Чтение онлайн

Саймон подгонял коня, словно силился умчаться от себя самого. Он чувствовал себя так, словно его загнали в угол. Обстоятельства не оставляли ему выбора. Он вынужден был поступать против собственной воли. Он не мог и шагу сделать ни вперед, ни назад, – отсутствие информации связывало его по рукам и ногам.

Саймон знал, где находится то ателье, адрес которого был указан в послании, но прямо туда отправиться не мог. Куинн был вынужден ходить вокруг него кругами, чтобы убедиться, что за ним нет «хвоста».

Прибыв на место, он позвонил в колокольчик и вошел внутрь. Увы, ни одного своего знакомого он там не увидел.

Саймон смял шляпу, окинул взглядом многочисленные рулоны тканей, взглянул на мужчину, беседующего с рыжеволосой женщиной за прилавком, и только тогда заметил чью-то руку, махавшую ему из-за шторы по ту сторону прилавка. Саймон зашел за деревянную панель и оказался в служебном помещении магазина. Там он увидел Ричарда.

– Не слишком ты торопился, Куинн, – со смехом сказал ему Ричард.

Саймон уселся за стол, заваленный обрезками тканей и катушками ниток. Как всегда, у Ричарда был вид праздного бездельника, но Саймон слишком хорошо знал его, чтобы верить первому впечатлению.

Сев на предложенный Ричардом стул, Саймон положил шляпу на стол и сказал:

– Интересный выбор места действия.

– Спасибо Эмми. – Ричард поклонился некрасивой девушке, которая, сидя в углу, вдевала нитку в иголку. – И особое спасибо ее матери, Натали.

За спиной у Саймона возникла рыжая модистка с подносом. Подойдя к столу, она поставила перед мужчинами разнокалиберные чашки и блюдца прямо на ворох лоскутов и принялась разливать чай.

– У Натали муж – портной, – пояснил Ричард, – но он всю неделю дома, болеет.

– Большое спасибо, – сказал Саймон Натали, а дочери ее послал воздушный поцелуй.

Эмми покраснела и опустила глаза.

– Женщины слетаются на тебя как мухи на мед, – пожаловался Ричард. – А мне пришлось битых два часа из кожи лезть, прежде чем Натали на меня посмотрела.

– Но твои усилия были вознаграждены.

– Я бы предпочел экономить силы, как ты, к примеру.

Саймон взял чашку с чаем и постарался расположиться поудобнее, насколько это позволял шаткий табурет.

– Скажи, у тебя есть для меня что-нибудь?

– Не знаю, насколько важно для тебя то, что я имею тебе сообщить, но за то, что я узнал кое-что любопытное, ручаюсь. – Ричард не стал пить чай, а, положив локти на стол, наклонился к Саймону поближе. – Узнать историю виконта де Гренье и его семьи, как ни странно оказалось проще простого.

– Да?

– Да. Виконт был замешан в скандале такого масштаба, что о нем тут, в Париже, до сих пор помнят.

– Как приятно, что у парижан такая цепкая память.

– Это точно. Виконт, говорят, был помолвлен с Маргаритой Пиккар, которая была бриллиантом чистой воды, насколько я понимаю.

– Она и сейчас все также хороша, – сказал Саймон и поставил чашку на стол. Ему внезапно захотелось выпить чего-нибудь покрепче.

– Однако еще до того, как они успели пожениться, невеста де Гренье сбежала с маркизом де Сен-Мартеном, известным губителем женских сердец, который на тот момент уже был женат. Я слышал несколько невероятных историй о том, как женщины рыдали по нему и молили о взаимности, стоя прямо на улице перед окнами дома, в котором он жил с семьей, но, очевидно его репутация не стала преградой для мадемуазель Пиккар.

Саймон представил надменную и холодную женщину, с которой говорил в гостиной, и в недоумении приподнял брови. Тогда он вспомнил горячую и пылкую Линетт. Похоже, и та и другая привыкли получать то, что хотят, и не стоят за ценой.

– Она была его любовницей больше года, – продолжал Ричард, – затем вернулась к де Гренье, который, несмотря ни на что, на ней женился. Он служит дипломатом и живет в Польше с тех пор, как женился на мадемуазель Пиккар. Де Гренье довольно часто бывает в Париже, и всегда приезжает один. У них было две дочери, но одна из них погибла.

– Разрыв с Сен-Мартеном прошел мирно?

– Говорят, у распутного маркиза случилась глубокая депрессия после их разрыва. После того как мадемуазель Пиккар вышла замуж, его никто не видел несколько месяцев и он уже никогда не был прежним.

Саймон размышлял, нахмурившись.

– Когда это произошло?

– В 1757-м. И еще, я не знаю, есть ли тут какая-то связь, но фамилия Сен-Мартена – Руссо.

– Это не совпадение. Слишком много совпадений. Так не бывает.

– Ты знаешь, что это значит?

– Возможно. – Саймон внезапно пожалел о том, что так плохо выспался – мозг отказывался работать в полную силу.

– Не говори об этом ничего Эддингтону.

– Конечно, не скажу. Ты же меня знаешь.

Саймон поднялся с табурета.

– Ну, так как? Ты собираешься рассказать мне, что тут, черт возьми, происходит?

– Пока нет.

– Черт, Куинн, не уходи! Я еще не закончил.

Саймон задержался у стола.

– Я расскажу тебе то, что знаю, а ты в ответ расскажешь мне, что ты накопал, – предложил Ричард.

– Бекинг, не дави. – Куинн терял терпение.

– Ну ладно. Сегодня днем я заскочил к мадемуазель Руссо, как раз перед тем, как приехать сюда. Один из ее слуг как раз в это время уходил, и я решил за ним проследить. Он направился прямиком к Дежардану, и виконт принимал его как гостя, а не как слугу.

– Наверное, это немного странно, – пробормотал Саймон, – но я не слишком удивлен. Дежардан платит прислуге Лизетт и ждет от ее слуг отчета о том, чем она занимается, и кто у нее бывает.