Чтение онлайн

– Мы очень торопились. Ик!

– Простите, а что же вы успели прочесть, резервируя меня на полтора года?

– Имя, возраст, раса.

– Прелестно. Вы знаете мою специальность?

– Мы очень торопились, терри Лени. Думали, что все вопросы сможем решить позже, так как корабль должен уйти с орбиты в течение трех часов.

– Тогда у меня основной вопрос: что я, ученый со специальностью «внеземная геология», буду делать на военном валорском судне в течение полутора лет?! – к концу фразы я уже почти кричала, совсем выйдя из себя от абсурдности ситуации. Правда, приходилось вставать на носочки и высоко запрокидывать голову, так как при ближайшем рассмотрении я оказалась блондину по плечо. Доктор несколько сконфузился, и на щеках проступили бледно-розовые пятна.

– Мы все решим, терри Лени.

– Да? Замечательно. Мы не можем разорвать контракт ближайший год, так как вы умудрились подписать мою судовую роль от имени капитана…

Пи-бип. Кивер на руке доктора замигал красным цветом, и сердитый, но приятный мужской голос произнес:

– Сумудин, если в течение пятнадцати минут вы не отстыкуетесь, я оставлю тебя в этом секторе вместе с игрушкой. На ближайшие лет пять.

– Я понял, Нарин, – коммуникатор погас. – Нам нужно отправляться, терри Лени.

Выбора не было, и мы направились к необычному шаттлу. К моему удивлению, система управления совершенно отличалась от привычной. Казалось, что малое летное судно было чем-то схоже с живым организмом, заключенным в оболочку. Кресла были мягкими и меняли свои очертания в соответствии с телом пассажира, а сама приборная доска состояла из слоя прозрачного голубоватого желе, с круглыми огоньками разной расцветки и разной глубины погружения в эту субстанцию. Пилот просто опустил туда руки, и огоньки замелькали между пальцами. Весьма интересное зрелище, чем-то напоминало глубоководный светящийся планктон. В центре конструкции «кольца» загудело, видимо, увеличивая мощности центрального двигатели, и нас плавно оторвало от поверхности станции.

Немного отойдя от изучения иноземной техники, я все же посмотрела на проецирующие экраны и увидела ярко-голубую громадину, закрывающую весь обзор. Из открытого люка стыковочного отсека к нам тянулись гравитационные лучи. Значит, эта громадина и была нашей целью. Я нервно сглотнула.

– Какой класс судна?

– Крейсер.

– Кипец.

Все, занавес.

– Терри Лени, вам нехорошо? – Сумудин с тревогой обернулся ко мне.

– Куда вы меня притащили?

– Чем вы так расстроены, терри? Это один из самых современных крейсеров, здесь вы в полной безопасности и с наиболее комфортными условиями.

– Да я не расстроена, я в бешенстве! Военный крейсер. КРЕЙСЕР! ТРИ ТЫСЯЧИ ЧЕЛОВЕК экипажа…

– 3280 валор. Один человек, терри.

– Что?

– Человек один, вы. Остальные – валоры.

– Доктор, а сколько женщин на борту? – промелькнула в голове интересная мысль.

– Восемнадцать, терри, но не беспокойтесь, они все уже валлине.

– Что?

– В паре. Несвободны, терри.

– «Терри» – это обращение, это мне понятно, но что оно означает.

– Дословно – женская особь с Земли. Наши дамы чаще всего зовутся «валли», если свободны и «валлине», если в паре. К мужчинам допустимо обращение «валл» и «валло» соответственно. Но на «Парадоксе», как на военном судне, принято обращение по звания. Капитан – «анур», второй ранг – «акер», затем идут «сури», «суноди» и «савеко». Но последних на крейсере нет, уж очень трудно к нам попасть.

– Это я как раз заметила.

От моей ироничной фразы акер опять покрылся бледными, розовыми пятнами. В этот момент мы оказались внутри стыковочного отсека. Стены были абсолютно белыми и гладкими, только кое-где виднелись ниши в полутора метрах от пола, с прозрачным «желе» и огоньками внутри. Да, если это повсеместно принятая система взаимодействия с кораблем, то у меня намечаются явные сложности.

– Терри, вас проводят в каюту, прошу, не покидайте ее без меня, – взмахом руки прервав мою попытку заговорить, док продолжил, – ваши вещи и еду доставят позже, а я пока вынужден вас покинуть.

Из внутреннего убранства крейсера я сумела рассмотреть только такие же белые стены лифта и коридор, смежный с моими комнатами. Назвать эти покои каютой язык не повернулся. Это были две комнаты и небольшая санитарная зона, оформленная в приятных, кофейно-песочных тонах. К счастью, двери просто отодвигались, а ионный душ включался при вхождении на платформу. Похожая система была и на Алтее. Первая комната состояла из псевдоиллюминатора, рабочей поверхности наподобие широкой полки, стула и пары кресел. Вторая, явно спальня с большой кроватью и встроенным шкафом. Очень мне понравилось регулируемое, рассеянное освещение.

Вещи, и правда, доставили в течение часа, и я решила не думать о вечном, а заняться рутинной работой, раз уж так сложились звездные карты.

Нарин.

После отчета группы Сумудина я пребывал в некотором замешательстве. Мы с ним уже много лет служили на «Парадоксе» и еще дольше дружили. Он давно выпрашивал допуск для землянина на крейсер, уж очень это была далекая и малоизученная раса. И вот теперь обстоятельства сложились так, что на Алтею попали ученые с Земли и, о, удача, они искали либо попутный транспорт, либо работу в одном из секторов Млечного Пути. На нашем судне это получалось не сильно далеко, стандартных 20 суток. У дариев двигатели были послабее. Им до родного сектора суток 30. Тут на простом шаттле не добраться.

Друг потратил почти два часа, пытаясь аргументированно донести до меня всю важность данного события. Да, я понимаю, что их ДНК может оказаться решением некоторых наших проблем со здоровьем. Да, мне вполне ясно, что их ученые уже могли разработать нужные нам вакцины, но брать землянина на крейсер… Не знаю, как я согласился. Наверное, то же любопытство. Мы часто в детстве слышали об этой расе, которая умудрилась руками возвести какие-то пирамиды за 4000 лет до изобретения двигателя и еще много всяких легенд. Вот только когда мне сообщили, что Сумудин притащил на корабль женскую особь, я решил, что друг спятил.