Чтение онлайн

Приятно было, только мне кажется, что меня пытаются то ли задобрить, то ли привязать к этому миру. Не знаю.

Узнала про магов. Живут они отдельно ото всех. В основном они - одиночки, работающие под конкретный заказ. Стоят они дорого. Очень. Где денег взять? Финансами заправляет Шамса, все ценности семьи хранятся в доме главы.

Буду думать дальше.

***

Еще три дня прошло в том же духе, тихо-мирно и познавательно. Хрищ оказался мальчиком, причем он еще детеныш. Когда подрастет будет мне до колена. Назвала его Крошем (как из мультика 'Смешарики', издалека очень похож). Крошик ходит за мной по пятам и пыхтит постоянно. Прыгать он не умеет, залезть никуда не может, лапки у него короткие, быстро бегать не может.

В общем, абсолютно ручной стал. То я его таскаю, то братья. Даже бабуля иногда чешет его за ушками. Она мне тут вчера про свое детство рассказывала. Было интересно, но грустно. Родилась она во время войны, была младшей в семье. Отец погиб перед самым окончанием войны, ушел добровольцем когда еще Василина Егоровна только родилась.

Жили они в городе, было тяжело: ни работы, ни еды, ничего. Одно время всей семьей ездили по деревням меняли одежду и разные вещи на еду. А потом она попала сюда. Пятнадцатилетняя девочка, не видевшая ничего кроме тягот и лишений, оказалась в сказке.

Океан, пустыня, волшебные существа и будущий муж, который носил ее на руках. Она не боялась, но ей было все интересно, окружающий мир казался нереальным. Местные обычаи и правила - необходимостью. Раз сказали нельзя, значит так надо.

Взрослела и росла, супруг берег ее первое время, не позволяя забеременеть. В восемнадцать родила старшего сына, а потом через годик еще одного, а через пять лет появились на свет близнецы. Дети росли, муж носил на руках, жизнь была сказкой.

А потом появилась она. Мать Хас-Ташты и Хаш-Иштиса. Не нашли общий язык. Временами она сходила с ума. Могла сбежать и пропадать долгое время. Однажды ее не было шесть лет. Шесть лет! Хас-Кхаршаш искал ее все это время, Ташта рос под присмотром бабули.

Вернулась сама и через год родила Иштиса. Уже после той трагедии, лет через пять они узнали, что она сбегала в разные бордели. Там она успела родить еще троих детей, двух девочек и одного мальчика. Всех забрали биологические отцы.

Единственный положительный момент во всем этом устройстве мира - отцы никогда не бросают своих детей. Их воспитывают и обеспечивают всем необходимым.

Вообще про их мать все сложно было. Ее не успели привезти вовремя после сыворотки и это дало сбой. Она не была зациклена лишь на своем самце. Она хотела всех, проблем много с этим было. Ее постоянно старались держать под замком, приставляли охрану, но это не помогало.

Видимо и меня стараются закрыть во избежание подобного. Как представлю себе ее жизнь, меня аж холодом обдает. Когда понимаешь и не можешь держать себя в руках. Мерзко.

***

Вот и закончились мои светлые денечки. Сегодня вернулись с пляжа, а в моей комнате сидит бабуля с блокнотом в руках. Моим дневником!!! И такая вся недовольная, губы поджала, брови сведены вместе.

Не успели зайти, как она выпрямилась и потрясая блокнотом перед моим лицом, начала шипеть. Что я тварь неблагодарная, что меня сразу надо было на цепь посадить, а не позволять мальчикам вести себя со мной как с будущей женой. Что домой я не вернусь никогда. Много чего наговорила, а потом забрала братьев и ушла, швырнув в меня блокнотом.

Через десять минут влетел Хаш-Иштис и стал орать. Что именно я не поняла, но мне почему-то стало неудобно. Лицо у него раскраснелось, на шее вздулись вены, а глаза как у обиженного ребенка.

А потом пришел Ташта. С браслетами. Даже ни разу не взглянул мне в глаза, молча подошел и глухо приказал дать руки. Я отказалась. Диалога не вышло, мы немного побегали по комнате, а потом меня все же поймали, зажали и надели браслеты.

Они ушли, а я сижу и пишу. Дверь заперли, Крошика забрали. Обидно. Я ведь не скрывала, что хочу домой! Почему они так себя повели? Думали, что я за неделю с небольшим я изменила свое отношение? Что мне достаточно подарить зверушку и я готова буду остаться?

Черт его знает, что у них там творится в головах. Еще эта старуха, что читает чужие дневники. Сволочь! ЭТО МОЕ ЛИЧНОЕ! Меня будто окатили помоями, чувствую себя грязной.

Больше никаких записей о планах на будущее, кроме одной - вернусь, я обязательно вернусь домой.

Выпью пару литров кофе, съем большой шоколадный торт, схожу в салон красоты, верну себе приличный вид. Куплю новое платье и туфли на шпильках. И буду жить спокойно, забуду все, что здесь было.

***

Меня наказали. Еду приносят регулярно, но ни обучения, ни общения нет. Шусса больше не приходит. Еду приносит Ташта, а младшенький и вовсе не появляется. Как и старуха.

Дни заполненные тишиной и одиночеством. Вроде всего два дня прошло, а я уже готова выть от тоски. Убиваю время повторением всех слов.

Хочется погулять на свежем воздухе. Искупаться и немного поплавать. Просто выйти, надоело уже все. Надо попробовать заговорить со старшим, он все же не ребенок, чтобы дуться и обижаться.

Решено. Ищу мирные пути. А там посмотрим, что из этого выйдет.

***

На третий раз он мне ответил. Сегодня в обед принес поднос и развернулся, чтобы уйти. Как и вчера вечером и сегодня утром, не реагируя на мои слова. Меня это разозлило и я схватила кувшин с водой с подноса и швырнула ему в спину. На удивление попала!

Он остановился и несколько секунд не двигался, а потом как-то резко развернулся и пригнулся, будто готовясь к прыжку. А я взяла стакан и опять в него. При этом кричала на смеси языков. Не знаю, что он понял из моих криков, но легко увернулся от стакана и выпрямился, улыбаясь во весь рот.

Смутно помню, что кричала что-то о том, что он сволочь, как и его брат, что Шамса судит по себе, а я другая и хочу свою жизнь обратно. Закончилась моя истерика быстро. Меня просто быстро скрутили и положили на кровать, придавив собой.

И у меня опять снесло крышу, когда он меня поцеловал. В голове какие-то обрывки из поцелуев, его такого большого и сильного тела и моих хриплых стонов. Меня просто взяли и взяли!

С одной стороны стыдно, что сдалась на милость тела, а с другой...Мне было хорошо, подробности не отложились в памяти, но ощущения горели на коже, проникая внутрь, лишая дыхания.