Чтение онлайн

– Хватит, – сказал Тревельян. – Кушать его я точно не буду. Даже с имплантом мне этот шашлык не переварить.

«Как эта зверюга размножается? – спросил Советник. – Есть какие-то репродуктивные органы?»

– Возможно, дед, но я их не нашел.

«Ну, и на что это похоже?»

– На продукт искусственной эволюции. Наполовину робот, наполовину живое существо. Во всяком случае ясно, что фаата тут ни при чем.

«А я что говорил! – От командора пришла ментальная волна удовлетворения. – Примитивная тварь, вряд ли способная к телепатии. Этих монстров тут много, но никаких мысленных импульсов я не ощущаю».

– Я тоже, – согласился Тревельян, на мгновение прислушавшись. Затем он сбросил разрезанную тушку на песок и приказал: – Возвращаемся. Возьмем полевой комплект, и в дорогу!

Добравшись до квадроплана, он осмотрел обшивку и убедился, что все пробоины закрыты акрадейтом, включая огромную дыру в правом трюме. Затем набрал воды в канистры и флягу, прошел в пассажирский отсек, съел питательный брикет и выпил все, что оставалось в кухонном агрегате, пару стаканов сока и немного коньяка, а остальные брикеты сложил в маленький контейнер. Эти сухие пластинки размером в ладонь могли превратиться в аппетитное жаркое и другие блюда, но лишь при надлежащей обработке в баре-автомате. Тащить с собой такую тяжесть Ивар не собирался, но это его не расстраивало – в полевых условиях он был неприхотлив.

Сняв комбинезон, он вытащил скоб, хранившийся в левом грузовом отсеке и уцелевший при всех передрягах, натянул его и тщательно расправил – так, чтобы внутренняя поверхность прилегала к коже. Теперь он выглядел словно легендарный титан – искусственные мышцы скафандра бугрились на плечах, груди, спине, конечностях, а шлем с гребнем видеокамеры напоминал вооружение греческих гоплитов. Скоб не предназначался для работ в пустоте, не был снабжен воздушным фильтром и регенерационным модулем, но его оболочка являлась надежной защитой даже от лазерного луча. Пористая внутренняя ткань регулировала температуру и поглощала все телесные отходы, мышцы позволяли двигаться быстро и неутомимо, блок энергопитания подзаряжался автоматически от солнечного света и любых видов излучений. Большое преимущество в сравнении с кожей-биотом, которую Тревельян носил на Сайкате! Кожа усиливала мышечную активность за счет резервов организма, восполняемых только обильной едой и своевременным отдыхом.

К поясу Тревельян подвесил флягу, закрепил бластер у бедра, рассовал по карманам всякие мелочи. Прихватив палатку, контейнер с пайком и запасные батареи, он встал в проеме люка и вызвал бортовой компьютер.

– Загерметизируй аппарат и перейди в режим ожидания. Я появлюсь через несколько суток, местных суток. Скажем, через пять, шесть или семь. Твоя задача: ждать и сохранить корабль в целости. Все понятно?

– Да, эмиссар, – прошелестело в ответ. – Реакция на внешние воздействия?

– Пассивная оборона. Стрелять только при угрозе полного демонтажа.

Ивар спрыгнул на землю, и люк закрылся за его спиной. Он начал грузить багаж: палатка, обойма с батареями, три канистры, пищевой контейнер… На платформе трафора для него осталось не так уж много места.

– Моя грузоподъемность ограничена, – сообщил Мозг, когда Тревельян уселся на тючок с палаткой.

– Перебьешься. Тут тяготение четыре пятых земного, и я не требую, чтобы ты гнал как яхта на Лунной регате. Сорок километров в час меня вполне устроят.

Круглая платформа медленно приподнялась и не спеша поплыла прочь от корабля. Они направлялись на восток, в пустыню; тьма окружала их со всех сторон, и даже острое зрение Тревельяна не позволяло разглядеть ту далекую черту, где темное небо смыкалось с темной землей. Обернувшись назад, он увидел лишь неясные очертания утесов, громаду квадроплана с задранным вверх грузовым отсеком и кусты у подножия скал, где шебуршили шестиногие кролики. Под днищем его тарелки тянулась каменистая почва с песчаными проплешинами, а впереди были только мрак и неизвестность.

Трафор удалился от горного склона едва ли на сотню шагов, когда в небе зажглась туманная звезда. Огонек, окруженный двойным ореолом, парил в вышине, все больше напоминая опалесцирующее ночное насекомое; его контуры то удлиннялись, то вновь превращались в светлое пятнышко, будто в воздухе танцевал мотылек или жук, высматривая место для посадки. Прищурившись, Тревельян уставился на него, потом велел роботу сбавить ход, включить видеозапись и прозондировать окрестности.

– Искусственный летающий объект, эмиссар, – доложил Мозг, вытянув вверх манипуляторы с инфракрасными датчиками. – Форма примерно цилиндрическая, длина шесть с половиной метров, диаметр – около двух. Судя по совершаемым эволюциям и отсутствию ионного выхлопа, аппарат с гравитационным приводом.

Последнее Тревельяна не удивило – любая техническая культура довольно быстро отказывалась от винтовых, турбореактивных и ракетных двигателей, которые потребляли ядовитое горючее, загрязняли атмосферу, сверлили дыры в озоновом экране и являлись во всех отношениях ненадежными. В планетарных условиях гравидвижок был так же незаменим, как в космосе; он обеспечивал полную безопасность полета и такую свободу передвижения, какой не обладали корабли на реактивной тяге.

– Стой! – велел Ивар. – Остановись и посигналь прожектором. Пусть они поймут, что мы не прячемся.

Это было не совсем верно, так как сам он спрыгнул на землю, метнулся в ложбинку среди песчаных дюн и залег там, изготовившись к стрельбе. Процедура первого контакта была разработана до тонкостей, но документ, определявший ее, принадлежал не Фонду, а разведке Звездного Флота. Главный принцип был таким: демонстрировать миролюбие, но держать чужаков на прицеле.

Хочешь мира, готовься к войне, говорили латиняне. А древние индейцы майя, обитатели тропических лесов, добавляли: если собрался перешагнуть змею, прижми ей голову палкой.

Небесный светлячок пошел вниз, коснулся невидимой почвы, и его сияние поблекло. Чужая машина приземлилась не так далеко от трафора, но разглядеть ее Ивару не удавалось – мешали ритмичные световые вспышки. Затем на их фоне возник темный силуэт и, слегка раскачиваясь, направился к земному роботу.

«Похоже, у нас гость, – заметил командор. – Что-то он мне напоминает… Ну, конечно! Чемодан, поставленный на попа! Чемодан с ногами!»

Чемоданы Ивар видел только в древних фильмах едва ли не тысячелетней давности, но сравнение оценил. К нему приближалось нечто прямоугольное и плоское, вытянутое вертикально; высота этой конструкции казалась явно больше ширины, ширина – больше толщины, и с обоих боков, посередине корпуса, к ней были приделаны ноги кузнечика с огромными ступнями. Двигался этот монстр тоже как кузнечик, прыгая на два-три метра и каким-то чудом сохраняя равновесие.