Чтение онлайн

Видимо смирившись, супруг все-таки выпустил пиджак Насти из ладони.

Девушка одернула его и шагнула назад, возвращая себе личное пространство.

– Прощай, Витя!

Развернулась, торопливо направляясь к двери.

– Я все равно не отдам тебе Алексию! – прозвучало категорично и решительно. Настя замерла, а потом открыла дверь и вышла в коридор. Сердце готово было из груди выскочить. Да, за Лекси еще придется побороться. Просто так Виктор действительно не согласится на развод, но теперь они хотя бы будут жить отдельно. Дышать воздухом без примесей тиранизма и жестокости. Дочка не будет бояться сказать лишнего слова и снова расцветет.

– Мамочка, а можно я позвоню Стасу и попрощаюсь? – по дороге в аэропорт Лекси сложила ладошки в умоляющей просьбе, держа на руках любимого плюшевого зайца. Настя переключила рычаг передач и грустно улыбнулась. С отцом девочка прощалась сдержанно и на расстоянии вытянутой руки, а здесь такое рвение. Это и не удивительно. Она так прикипела к парню вопреки желаниям Насти уберечь ее от ненужной привязанности. От участия в шоу пришлось отказаться после перенесенной серьезной болезни, но Алексия не расстроилась. Оказывается, ей не хотелось принимать участие, но она боялась признаться, чтобы не разозлить отца. А вот репетиции девочка полюбила. И искренне сожалела, когда они перестали их посещать. Звонила Стасу несколько раз, приглашала в гости, но он упрямо отказывался, за что Настя была бесконечно благодарна. Ее сердце бы не выдержало такого испытания. Оно и так обливалось кровью, навсегда уезжая из города, который их свел и разлучил. Между ними снова будут километры и… вечность. Настя больше его не увидит, и будет учиться жить по-новому, позволяя себе по ночам доставать из памяти короткие моменты счастья и настоящей любви, в которой ее купал Стас, а она не ценила. – Мааам, ну можно?

– Да, конечно, родная. Я включу громкую связь.

Хотя бы в телефонном разговоре услышать его голос… Выбрав контакт Стаса, Настя нажала на вызов. Раздались гудки, а потом его бодрый голос с легкой хрипотцой, который бередил определенные струны души.

– Привет, Лекси!

– Стааас, привет, – весело затараторила девчушка. – Ты уже знал, что это я?

– Конечно, – рассмеялся парень. – Как твои дела?

– Идеально! Я уезжаю в Америку.

Повисло молчание.

– В гости к дедушке едешь?

– Неееет. Навсегда. Мы с мамой возвращаемся домой.

Настя кашлянула, пытаясь скрыть непонятный для Стаса момент. Он услышал.

– Мы на громкой связи? – переспросил более серьезным тоном.

– Да, – ответила вместо дочери. – Здравствуй.

– Здравствуй, – былой бодрости и теплоты как и не бывало. – Всей семьей улетаете?

– Нет, только мы с Лекси. Витя здесь остается. Разве он может улететь? Работа. Ребята. Ты, – слова давались тяжело, потому что нужно было придумать оправдание почему супруг не летит с ними.

– У нас вчера истек контракт.

– Разве вы его не продлили? – удивилась Настя.

– Нет.

– Ну, в любом случае, у него здесь много работы. Мы уезжаем вдвоем, и Лекси захотела с тобой попрощаться.

– Я буду скучать, Стаааас! – грустно протянула девочка, заглядывая в экран телефона, будто он мог ее увидеть. – А ты?

Несколько секунд долгого молчания. Слышно было только дыхание в трубку.

– Я тоже буду скучать.

– Приедешь к нам в гости?

Кажется, он усмехнулся. Настя даже отчетливо увидела выражение его лица и прикрыла глаза, крепко сжимая руль.

– Вряд ли, малышка. У меня тоже много работы. Но ты звони мне.

– Хорошоооо. Пока, Стас!

– Пока, Лекси!

– Прощай, Стас! – стараясь не выдать дрожь в голосе, произнесла Настя, поднося палец к телефону, чтобы скорее скинуть вызов.

– Прощай, Настя!

