Не верю!

Ася едва не опоздала, она влетела в зрительный зал, когда в жюри уже называли его фамилию. Сердце заколотилось как ненормальное, она даже не стала выискивать себе свободное место, а просто прислонилась к стене и глубоко вдохнула, пытаясь выровнять дыхание.

Дима уверенно поднялся на сцену, спокойно вышел в центр под свет софитов, сунул руки в карманы и зло оскалился, мгновенно превратившись в своего персонажа – мужлана и работягу Стенли.

У Аси по рукам побежали мурашки. Господи, какой отвратительный получился у него этот герой – грубый, жестокий, мстительный, бесящийся от своего низкого происхождения. И какой…порочный.

В театральном свете смуглая кожа Димки казалась золотой, а сам он выглядел старше и увереннее. Взлохмаченные черные волосы и налитые злостью глаза придавали ему вид бандита, но красивые черты скульптурно вылепленного лица и мускулистый торс, обтянутый белой футболкой, заставляли всех девушек в зале желать, чтобы этот бандит позарился именно на их честь. И еще этот низкий хрипловатый голос, от которого, казалось, искрило сексом.

– Ох, я б ему дала, – услышала Ася выразительный шепот с соседнего ряда.

– И я, – вздохнул кто-то рядом с ней.

Сама же Ася как будто разделилась. Одна её часть, которая помнила Димку способным мальчиком, радовалась за то, что он смог так раскрыть свой потенциал, восхищалась им и желала успеха, другая же, до сих пор оскорбленная его обманом, исходила ненавистью и… завистью. Она не ожидала, что Дима ТАК талантлив, её способности и рядом не стояли с этой шаровой молнией, с живой энергией, которая плескалась вокруг парня, цепляя и завораживая зрителей. Ася, конечно, тоже хорошо играла, но иначе, более продуманно и расчетливо. Дима же никаким расчетом не руководствовался, просто пер напролом со всей своей бешеной энергетикой. «Он и в сексе такой», – вдруг вспыхнуло в голове девушки, и тело внезапно вспомнило ощущения пятилетней давности: жадные губы, нетерпеливые нежные поглаживания, пальцы, вонзающиеся в глубь её тела и самый острый оргазм, который она когда-либо ощущала. Оргазм, который подарил ей – двадцатипятилетней – совсем молодой тогда парень, только закончивший школу. Низ живота мгновенно обожгло и сладко, тяжело потянуло. Что за черт… Почему он до сих пор на неё так действует?! Ася прижала прохладные руки к пылающим щекам и порадовалась, что в зале темно и никто её сейчас не видит.

А Дима уже завершил свой монолог и небрежно поклонился, с легкой улыбкой принимая шквал аплодисментов. Не дожидаясь, пока он спустится со сцены обратно в зал, Ася торопливо выскочила в фойе и начала быстро одеваться, параллельно вызывая такси. Сбегает… ну да, сбегает. Она не готова была сейчас видеть Диму и тем более с ним разговаривать.

Эта сумасшедшая история дикой влюбленности в восемнадцатилетнего мальчика должна остаться в прошлом, потому что у неё есть жених, планы на будущее, и последнее, что ей сейчас нужно – это проблемы. А они обязательно будут, если она даст волю тем странным ощущениям, что по-прежнему возникают внутри при виде него. Нет, нет и еще раз нет.

Выбежавший в фойе Дима увидел только, как хлопнули входные двери и фигурка в короткой шубке выскользнула на улицу и сразу же села в такси. Куда она так торопилась? И зачем он вообще побежал за ней?

Дима растерянно пожал плечами. Ну что ж, искать он её точно не будет. Пусть это временное помешательство, которое поставило с ног на голову весь сегодняшний день, закончится вместе с ним. «Надеюсь, Ася Асташкова, что это была наша последняя встреча».

– Догоняй! – весело завопила Ася, сорвала в прыжке кепку с головы Витали и бросилась бежать.

– Ася! Ну что за детский сад! – нахмурился тот, но увидев, что она на бегу задрала подол сарафана и показательно сверкнула перед ним трусиками, закашлялся и со всех своих длинных ног припустил за подругой. Ради такого приза можно и побегать!

Свою хохочущую добычу он настиг в несколько прыжков, схватил и стал жадно целовать загорелые плечи и стройную шею.

– Ай, щекотно, Виталя! Прекрати! – смеялась Ася, но сама при этом вполне охотно подставлялась под поцелуи. Однокурсник ей давно нравился, и то, что их вдвоем отправили на этот театральный фестиваль, было огромной удачей! Бонусом к стремительно развивающемуся роману шел невероятной красоты пейзаж и свежий воздух. Из минусов – проживание в палатках и ужасные любительские спектакли.

– А давай знаешь что сделаем, – интригующе зашептала Ася на ухо Витале. Тот замер в нетерпеливом предвкушении. Неужели она наконец согласится?!

– Давай не пойдем сейчас на спектакль? – продолжила она и для убедительности потерлась об Виталю грудью. Грудь была впечатляющая – красивая «троечка» – и тянула на веский аргумент для кого угодно. Но только не для Витали.

– Ты что! – тут же замотал он головой. – Нам же еще отчет по практике сдавать! Нельзя!

– Вот ты зануда!

– Я тебе покажу после отбоя зануду, – шутливо пригрозил он, но романтический настрой уже потерялся. Ася вывернулась из его объятий, вздохнула и направилась к фестивальному лагерю.

Конечно, в Виталином занудстве были свои плюсы, к примеру, без него Ася не посмотрела бы и трети представленных на фестивале работ. Ее коробило и почти физически выворачивало от любой неправды на сцене, а, к сожалению, в любительских спектаклях такого добра хватало. Разумеется, в театре много условностей: и деревья картонные, и кровь бутафорская, но переживания… Переживания должны быть правдивыми, иначе это не театр, а дешевое балаганное представление. Сама Ася обладала, по своему собственному мнению, вполне скромным актерским потенциалом, но врать на сцене не могла органически, как и смотреть на чужое кривляние. Андрей Юрьевич, её преподаватель в институте, прекрасно знал об этой Асиной особенности, но все же отправил на этот любительский театральный фестиваль… Поиздеваться что ли решил?

– Вашему вниманию будет представлен спектакль по пьесе Вильяма Шекспира «Ромео и Джульетта»!

– А не пора ли нам взяться за Вильяма нашего Шекспира? – шепотом прокомментировала Ася. Виталя фыркнул.

– Сиди и смотри. Не понравится игра актеров, так хоть бессмертный текст послушаешь.

– Если они его не переврут, – вздохнула Ася и прислонилась к его широкой спине. Виталя намек понял и тут же приобнял ее крепкими надежными руками. Ася ему чертовски нравилась, и он был очень доволен тем, что на фестивале они оказались вдвоем.

Спектакль начался недурно: по первому появлению жителей Вероны, по неплохо подобранной музыке было понятно, что режиссер этого театра свое дело знает и явно не из самоучек. Еще бы и актеры не подкачали!Впрочем, откровенного кривляния не было, текст все знали и произносили его вполне четко и с надлежащей интонацией. «Хорошо, что пошла», – решила Ася, нежась в объятиях Виталика.

– А где Ромео? Виделись вы с ним? Он не был тут? Он правда невредим? – восклицала леди Монтекки – пухленькая девушка в пышном платье и плохо сидящем парике, – но в ее голосе слышалось такое неподдельное волнение, что Асин «правдометр» выдал твердую четверку, подумал и добавил «с плюсом». Сам Монтекки был тоже убедителен – мужчина лет тридцати, явно не в первый раз на сцене.