Чтение онлайн

Высказав все, что намеревалась сообщить, Белл повернулась и, прихрамывая сильнее прежнего, направилась к двери. Кейси мгновенно догнал ее, и Белл снова очутилась в его объятиях. Он вновь усадил ее на край кровати, потом поднял ее правую ногу и пристроил у себя на колене.

— Вы слишком долго пробыли на ногах сегодня, — сказал он, задирая подол ее юбки.

Белл протестующе вскрикнула и попыталась одернуть юбку.

— Что вы делаете?

— Хочу взглянуть на вашу ногу. Часто у вас бывают такие отеки?

Услышав это, Белл начала сопротивляться всерьез, но Кейси быстро усмирил ее, крепко удерживая припухшую лодыжку.

— Я не понимаю, зачем вам это надо, — жалобно произнесла она. — Отпустите меня.

Кейси не внял ее просьбе и продолжил:

— Вы отлично понимаете, о чем я говорю. Я спросил, часто ли у вас бывают такие отеки. — Белл открыла было рот, но он не дал ей возможности ответить. — Вам нельзя так много работать. Вы слишком переутомляете вашу покалеченную ногу. — Он откинул юбку до колена и наконец разглядел неестественно вывернутую лодыжку.

Белл побледнела, а у Кейси захватило дух, когда он увидел, что нога выше лодыжки не пострадала и что форма ее совершенна. Он поднял голову и уставился на Белл.

— Если вы уже насмотрелись, мистер Уокер, пожалуйста, одерните юбку. Я не нуждаюсь в вашей жалости.

Он с готовностью сделал это, не желая смущать ее дольше.

— Увидеть мое увечье вас побуждало болезненное любопытство?

— Оно не так уж велико и заметно, и нога у вас очень красивая.

— Вы считаете, будто я не знаю, как выгляжу? — хрипловато рассмеявшись, сказала Белл.

— Вы недооцениваете вашу привлекательность. Вы ведь говорили, что мужчины в доме у Наоми хотели вас заполучить, верно? А как насчет Динкса и его приятелей? Ваша хромота их ничуть не беспокоила.

— Это потому, что они не видели того, что увидели вы. Мое увечье отпугнуло бы их. Для Тома мое увечье ничего не значило, он любил меня, ценил мою душу и сердце.

— У вас чудесная фигура, — сказал Кейси, улыбаясь и глядя на нее глазами, округлившимися словно у совы. — Ваша грудь совершенна, а вашу талию я мог бы обхватить ладонями. А ваши губы! Я в жизни не видел столь красивых губ. Они такие соблазнительные, такие зовущие, что могут свести мужчину с ума. Хотите, я докажу вам это?

Белл только и успела открыть рот, чтобы возразить, как он уже прильнул к ее губам и, крепко обняв, начал целовать с таким жаром, что она была совершенно ошеломлена и даже растеряна, потрясенная внезапностью его страстного порыва. Только что они разговаривали вполне разумно, а сейчас он ненасытно целует ее, и руки его ласкают ее груди, обнимают талию, гладят спину…

Когда Кейси наконец разжал объятия, Белл только и смогла, что ошеломленно уставиться на него. Ее чувства ожили, словно этот человек высвободил их, пробудил от глубокого долгого сна. Белл с трудом уняла дрожь, ее охватило сильнейшее желание, чтобы он поцеловал ее снова. Что это с ней?

— Зачем вы это сделали? — взволнованно спросила она.

— Чтобы доказать, что вы мне желанны и после того, как я увидел ваше так называемое увечье. Вы чертовски соблазнительная женщина, Белл Хендерсон, или как там еще ваша фамилия.

— Макалистер. Вы знакомы с моим свекром?

— Нет, я не из той части страны. Я родом из Аризоны. В последнее время мне пришлось немало поездить. — Его ложь была намеренной и обдуманной, он чувствовал свою вину, однако выбора у него не оставалось.

— У вас есть родные?

— Только брат.

— Вы его любите?

Кейси, вздохнув, посмотрел на нее Вряд ли он оказался бы здесь и выпытывал у нее информацию, если бы не любил своего брата.

— Разумеется, люблю. А почему вы спрашиваете?

— Если вы любите вашего брата хотя бы наполовину так сильно, как я люблю Томми, вы поймете, почему я не могу его отдать Макалистеру.

— Я вполне могу понять ваши опасения, но…

— Никаких «но». Кончено. Томми остается со мной. Вы еще хотите работать у меня в качестве охранника или предпочитаете не вмешиваться в эту историю?

Проклятие! Кейси и хотел бы не вмешиваться, но отступать было поздно.

— Я не намерен оставлять вас и Томми. Я буду с вами, если вы во мне нуждаетесь.

Белл сухо, безразлично промолвила:

— На кухне есть еще немало дел. Долорес должна вот-вот вернуться, она поможет мне.

— Белл…

Она взглянула на него с недоумением, высоко подняв брови.

— Я хочу… — Он не мог высказать, о чем думает. Не имел права. — Господи, уходите скорее, пока я не утратил самообладания!

Белл прекрасно понимала, что у него на уме. За годы жизни в доме у Наоми она узнала о мужчинах даже больше, чем ей хотелось бы. Замуж за Тома она вышла девственницей и только тогда познала страсть. Она читала желание во взгляде Кейси, понимала, что он возбужден, и боялась, что в ее глазах он увидит те же чувства.

Неужели она встретила мужчину, который сумеет занять в ее сердце место Тома? Может ли она положиться на него настолько, чтобы рядом с ним вместе с любимым сыном чувствовать себя в безопасности?

Ван Ю постепенно выздоравливал и начал потихоньку ковылять на костылях, которые принес ему врач. Человек проницательный, Ван Ю относился к Уокеру с подозрением и однажды вечером, когда Белл вернулась домой после утомительного дня, проведенного за работой в закусочной, сказал:

— Ван Ю боится, вы зря нанять мистера Уокера, мисси Белл. Он большая загадка. Мисси Наоми велела Ван Ю охранять мисси Белл и Томми.

— Я тебя понимаю, Ван Ю. — Белл устало вздохнула. — Я думаю то же самое. Но я так нуждалась хоть в ком-то, когда тебя покалечили. Ты же знаешь, какой Томми непослушный, просто сорванец. А мистер Уокер как раз вовремя подвернулся под руку. Если бы не он… Ладно, не будем сейчас входить в подробности. Мистер Уокер доказал, что он достоин доверия.