Чтение онлайн

— Не нарочно. Я… — договорить не успела, потому что вновь раздался голос Георга.

— Господин Вильдан, вы не ушли еще? Где вы?

Мужчина отвернулся от меня, склонился и вновь прошел сквозь кусты.

— Что?

— Я нашел платье. Кухарка, что работает здесь, одолжила свое сменное. Я сказал, господину очень нужно. Только она думает, платье на вас не налезет.

Я закрыла рот руками, чтобы не рассмеяться в голос. Кажется, никто из них даже представить не может, для чего на самом деле всегда сдержанному верховному инквизитору понадобился женский наряд. Сердце сладко сжалось в груди — он лишь со мной забывает о своих запретах.

— Передай ей мою благодарность, а теперь ступай, спасибо.

— Что вы господин, я всегда рад помочь. Мы тут все прочешем и схватим бандита. Как только он посмел пробраться в сад!

— Ступай уже, Георг!

— Да, да, господин Вильдан.

Мужчина вновь вернулся ко мне, неся в руках привычное просторное платье серого цвета. Я стянула плащ и поспешно надела наряд, не поднимая на него глаз. Платье оказалось слишком широко и пришлось перетянуть его в талии поясом от старого балахона. Только справившись со всем, решилась посмотреть на инквизитора. Мужчина, отвернувшись в сторону, заправлял за пояс штанов новую черную рубашку, однако пуговицы оказались застегнуты неровно.

— Помочь тебе?

— Что?

— У тебя пуговицы неправильно застегнуты, я помогу.

Кристиан промолчал, опуская руки, а я подошла ближе и принялась заново перестегивать пуговицы. Пришлось закусить губу, дыхание опять участилось и пальцы начали подрагивать. Кажется, зря я предложила свою помощь. Я застегивала проклятые пуговицы минут десять, не меньше, с трудом попадая в петельки. Кристиан вообще стоял неподвижно, непонятно даже, дышал или нет.

— Все, — выдохнула я, отступая.

— Тебе с платьем помочь?

— С платьем?

— Ты его задом наперед надела.

Краска залила лицо и даже уши запылали. Я взялась за ремешок, но мужчина перехватил мои ладони, отвел руки в стороны и сам развязал тонкий пояс. Его пальцы не дрожали подобно моим. Губы я уже искусала настолько, что они болели. Кристиан склонился вниз, задирая подол, пришлось поднять руки вверх, чувствуя, как колючая материя скользит по обнаженному телу, а широкие ладони проводят следом, поднимая ткань выше. Голова шла кругом, сердце колотилось и готово было выскочить из груди, особенно когда его пальцы коснулись и ее ненароком. Может, это еще один вид наказания для меня? Зачем только так издеваться? Я правду сказала, я не нарочно его соблазняю и вовсе не пытаюсь показать собственную власть на ним, я просто не могу себя сдерживать. Мужчина снял платье и, расправив, быстро надел обратно, туго затянул тонкий пояс. Я попробовала вдохнуть, но он в этот миг обхватил ладонями талию и прижал к себе. Вдох замер в груди, а я закрыла глаза, слушая быстрый стук его сердца словно сладкую музыку.

— Все, теперь идем, — сказал он, быстро отстранившись, и потянул меня за ладонь к знакомой калитке. Выглянув наружу, убедился, что переулок пуст и никого нет, кроме ожидающей меня кареты. Я быстро проскользнула внутрь экипажа, успев кивнуть Тинольду, и Кристиан захлопнул дверцу.

Я вернулся в зал заседаний и опустился в кресло, поймав пристальный взгляд Бенедикта. Зная своего дядю, мог с уверенностью утверждать, что он заметил и новую рубашку, хоть она была скрыта плащом, и царапину на губе. Вот только станет допытываться, выясняя подробности, или молча будет держать свое мнение при себе, ожидая дальнейшего развития событий?

— Вильдан, вы задержались, — раздался голос Нерила Дарина. — Неужели эта ведьма потребовала чего-то еще? Я, признаться, поражен ее требованиями.

Я побарабанил пальцами по подлокотнику кресла, задумчиво рассматривая темноволосого смуглого мужчину, которого Алира столь непредусмотрительно уронила на пол на глазах у членов совета. Он был представителем одного из самых знатных и обладающих большим состоянием и властью родов в стране. В совете заседал уже около семи лет, и я хорошо знал его, вот только рассказывать об истинной причине своей задержки не собирался. Пальцы сжались на подлокотнике. Как можно было настолько утратить самообладание, да еще здесь, в саду дома совета! Проклятие ушло, но я осознал это только там на поляне, где девушка закрыла своим телом от удара Сантаны. Страшная тоска отступила, сменившись невероятным чувством радости от сознания того, что она не предавала меня, а вот навязчивое желание обладать Алирой по-прежнему занимало мои мысли.

— Отчего же ты считаешь ее требования абсурдными, Нерил? — вернул к реальности голос дяди.

— Возвысить ведьм до уровня мужчин? Вы полагаете, это возможно?

— Так предложите сами что-то дельное! Хотя, думаю, вы не можете внести предложение лучше, чем замок-тюрьма, которое было вашей идеей. Может, посоветуете теперь, что нам делать со всеми теми ведьмами?

— Я полагаю, теперь нет смысла держать их там, ведьм стоит отпустить. Мы не можем больше тратить деньги казны на их содержание.

— Пусть идут куда хотят?

— Да.

— Господа, — поднялся седовласый Шон Рени, — ситуация с ведьмами зашла слишком далеко, настолько далеко, что теперь нет дороги назад. Мы не можем вернуться к началу, а значит, нужно искать новые пути, и девушка во многом права. Лично мне ее высказывания открыли глаза. Вы представьте себе, Нерил, вашу дочь в ее положении. Что бы вы сделали? Ведьмам необходимо предоставить определённые свободы и защиту, но взять под жесткий контроль весь процесс становления и обучения юных созданий. У нас есть Вильдан и его обширные знания о ведьмах, есть древние книги о прежнем устройстве государства, у нас есть эта девочка, которая согласилась помогать. Пора совершать перемены. Предлагаю проголосовать господа, кто за новое направление в государственном устройстве? Кто готов приступить к изменениям старых и составлению новых законов?

Четыре человека из семи подняли руки, включая меня.

— Поскольку решение принято большинством голосов, — заговорил Бенедикт, — с этого дня мы приступим к работе.

— По мне, так лучше бы оставить все как есть, — вновь подал голос Нерил. — Ведьмы не решатся вновь восстать, пока у нас есть Вильдан, а люди постепенно успокоятся, и не возникнет угрозы недовольства среди населения в ответ на новые меры и смену курса власти.

— В чем-то вы правы, Нерил, — ответил я, ощущая непонятное и непривычное покалывание в кончиках пальцев, — но только с сегодняшнего дня я по собственному желанию отказываюсь от поста верховного инквизитора. Можете занять это место и отправляться убивать оставшихся в живых юных созданий, если посмеют восстать вновь.

Вокруг раздались возмущенные, удивленные голоса. Представители родов стали засыпать меня вопросами, настаивая или упрашивая изменить решение.

— Мое решение окончательно! Я больше не верховный инквизитор.

— Господа, — поднял руку Бенедикт, — успокойтесь, прошу вас. Вильдан принес нам победу в этой борьбе и у него есть право отказаться от занимаемой должности. Один лишь вопрос к тебе, племянник. Раз уж ты покидаешь пост инквизитора, может, согласишься занять место седьмого члена в совете родов? Нам потребуется твоя помощь при определении нового курса.