Чтение онлайн

— Милая Шенна, мы ведь еще не расстались, отчего ты загрустила?

— Я чувствую, что грядут большие перемены.

— Все будет хорошо.

Всю последующую неделю я помогала друзьям готовиться к побегу. Мы собрали все деньги, что смогли наскрести. Я изготовила для беглецов несколько настоек, что могли пригодиться им в пути. Тинольд и Шенна собрали кое-какие вещи и спрятали у меня на чердаке. Они договорились встретиться ночью в лесу, чтобы на сделанном заранее плоту начать спуск по реке. Шенна даже приготовила ночную рубашку, собираясь оставить ее на берегу недалеко от глубокого омута, а родителям написать записку о том, что не желает больше жить на свете, если ей суждено выйти замуж за нелюбимого человека.

Не скажу, что затея мне нравилась. Было искренне, до боли в сердце жаль их родителей, вот только отговорить безумцев не получалось. Они не желали расставаться. Шенна не хотела становиться женой противного ей пожилого торговца, а Тинольд вообще готов был на все ради нее. В заранее оговоренное время молодые люди направились к берегу реки, а я пошла с ними, чтобы проводить. У самого плота мы крепко обнялись.

— Тинольд, — спросила я, — как же твои родители? Они тоже поверят, что ты утопился, потеряв свою любимую Шенну?

— Я ведь не старший сын в семье, Алира, у меня еще три брата. Родители переживут мою гибель, они останутся не одни, к тому же лишним ртом станет меньше.

— Но не может быть, чтобы они не любили тебя.

— У бедняков все по-другому, понимаешь? Нам приходится выживать каждый день, постоянно недоедать, дико уставать. Не остается сил даже на то, чтобы беспокоиться о каждом своем ребенке, потому дети и заботятся о себе как могут.

— Мне все же жаль их.

— Я вернусь потом, обязательно. А может, даже смогу разбогатеть и помочь им в старости.

— Я желаю вам обоим удачи, пусть все сложится хорошо.

— Спасибо. — Тинольд похлопал меня по плечу, а потом мы снова обнялись с Шенной, и беглецы ступили на плот.

Парень оттолкнулся от берега длинным шестом, направляясь на середину реки. Я прижалась к стволу дерева, наблюдая, как медленно они отплывают. Позади плота шумел далекий водопад, а дальше полноводная река текла вперед неспешно. Я вздохнула, ощущая резь в глазах, понимая, что расстаемся мы надолго, если не навсегда.

Внезапно в ночной тишине раздались крики и лес осветился огнями зажженных факелов. Я тут же спряталась за дерево и отчетливо разглядела, как впереди группы из нескольких человек бегут отец Шенны и ее несостоявшийся супруг, за ними — несколько мужчин, очевидно, приятели. Они подскочили к самому берегу и отец с будущим мужем, кинувшись в воду, усиленно загребли в сторону удаляющегося плота. Я заметила, как резко Тинольд оттолкнулся от дна шестом, а Шенна в испуге подскочила, совсем позабыв, что находится не на земле. Плот закачался и перевернулся, сбросив юношу с девушкой в реку. Тинольда стукнуло по голове, он ушел под воду, а Шенна забарахталась, пытаясь отчаянно дотянуться до уплывающего плота. Девушка не умела плавать и изо всех сил старалась удержаться на поверхности. Я выскочила из-за дерева и бросилась вдоль кромки реки вниз по течению, стремясь приблизиться к подруге. Кто-то из оставшихся на берегу мужчин тоже кинулся в воду. Отец Шенны усиленно греб в сторону дочери, но не успел. У меня на глазах девушку утянуло в глубокий омут, Тинольда нигде не было видно. Я подскочила к краю берега, чтобы нырнуть в черную глубину и попытаться отыскать подругу, но внезапно за плечи схватили чьи-то руки.

— Вот их сообщница, — закричал над ухом мужской голос. — Куда рванула, не уйдешь! Тащите веревку!

— Веревка у Дина. Сейчас выплывет и возьмем.

— Тогда я ее пока так подержу.

— Пустите! — вырывалась я. — Мне нужно ее спасти, пустите!

