Чтение онлайн

– Ты же у нас детектив! Вот и реши эту головоломку!

Сестры задумчиво помолчали.

– Что нам делать с Сестричкой? – наконец спросила Мэй.

– Сегодня переночует у меня, а там посмотрим, – ответила Лу.

Еще не договорив, она повернула к Мэй осененное догадкой лицо, движением головы отбросив за плечо длинные золотисто-коричневые волосы. Губы тронула едва заметная улыбка. Мэй поняла ее с первого взгляда. Похоже, ключ к разгадке тайны все время находился прямо у них перед носом.

– Сестричка! – воскликнули они в один голос.

– Приходи-ка ты сегодня ко мне ужинать! – предложила Лу. – Вдвоем мы добьемся от нее признания!

– А как же Линин?

– О нем не беспокойся! Он сегодня днем уезжает в командировку.

– Линин ездит по делам в субботу? – удивилась Мэй.

– Ага. Улетает в Америку. Ой-ой, смотри уже сколько времени! Мне надо застать его, пока он не уехал в аэропорт!

Вернувшись к отделению интенсивной терапии, они увидели Сестричку, мирно дремлющую в кресле возле двери. Пол только что протерли мокрой тряпкой, и воздух стал посвежее.

Разбуженная, Сестричка испуганно вздрогнула.

– Я спросонок решила, это врачи меня прогоняют!

– Сестричка, давайте-ка вот что сделаем. Сейчас поедем ко мне домой. Мой ассистент привезет из гостиницы ваши вещи. Вечером Мэй поужинает с нами, и мы втроем обсудим дальнейшие действия. А вы пока отдохнете и позвоните домой в Шанхай.

– Лучше так и сделать, – поддакнула Мэй.

Сестричка согласилась и подняла с пола свой кожаный саквояж.

– Давайте я понесу! – предложила Мэй.

– Не надо! Он нетяжелый, – отказалась от помощи Сестричка.

Все три женщины семейства Ван устало побрели прочь, угнетенные разлукой с матерью и сестрой, лежащей в полном одиночестве неизвестно где.

Возвращаясь домой по бульвару Возрождения, а затем по кольцевой автодороге, Мэй ощущала, что все больше теряется в лабиринте жизненных ситуаций, слишком запутанном для ее понимания. Она думала о Япине, его «мерседесе» с шофером и роскошной гостинице «Великая стена». Думала о Королеве вонтона и ее ресторанчике с приятным названием «Приход весны». Вспоминала детское личико Лили и ее жуткий смешок на прощание. И снова перед ее мысленным взором возникали закатившиеся глаза Чжан Хуна и розоватый шрам на синюшном лице.

Весна вроде бы наступила окончательно и бесповоротно. Мэй могла поспорить, что берега Городского рва, покрытые еще вчера голым ивняком, сегодня оделись в зеленую дымку юной листвы.

Только маму по-прежнему окружают белые стены, белые халаты врачей и белые шапочки медсестер. От сладких запахов весны, прозрачными бабочками порхающих в солнечных лучах, ее отделяют лишь расстояние вытянутой руки, кирпичная стена, тонкое окопное стекло да прожитая жизнь.

Мэй свернула с кольцевой автодороги и по эстакаде спустилась в водоворот бурлящего города, растворившего ее терзания и тоску в своем хаотическом брожении.

Она подъехала к дому и заглушила двигатель. Спальный район затих на время послеобеденного отдыха. Мэй вышла из машины и полной грудью вдохнула весенний воздух, насыщенный пыльцой первых цветов. Во рту пересохло. Хотелось пить.

Она поднялась по темным лестничным пролетам и отперла дверь своей квартиры. Окно так и осталось распахнутым. Через него в квартиру врывался шум кольцевой автодороги. Мэй заглянула в холодильник, достала банку кока-колы, хрустнула крышкой и стала пить. В дверь постучали.

Она отворила и увидела высокую фигуру Япина в белой сорочке и легких светлых брюках. В его руках благоухал огромный букет красных роз. Япин выглядел элегантным и подтянутым, и таким же неотразимым, как прошедшей ночью.

– Еду в аэропорт и думаю: дай загляну, попытаю счастья – может, застану! – сказал он.

– Но дорога в аэропорт совсем в другом месте.

– Значит, у нас мало времени. Позволь отвезти тебя куда-нибудь, где можно посидеть и поговорить!

Мэй замялась.

– Ну пожалуйста! – умоляюще произнес он. – Ведь я сделал такой большой крюк, а эти розы стоили мне целое состояние!

Не удержавшись. Мэй рассмеялась и взяла цветы.

– Ну ладно. Но сначала надо поставить их в воду.

Мэй пошла за вазой, а Япин остался стоять, прислонившись к дверному косяку.

– Как себя чувствует твоя мама? – поинтересовался он, скрестив на груди руки.

– Ее перевели в отделение интенсивной терапии военного госпиталя номер триста один. Лучшей лечебницы не найти. Надеюсь, там ее поставят на ноги.

– Здорово! Я очень рад. Когда пойдешь навещать свою маму, пожалуйста, передай ей от меня пожелания скорейшего выздоровления!

Мэй согласно кивнула, хотя и сомневалась, что маму обрадует привет Япина.

У входа на стадион Трудящихся мелкие торговцы расставляли свои лотки, подтаскивали ящики с минералкой, колой и фруктовой газировкой. Бойкая тетка скороговоркой отдавала указания, как правильно раскладывать пакетики с изюмом в шоколаде, сухофруктами, жареным арахисом и семечками.

Время открытия еще не подошло.

Япин попросил Мэй подождать у запертой боковой калитки, а сам вошел в дверь администрации стадиона. Через несколько минут он появился в сопровождении мужчины в костюме. Оба чему-то смеялись. Мужчина достал ключ и отпер калитку.

– Двадцать минут, не больше, – сказал ему Япин вежливо, но с властной ноткой в голосе.

– Никаких проблем, уважаемый, сколько нужно, столько и оставайтесь! – поклонился мужчина. Он был молод, но плечи его поникли, как у старика.