Чтение онлайн

— Что случилось, сестра? Ты ведешь себя так, словно ожидала увидеть меня мертвой.

— Я слышала разговоры в городе. Боялась, что ты пострадала.

— Я в порядке, Алира, угомонись.

Я отошла от раздраженной сестры и повернулась к тихо сидевшей в стороне Велорики.

— Предводительница прислала дополнительные инструкции? — раздался голос Велы.

— Пока нет, я сама их жду с нетерпением, — ответила Арика.

— Это наступление провалилось. Если бы ведьмы не испугались Вильдана, все прошло бы как по маслу.

— Я вообще не понимаю, зачем они бросились наутек. Что один инквизитор, пусть он и верховный, мог им сделать? Почему даже Сантана его боится?

— Говорят, он в этих сражениях убил столько колдуний, что теперь обладает очень большой силой. Рассказывают, будто он забирал у ведьм их дар и теперь сам может колдовать.

— Но нас было больше!

— Просто мы растерялись, Арика. Я не слышала приказов предводительницы и не могла найти ее в рядах сестер, а потом появился он с этим своим ужасным мечом. Лично я в тот миг очень испугалась, ноги сами сделали несколько шагов назад, а затем кто-то рядом вдруг сорвался с места и бросился бежать. И тогда я тоже побежала. Думаю, предводительница отступила потому, что она боится, как бы охотник не ощутил ее присутствие и не уловил ее запах. У нее все еще мало сил для открытого противостояния. Когда она достаточно окрепнет, перестанет бояться Вильдана.

Арика замолчала, напряженно что-то обдумывая, потом ответила:

— Ведьмы идут за ней потому, что верят в ее идеи, но если предводительница будет бросать нас в самые важные моменты, кто станет доверять ей?

— Наша задача, Арика, — защитить предводительницу даже ценой собственной жизни.

Я стояла, молча слушая их спор, потом не выдержала:

— Кто она такая, ваша предводительница? Зачем вам вообще идти за ней?

Велорика обернулась ко мне и гневно взглянула прямо в глаза:

— Она величайшая женщина! Она первая открыла нам истину, что ведьмам не стоит больше прятаться. Мы должны защитить себя и свою свободу, мы имеем право получать то, что хотим, не спрашивая на это разрешения у мужчин. Если Сантана встанет у власти, то государство изменится. Ведьмы будут править страной, на нас больше не станут устраивать гонения, нас прекратят убивать и презирать. Мы возвысимся над всеми!

— Арика, — повернулась я к сестре, — ты веришь в это?

— Я верила, Алира, а теперь не знаю.

— Как ты можешь, Арика? — вскричала Вила.

— Я говорю правду, Велорика. Моя вера в предводительницу пошатнулась вчера, когда она бросила своих соратниц на гибель. Ты пойми, она требует от нас преданности, и ни одна ведьма не смеет ей возразить. Вчера поймали пятьдесят сестер, Вела, но ни одна из них ни словом не обмолвилась о Сантане, никто не выдал инквизиторам даже ее имени.

— А ты бы выдала? Она — наш единственный шанс на спасение, а инквизиторы все равно не пощадят тех, кого поймали, так какой смысл предавать?

— Никакого.

— В том-то и дело.

Я осторожно присела в углу, сложив на коленях руки и наблюдая за поникшей сестрой и возмущенной Велорикой.

— Мы просто слишком устали, — сказала Вела. — Давай отдохнем. Все эти бурные события совсем выбили нас из колеи.

— Ты права. Лира, возвращайся домой, тебе здесь не место. Если что-то случится, я оставлю для тебя записку в старом дупле. Иди сейчас же.

Я послушно поднялась на ноги, как вдруг наверху раздался шум.

— Кто там, Арика? — вскочила на ноги Велорика.

— Не знаю.

Я затаила дыхание, а потом в проходе внутри дерева раздался шорох.

Мы все замолчали, напряженно прислушиваясь. Арика с Велорикой приблизились ближе ко входу, заняв позиции по обеим от него сторонам. Внезапно в узкий проем, пригнувшись, протиснулась фигура в серебристом костюме, сером плаще и маске, полностью закрывавшей лицо…

— Ловец! — воскликнула Вела, а Арика уже вытянула руки, и мужчина захрипев, упал на пол. Не успела сестра опустить ладони, как в проем протиснулся еще один, а следом еще. Ведьмы отступили к стене, Арика встала передо мной, а мужчины достали блестящие клинки. Взмах кистью — и клинок летит в горло ведьмы. Арика скрещивает пальцы — и смертоносное жало, развернувшись, вонзается в грудь врага. Вела успевает уклониться от своего клинка. Внезапно в нашем узком помещении, в котором уже лежат два трупа и живым остался лишь один ловец, показались еще два инквизитора. Арика протянула руки, воздух задрожал. Мужчины схватились за головы и лишились сознания.

Вдруг с потолка посыпались осколки камня.

— Арика, стой! Мы здесь в ловушке. Плита сейчас упадет!

Сестра опустила ладони.

— Может, это все?

— Не знаю.

Наверху воцарилась тишина.

— Как они узнали, Арика, как?! — удивилась Вела.

— Не могу ответить на этот вопрос, — отчетливо произнесла колдунья.

— Кто знает о твоем убежище?

— Никто. Я сказала о нем только тебе и Алире.

— Арика, ни я, ни Алира не могли открыть инквизиторам твоего местонахождения. Не ври нам, кто еще знал?

— Реналь, — прошептала сестра.

— Предатель! Мерзкий предатель! Он предал тебя, Арика!

— Он не мог, — проговорила побледневшая ведьма, — не мог!

Губы ее вдруг задрожали, в глазах появились слезы. Потом сестра резко обернулась и, сорвав с шеи медальон, повесила его мне на грудь со словами: Теперь он твой, Алира. Я ничего не успела возразить и даже рукой шевельнуть, чтобы вернуть ей амулет, как в проход почти бесшумно проскочили еще две фигуры в темно-серых плащах. Сестра обернулась, стремительно вскидывая руки, но в воздухе мелькнула серебристая сеть и на моих глазах Арика беззвучно упала на пол. Вела успела увернуться от сети, но ее настиг тонкий серебряный кинжал, воткнувшийся ведьме прямо в сердце. В комнату, заваленную грудой тел, протиснулся еще один инквизитор и произнес:

— Хватайте ведьму!

Один из ловцов кинулся к потерявшей сознание Арике, наклонился над телом сестры.

В этот момент я очнулась от шока и прыгнула к нему на спину, сжала ладони вокруг крепкой мужской шеи.

Мужчина закружился волчком, крича напарникам:

— Снимите с меня эту дикую кошку!

Две пары рук схватили меня, пытаясь оторвать от добычи. Я вцепилась мертвой хваткой, словно бешеная собака, стремясь любой ценой спасти сестру. Инквизитор, чью шею я сжимала ладонями, стал задыхаться, и в этот миг что-то тяжелое опустилось мне на макушку, отправив в беспросветную темноту.