В этот миг отец Шенны, нырнувший под воду в поисках дочери, вновь показался над водой, отчаянно озираясь вокруг. Старый торговец, подплывший ближе, тоже набрал в грудь воздуха и погрузился в глубину. Так они и искали до тех пор, пока несостоявшийся супруг не ухватил под водой тонкую руку, а потом оба быстро поплыли к берегу, подтягивая за собой найденное тело. Они вышли из воды, уложили бездыханную Шенну на траву, замерли рядом, беспомощно глядя на нее.

Я вновь рванулась из держащих меня рук.

— Пустите! Я могу помочь.

Отец Шенны поднял мокрую голову.

— Пусти ее, Тим, — сказал он.

Я кинулась к телу подруги, отчаянно желая, чтобы еще осталась возможность ее спасти. Коснувшись лба, пустила послушных змеек внутрь, побуждая их вытолкнуть из легких воду, заменить ее на спасительный воздух. Я отдавала силы, пытаясь оживить утонувшую девушку. Силы уходили и уходили, но Шенна не шевелилась. Я ощутила, как слабеют мои руки, дрожат ноги, как тяжело мне стало дышать. Я склонилась, вдыхая в рот девушки воздух, давила на грудную клетку, потом снова и снова. Но она не дышала. Я прижалась головой к ее груди, отдавая последние крохи моего не слишком сильного дара, в полнейшем отчаянии, чувствуя боль, но не желая щадить себя. Вдруг девушка закашлялась, вода хлынула из легких, и Шенна сделала вдох. Отец сразу упал рядом на колени, оттолкнув меня, схватил очнувшуюся дочку на руки и прижал к груди. Он поднял ее и понес прочь, а следом отправился торговец. Я осталась лежать на земле, а трое мужчин сгрудились возле меня.

— Что с ней делать будем, парни?

— Ведьма она. Инквизиторам отдать надо, завтра как раз приедут эти новые. Едва девчонку не погубила. Видишь, на что Шенну подговорила?

— Верно. Все зло от этих ведьм.

— Погодите, мужики, так она Шенну сама и спасла.

— За себя испугалась! Решила, что мы ее на месте убьем, если девчонку не вытащит.

— Так что, в город понесем?

— А кто понесет?

— Пусть сама идет! Эй ты, вставай!

Я продолжала лежать, не в силах пошевелить даже рукой. Мужик пнул меня ногой в бок.

— Что это с ней?

— Притворяется. Пни еще разок, небось побежит.

— Тебе нужно, ты и пинай. От этих ведьм всякого можно ожидать.

— Давай свяжем ее, а потом лошадь приведем и так в город и увезем. Тогда она нас зачаровать не сможет.

— Это ты хорошо придумал, давай. Вот только где коня возьмем?

— У Бива попросим. Скажем, ведьму отвезти нужно.

— О, этот даст. Он этих ведьм сам бы голыми руками душил. Ну, идем что ли.

Мужчины быстро связали обессиленную меня, бросили лежать под кустом, а сами отправились в город за лошадью.

Я лежала, судорожно вздыхая и ощущая в душе мучительное раскаяние. Почему я не отговорила их от этой затеи, зачем вообще рассказала про тот случай? Что теперь будет с Шенной? Что стало с Тинольдом, он ведь так и не вынырнул? Почему ее отец так быстро бросился в погоню? Наверное, девушка плохо спрятала прощальную записку и ее нашли раньше времени, иначе не объяснишь. Ведь никто, никто из этих людей не кинулся спасать парня. Может, он все-таки выплыл? Я попыталась поднять голову, но она вновь упала на холодную землю. Хорошо, что уже была поздняя весна и в воздухе потихоньку веяло летним теплом, иначе могла просто замерзнуть, у меня ведь не осталось сил даже согреться.

Прилагая неимоверные усилия, я вытянула кончики пальцев и коснулась земли, ощущая огромную пугающую пустоту в душе. Тонкие ручейки послушно потянулись к ладоням, подпитывая изможденное тело. Как же повезло, что мужчины, испугавшись ведьмы, бросили здесь под кустом на землю, которая для нас — источник сил. Потихоньку искорки энергии проникали в меня, восстанавливая внутренний запас, помогая прийти в себя, но только слишком медленно. Я даже не знаю, сколько прошло времени, пока наконец смогла пошевелить головой и пальцами на ногах. Мне показалось, что минула вечность.