какие там места приличные, а какие нет! — возмутилась Велия.

Даже несмотря на то, что на время Турнира Дворец Силы был официально свободен от гонений, негативное мнение о некромантах, весьма распространенное у людей и магов всех мастей, никуда не девалось. Хотя, честно говоря, люди имели на это право. Особенно, учитывая, что в позапрошлом году на традиционной пирушке перед ЕМТУНом один пьяный некромант прикончил пятерых магов и одного человека из-за того, что ему не понравилось, как они на него посмотрели. Некромант этот теперь то ли мертв, то ли в тюрьме, а Велия с тех пор решила, что никогда не выпьет больше, чем бокал вина. На всякий случай. Но без некромантов турнир существовать не может, ведь по правилам в финале и полуфинале можно убивать, а умирать навсегда никто не хочет. Пробовали как-то провести турнир без убийств, но зрителям это не понравилось. Всем подавай кровь и смерть, ведь без этого не интересно.

— Да чего, это я так… Не серчай, — махнула рукой Ведьма. — В третью комнату селим темного мага.

— Значит, две комнаты уже заняты? — тщательно скрывая свой восторг, спросила Велия.

— Ну да. Следующий кто?

— Я, — вызвалась Альва. — Альвенария Зидро. Не маг. Зритель.

По той скоропалительности, с которой Альва назвала фамилию, даже дураку было понятно, что она ее придумала недавно.

— Комната четыре, — сказала ведьма, записывая данные.

Старуха вопросительно уставилась на Ренса и Велию. Некромантка пожала плечами и начала диктовать.

— Велия Зюффен-Шанцер. Некромантка. По возможности участник.

Альва, услышав названную Велией фамилию, округлила глаза. Ведьма хмыкнула.

— Сегодня в полночь закончим принимать магов. Проведете там жеребьевку… Все как обычно. Двое идут оживлять, остальные участвуют. Пятая комната. А вы что о себе расскажете, молодой человек? — обращаясь к Ренсу, спросила ведьма.

— Керренсвальд Готтербе. Не маг и, ясное дело, зритель.

В его голосе не угадывалось фальши, хотя из всей компании только Глен сказал свою настоящую фамилию. Альва и Велия соврали, потому что фамилий не имели, а что-то сказать надо, Ренс же из своих соображений врал даже об имени.

— Комната у вас, соответственно, шестая. Главное правило проведения турнира, и, в особенности, предтурнирной пирушки, помним? Можно зажигать, но не жечь. То бишь, веселимся в рамках разумного, не нанося вреда себе, окружающим и всему остальному. Ну, прощевайте. А ты на меня старую не обижайся, — сказала ведьма, обращаясь к Велии. — Удачи!

Вся компания попрощалась с ведьмой и даже кинула пару прощальных слов здоровому лбу, все это время молча и неподвижно сидевшему с ведьмой рядом.

Ворота были приветливо открыты, решетка, защищавшая вход во Дворец, поднята.

Альва и Ренс шагнули в ворота спокойно. Гленвилл и Велия приостановились и вошли в ворота резко, будто в ледяную воду. Глен недовольно поморщился. В стенах дворца запрет на использование магии начинал действовать окончательно. Магам колдовать здесь было нельзя, действовали только артефакты, наделенные магией заранее, и то если они были слабенькими. Велия с непривычки начала вдруг задыхаться, но вскоре воздействие Дворца Силы подстроилось лично под нее и все неприятные ощущения исчезли.

Около входа принимали вступительные взносы. Все, конечно, сдали по пятьсот зельдов (кроме Альвы, за нее заплатил Ренс, сам предложил, а Велия и не возражала), но при этом ужасно ворчали. Вот странность: все гости Турнира легко готовы спустить несколько тысяч на ставку, которая с большой долей вероятности не принесет выигрыша, а отдать пятьсот зельдов, которыми они оплачивали и свое проживание в стенах Дворца и само существование турнира, им было жаль.

На входе в коридор для некромантов кто-то, ясное дело, из некромантов, поставил скелет. Скелет махал рукой и приветствовал каждого входившего фразой: "Добро пожаловать на ЕМТУН. Желаю приятно провести время и не сдохнуть". Так как говорить скелету было особо нечем, голос шел из записывающего звуки камня-артефакта. Один из некромантов записал несколько фраз надрывно-скрипучим голосом и засунул артефакт скелету в череп, вместо мозгов. Как обнаружилось позже, всем выходившим скелет ободряюще говорил: "Еще не сдох? Так еще не вечер".

Повезло, что некроманты додумались не выставлять у входа относительно свежий труп. Скелет, как ни крути, и не воняет, и отвращение вызывает разве что у барышень. Хотя Глен, проходя мимо, поморщился, наверное, в сотый раз за день. Зато Ренс приветливо улыбнулся и хлопнул скелет по плечу. Крепкое мужское приветствие не обошлось без последствий. Ренс не рассчитал, что скелет без мышц, связок и всего того, что благополучно сгнило уже несколько десятков лет назад, вещь непрочная. На пол посыпались ключица, лопатка и кости руки. Ренс, смущенный тем, что испортил чужое ищущество, вышел из дверей обратно и принялся собирать с пола фаланги пальцев. Велия ему помогала и пыталась присоединить все косточки на положенные им места. Так как кости держались лишь с помощью магии, которая была разрушена, и восстановление ее в стенах дворца не представлялось возможным, ничего не вышло. Косточки сложили рядом в кучку. Приветливо махать скелету теперь нечем.