Стас скинул вызов и бросил долгий взгляд в окно. Вот и все. Почему-то осознание, что Настя улетает, сжало тисками грудную клетку. Они не общались последнее время, даже не виделись около двух месяцев, но ощущение необратимости наступило только сейчас. Пару секунд назад. И черт, как это было больно. Он думал, что свыкся уже с этой болью. Но голос девчонки, пропитанный грустью, выбил из колеи. Стас действительно привязался к Алексии. Она была так не похожа на других детей. Наивная, добрая, светлая. Почему-то с ней хотелось разговаривать и играть, чем они время от времени занимались, когда девчушка звонила с мобильного Насти. У него сердце каждый раз подскакивало, когда он видел от нее входящий. Всякий раз надеясь, что это Настя, но не огорчаясь услышать хотя бы ее дочь. А теперь они улетают. Так лучше будет, уверял себя парень. Однозначно. Когда воздух освободится от ее присутствия рядом, ему станет легче. Хотя, черт раздери, кого он обманывает? Никогда ему не станет легче. Два месяца ничего не изменили. Как и пять лет и семь до этого. Она его извечная болезнь. С ней он вырос и с ней умрет. Наверное, это рок любить ту, кто навсегда останется чужой. Но он с ней уже свыкся. Лелеять те чувства и изредка окунаться в воспоминания – было его собственной дозой героина. Когда сначала улыбаешься, закрывая глаза, а потом орать хочешь, попадая под воздействие сильнейшей ломки.

Вечером Багиров отправился в офис. Нужно было забрать свои вещи. Поехал специально после одиннадцати, чтобы ни на кого не наткнуться. Настроение было ниже некуда, и лучше он быстро соберет все самое необходимое и свалит не прощаясь. Свиридов не предложил продлять контракт, но он бы и не согласился. Теперь Стас и сам имел отчетливое представление, как работает шоу-бизнес, и мог легко себя продюссировать, имея за спиной сотни нужных знакомств и собственный багаж опыта. Конечно, не признать с его стороны, что именно благодаря Виктору он стал тем, кем стал, было бы глупо. И певец это понимал. В то время у него не было ни денег, ни того самого рычага, который подбросил его так высоко, как мало кому удается. За это он был благодарен. Но только за это. Ни дружеской симпатией, ни уважением Стас к этому человеку так и не пропитался.

Парень поднялся на двадцать второй этаж высотного здания. В помещении кое-где горел тусклый свет. Пошел по длинному коридору, стены которого украшали различные награды, полученные за достижения в сфере музыкальной индустрии Виктором и его подопечными, включая и Багирова. За стеклом в отдельном шкафу на полках находились награды с разных премий. Лучшая песня. Лучшая аранжировка. Лучший артист года. Три штуки. Забрать? Нет. У Стаса будет его личная, которую он получит без чьей-либо помощи, а эти пусть остаются здесь. Прошел мимо, направляясь к комнате, в которой проводил не одни сутки, сочиняя тексты песен, подбирая на ноутбуке различные музыкальные звучания и вырубаясь от усталости. Его второй дом. Период жизни, дверь в который закрывалась, чтобы открыть новую. С другой стороны коридора заметил свет из кабинета Свиридова. «Виктор здесь еще?» – хмуро подумал Стас. С ним пересекаться точно желания не было. Уже почти прошел мимо, как услышал знакомый голос и невольно затормозил.

– Что ты мне предлагаешь?

– Господи, Маша, не будь дурой! – раздраженно крикнул продюсер. – Сделай аборт. – Стас задохнулся от удивления.

Маша всхлипнула.

– Нет! Не сделаю! Это твой ребенок, и я хочу его оставить. Я люблю тебя, неужели ты не понимаешь?

У парня глаза шокированно расширились, и он заглянул внутрь. Может ему показалось, и это совершенно другая Маша? Но нет. Память на голоса оказалась отличной. В кресле напротив стола ссутулившись сидела лучшая подруга Насти и во все глаза смотрела на Свиридова. Перед уставшим мужчиной стояла полупустая бутылка виски, а сам он потирал виски, сидя в дорогом кожаном кресле.

– Мне не нужен этот ребенок, Маша! Я тебе говорил миллион раз: пей таблетки. Теперь это твои проблемы.

Девушка снова всхлипнула, роняя голову в ладони.

– Тебе денег дать? Давай дам. Только лиши меня радости становиться отцом твоего ребенка.

– Нашего, Витя! На-ше-го. – истерически закричала блондинка и вскочила с кресла. – Почему ты так не хочешь его? Настиной дочке ты радовался, как невменяемый, а я чем хуже?

Стас не верил своим ушам. Виктор и Маша? Та самая Маша, которую Настя считала самой близкой подругой.