Чтение онлайн

По итогу до самого утра моим лучшим результатом в освоении профессии пирокинетика стало едва тлеющее перо, что если честно было таким себе поводом для гордости.

Тем не менее я не отчаивался, ведь пусть пока гордиться особо было и нечем, но каждый шажочек вперёд, каждое новое заклинание делало меня на шаг ближе к цели, а значит всё это делается не зря…

Открыв глаза в своей постели, я тут же практически нос к носу столкнулся с Симми, который уже с каким-то затаённым предвкушением в глазах заносил надо мной тазик с налитой водой.

Тут же резко вскочив на кровати, я прошипел:

— Симми, я уже встал! Убери отсюда воду!

Домовик тут же выполнил приказ, и с разочарованием, которое буквально целыми океанами плескалось в его глазах, произнёс:

— Симми желает доброго утра хозяину. Мать старого хозяина уже встала и занимается утренними делами. Будут ли у хозяина какие-то пожелания по завтраку?

Убедив домовика, что всё хорошо и никаких пожеланий у меня нет, я неожиданно вспомнил о недавнем поручении для него, и тут же спросил:

— Симми, ты разобрался с тем, что я тебе поручил найти в прошлый раз?

Домовик на этот вопрос понуро тряхнул ушами, и ответил:

— Симми старался, но к сожалению сил у него пока немного, поэтому многие вещи приходится проверять руками. Сегодня к вечеру Симми должен закончить поручение хозяина, и обязательно придет с ответом.

Довольно улыбнувшись, я пронаблюдал за тем, как Симми медленно уходит из комнаты, по прежнему из принципа не пользуясь трансгрессией для экономии сил моего крохотного источника, и глубоко вздохнув, начал одеваться, мысленно планируя новый день.

Когда я спустился вниз и присоединился к бабушке за столом, где предприимчивый домовик уже заканчивал сервировать незатейливые, но вкусные и сытные блюда, Августа неожиданно подняла на меня глаза, и с мягкой улыбкой сказала то, от чего меня начала медленно накрывать настоящая паника:

— Внук, ты же помнишь, что согласно этикету — сегодня крайний день, когда было бы приличным разослать приглашения твоим друзьям на грядущий день рождения?

Подняв глаза на бабушку, и искренне надеясь, что по ним сейчас невозможно определить всю глубину накрывшей меня паники, я стараясь говорить как можно безразличнее сказал:

— Ба, ну чего ты? Мне конечно очень приятна твоё желание сделать мне праздник, но это ж опять — какие траты!

Бабушка недовольно поджала губы на это моё утверждение, и тут же выдала:

— Я по-твоему что… Не могу позволить отметить день рождения своего внука?! Невилл, да что с тобой?! Ты как будто сам не свой!

«Вот пипец! Похоже эта фраза была настолько не типичной для Невилла, что Августа уже не выдержала, и начала задавать ну очень неудобные вопросы! Надо срочно как-то перевести тему…» — в панике подумал я, и глядя на сузившийся взгляд Августы неожиданно даже для самого себя выдал:

— Да эта магия, чтоб её… Не выходит из головы! Я всё делаю правильно, стараюсь, пытаюсь медитировать и выполняю различные упражнения, и всё бесполезно! А если что-то получается, то результат настолько жалок, что вызывает только разочарование в своих способностях!

Августа тут же стала максимально серьёзной, и требовательно сказала одно единственное слово:

— Покажи.

Упрашивать поколдовать меня не нужно было просить дважды, поэтому я вскочил, вскинул свою палочку, и выбрав своей целью одну из салфеток, лежащих на столе, громко и торжественно произнёс:

— Вингардиум Левиоса!

Сразу после этого салфетка пошла на взлёт и стала нарезать круги вокруг нашего стола, подчиняясь моей палочке, под каким-то восхищённо-удивлённым взглядом Августы.

Некоторое время поизображав чудеса лётного маневрирования, я вернул салфетку на место, и выбрав следующей своей целью одну из вилок, повторно произнёс:

— Вингардиум Левиоса!

Вилке было далеко до кирпича, поэтому хоть она и взлетела, да… Но если сравнить полёт салфетки, демонстрируемый мной до этого, и то, что изображала сейчас вилка под моим управлением — единственной аналогией, приходящей в голову, было сравнение между полётом сверхзвукового истребителя, и полётом пьяного шмеля… Вроде тоже летит, и вроде даже поворачивает… Но как говорится — есть маленький нюанс.

Ещё некоторое время я попытался привить вилке не свойственные ей черты, после чего с видимым облегчением вернул её на место, и в немом отчаянии уставился на Августу, одним своим видом стараясь передать всю свою печаль и разочарование от такого унылого зрелища.

Та в свою очередь не спешила хоть как-то комментировать то, чему она только что стала свидетельницей, а о чём-то сосредоточенно думала. Мне это не то чтобы очень понравилось, поэтому я с тревогой заглянул ей в лицо, и спросил:

— Ба… У тебя всё в порядке?

Августа тут же подняла на меня взгляд, в котором на несколько мгновений я увидел неожиданно появившуюся решимость на какое-то действие. Она поощрительно улыбнулась, и сказала максимально серьёзным голосом:

— Внук, у меня для тебя хорошие новости. Всё, начиная от движения и заканчивая вербальной формулой ты делаешь правильно, а значит вся проблема кроется в последнем, третьем факторе.

— И почему же эта новость хорошая? — настороженно спросил я, и тут же продолжил: